Роман Злотников – Капитаны судьбы (страница 46)

Что ни говори, а грозный противник, от такого им, если что, только убегать и останется.

— Вашбродь, искры какие-то! Два румба вправо, дистанция два с половиной кабельтова.

Лейтенант вгляделся. Да, похоже, искры из трубы. Судя по всему, труба невысокая, корабль тоже, а вот скорость приличная. Похоже, как раз тот самый, тип «Хаябуса». Возможно, что по их душу. Но пока не высмотрел. Палуба у торпедных катеров низкая, шли экономходом, с глушителями, погруженными в воду так что ни увидеть, ни услышать их японцы не должны были.

— Два румба вправо, прибавить обороты! — решительно скомандовал он. — На прожекторе и пулемёте приготовиться!

На таких скоростях морской бой скоротечен. Не успели японцы их заметить, как «тэкашка» ослепила их прожектором и начала поливать из «максима».

— Торпеды! Пли! — американское слово «торпеды» оказалось для команды удобнее, так что в бою экипаж вовсю пользовался им.

Одна за другой стартовали обе «мины Уайтхеда» и устремились к японскому кораблю. Сразу вслед за этим торпедный катер резко отвернул от цели.

'…А 24 февраля к победе крохотного торпедного катера над японским миноносцем «Чидори» добавилось ещё две радостных новости. Наконец-то удалось завести пластырь на пробоину «Ретвизана», откачать воду из трёх затопленных отсеков и ввести его в порт. Но главное — в Порт-Артур прибыл адмирал Макаров. Русский Флот избавился от уныния и стал надеяться, что «теперь-то японцам покажут». И показали!

В ночь на 26 февраля патрулирующий торпедный катер подал сигнал тревоги — эскадра противника приближалась к Порт-Артуру. С рассветом японцы начали обстреливать гавань Порт-Артура перекидным огнём через гору Ляотешань.

Но тут очень пригодилось то, что со средствами связи для Флота и армии мы не пожадничали! На этой горе был оборудован наблюдательный пост, соединённый со штабом полевым телефоном. Корректировка огня сказалась на результатах боя. Японцы-то стреляли почти вслепую, просто «прочёсывая» гавань, так что получилась драка зрячего со слепым! Достаточно быстро удалось добиться накрытия, а через некоторое время, получив несколько попаданий, японские корабли ретировались[83].

Мало кто оценил этот момент, но я уверен, в реальной истории результат был прямо противоположным, и японцы безнаказанно расстреливали запертые в гавани Порт-Артура корабли. Просто потому, что был дефицит средств связи! Причём эффект этот не был однократным, напротив!

Характерная деталь: вечером 30 марта русские эсминцы вернулись из поиска поздним вечером, но опознание по радио позволило не «тормозить» их возле порта. И японские миноносцы, рассчитывавшие, как выяснилось уже после войны, что их, даже если заметят, не сумеют в темноте отличить от наших, вызвали подозрения. Поэтому утром 31 марта[84] перед выходом эскадры в море проверили, не было ли постановки мин. А выяснив, что была, сообщили Макарову и начали разминирование.

Уже одно это заставило Макарова заподозрить, что адмирал Того готовит на них ловушку.

Поэтому после выхода эскадры в море он широко разослал эсминцы в разведку. Они обнаружили эскадру Того, усиленную пришедшими из Италии кораблями и сообщили на флагман по радио. В результате ловушка не сработала — наши успели вернуться в Порт-Артур, не вступая в бой и не рискуя в непротравленном фарватере. Вот она — роль связи в современной войне! Но ведь это было только начало…'

Глава 22

На этот раз на заседании «Клуба Капитанов», как его стали официально называть с прошлого года, председательствовал Тищенко.

— Доклад о ходе сражения в Жёлтом море попрошу сделать Оксану Воробьёву, капитана «Воробушков»! Прошу вас, Оксана Владимировна, пройдите к микрофону! Поприветствуем её, дамы и господа! — и Олег Викторович, подавая пример, начал аплодировать.

«Ишь ты, Оксана Владимировна!» — мысленно поехидствовал про себя Артём, одновременно хлопая вместе со всеми. — «Как была пигалицей-воробушком, так и осталась!»

Впрочем, он и сам знал, что неправ! Просто злился, что в последнее время Ксанка стала держаться отдалённо. А ведь он ещё год назад, после того, как её на вокзале чуть не убило, понял, что любит её. Да, вот эту пигалицу! Необразованную, малолетнюю — что с того?! Джульетте и Ромео, кстати, примерно как им было, когда у них любовь случилась! И ничего, все читают! Да и подросла она, шестнадцатый год уже идёт, скоро вообще замуж можно будет звать! И необразованной уже не назовёшь! Зимой досрочно экзамены начальной школы сдала, а по математике так и его уже обогнала!

Ещё бы — всё время с расчётами возится. И сама она, и «воробушки» её. Давно уже сама им всё объясняет, что непонятно. И задания раздаёт. Так её должность и называется — «руководитель расчётной группы». Полтора десятка девчушек в подчинении. Жалование — шестьдесят пять рублей в месяц, да ещё и премии бывают. Недавно вон — всем им выдали «за расчёты по торпедным катерам, подтвердившиеся боевой эффективностью последних»! Дали, понятно, не одним только «воробушкам», но вот доклад — ей доверили читать. И грамоту выдали с кучей важных подписей. И губернатор там отметился, и Великий Князь, и Воронцов… Ксанка теперь ходит, задрав нос до неба! Ни в «АмБар» её не пригласить, ни в синематограф…

Впрочем, чего крутить перед самим собой? Не в том дело, что она гордится и важничает! Он тоже не был прочь погордиться, когда «Прогрессоры» первое место по пейнтболу взяли! Или даже третьим местом в гонках военных патрулей[85]! А уж про гусеничный вездеход он готов взахлеб рассказывать — и про «свечную» подвеску, и про электрическую трансмиссию…

Так что пусть она растёт над собой — он только радуется этому! Пусть сидит дома за учебниками и задачками, пусть репетиторов нанимает… Есть у неё твёрдое намерение этим летом экзамены за первый класс женской гимназии сдать. И дальше за год по два класса гимназии осваивать и сдавать. Если сдюжит, то будет у неё года через три-четыре полный курс гимназии за плечами! Да и не в гимназии же дело! Она в Университет собралась! Если в Российских Университетах девушкам к тому времени так и не разрешат учиться, то хочет скопить немного денег, кредит взять и за рубежом закончить! И тут он её тоже поддерживает! Да и не только он, сама Воронцова, говорят, обещала помочь! Если Ксанка, само собой, нужный уровень знаний покажет.

Всё дело в политике! Никак они с ней не сойдутся! Он и раньше социалистов не очень любил, а с прошлого года их просто зубами грызть готов! А она всё про страдания народа да эксплуатацию твердит. И ведь пытались же не говорить о политике. Но как это сделаешь, если политика кругом!

Даже в войной этой! Вот ему всё понятно. Дело в интересах России! В развитии всего Дальнего Востока! Если японцам уступить, то без Манчжурии российский двуглавый орёл, считай, что одной головы лишится! Смотреть будет только на запад! А у японцев со временем аппетит возрастёт, так можно и вообще без Сибири остаться!

А она? А она все твердит, что «войну буржуи начали, им прибыли не хватало, и за то теперь гибнут рабочие в матросских бушлатах да крестьяне в шинелях». Третий раз уже с начала войны ругаются!

Меж тем, Оксана добралась до кафедры, поправила под себя микрофон и, взяв в руки указку, обратилась к висящей рядом крупной схеме района боевых действий.

— После мартовской неудачи с ловушкой для Порт-Артурской эскадры, японский адмирал Того продолжал искать сражения, что вполне объяснимо. В настоящее время его эскадра объективно сильнее, но наша эскадра представляет угрозу для подвоза войск и снаряжения в Манчжурию. Эта угроза сама по себе, даже не будучи практически реализованной, тормозит войну. Вы спросите, что в этом плохого, дамы и господа? Современная война обходится очень недёшево, а Япония даже начинала её в долг. Великобритания и банки Соединённых Штатов уже предоставили им несколько сотен миллионов долларов кредита, и японцы просят ещё!

Зал зашумел. Оценивать денежную составляющую войны для молодёжи было в диковинку. Война — это кровь, это подвиги и слава, но — при чем тут деньги, спрашивается?!

— Кстати, довожу до вашего сведения, что благодаря монетной реформе, инициированной Председателем Совета Министров Витте и проводимой министром финансов Коковцевым, Россия имеет на войну более трёхсот миллионов рублей, так что пока мы можем воевать без займов.

Зал зашумел ещё сильнее. Олег Викторович был вынужден вмешаться.

— Господа, господа! Прошу быть сдержаннее! Понимаю, что вам в силу возраста кажется, что деньги для войны не важны. Однако на заседаниях Штаба именно денежный аспект войны обсуждается в первую очередь! Ещё великий Наполеон Бонапарт говорил, что для ведения войны нужны, в сущности, три вещи — деньги, деньги и ещё раз деньги! Так что мы должны, наоборот, поблагодарить Оксану Владимировну за то, что она отметила этот любопытный момент! Прошу вас, продолжайте!

— При известии, что японский десант высадился на острова в устье реки Ялу, главнокомандующий русских войск в Порт-Артуре и Маньчжурии адмирал Алексеев, отдал приказ Флоту отправить максимально возможное усиление сухопутным войскам в устье Ялу.

Докладчица показала Порт-Артур и Даньдун на карте, после чего продолжила.

— В виду стеснённости средств адмирал Макаров счёл возможным выделить туда канонерку «Бобр», водоизмещением девятьсот пятьдесят тонн, и дюжину успешно зарекомендовавших себя торпедных катеров. Четыре из состава этих катеров попали в Порт-Артур ещё до начала войны, ещё восемь прибыли туда уже после потопления японского миноносца «Чидори». Напоминаю, господа, это была первая победа русского Флота в этой войне!