Роман Жуковский – Забытый Отряд и другие рассказы (страница 1)
Забытый Отряд и другие рассказы
Забытый отряд
Анна лежала на полу, спиной ощущая ледяную хватку бетонной колонны. Во рту – мерзкий, металлический привкус крови, а в виске пульсировала такая боль, что казалось, череп вот-вот треснет. Эта боль, этот вкус – они были жестоким, но верным напоминанием: она еще жива. Жива… пока. Очередь из пулемета прошила воздух прямо над головой, заставив Анну невольно вжаться в пыльную, шершавую поверхность бетона, словно пытаясь слиться с ним, стать невидимой.
Как же все это произошло? Еще утром, казалось, они шли по выжженному солнцем полю, высокой траве, колыхавшейся под порывами горячего ветра. Трава назойливо царапала кожу сквозь плотную ткань камуфляжа, а пот, предательски стекая по лбу, застилал глаза. Командир тогда что-то шутил про “райский уголок”, отчего трава казалась не такой уж и колючей, а Васька, вечно ворчащий Васька, взахлеб рассказывал о своей заветной мечте – открыть собственный бар на берегу моря, где-нибудь в тихом, укромном местечке. “Райский уголок…” – Анна усмехнулась, сплевывая в пыль густую, солоноватую кровь. Сейчас это место больше походило на самый настоящий ад.
Они шли вперед по дороге, изрезанной бесчисленными колеями и ухабами – свидетельствами того, что здесь прошла не одна сотня машин. Поля, простиравшиеся по обе стороны, были бескрайними, огромными, словно море пшеницы, до самого горизонта. Казалось, что этим полям нет конца и края. Лишь узкие полоски лесополос, словно зеленые нити, прошивали этот желто-коричневый пейзаж, немного смягчая его суровую монотонность. Без этих лесополос здесь было бы совсем тоскливо.
Группа “Орлы” продолжала свой путь. Их цель – небольшая деревушка, расположенная в нескольких километрах. Там они должны были занять стратегически важную точку, укрепиться и держать оборону на линии боевых действий.
Группа двигалась вперед, каждый шаг выверен, каждое движение – отточено. Они постоянно сканировали окрестности, внимательно всматриваясь в каждую тень, в каждый подозрительный бугорок. Здесь была вражеская территория, а значит, опасность могла подстерегать за любым углом. Чужой лес, чужое поле, чужие дома – все могло скрывать засаду. Они должны быть всегда начеку, готовые в любой момент среагировать на угрозу и открыть огонь.
Они ступали по чужой земле, земле другой страны и народа. Они были всего лишь военными, наемниками, солдатами удачи – называйте как хотите. Но суть оставалась одна: они должны были выполнять приказы начальства и уничтожать врага, напавшего на их страну.
Казалось, совсем недавно Анна сидела за столом в кругу своей семьи, смеялась с друзьями, строила планы на будущее. А сейчас на ней была надета грубая военная форма, форма ее любимой, родной страны – Нордланд. Какая же она прекрасная, эта страна! Красивая и великая, с богатой культурой и историей, родная до боли в сердце. А сейчас… они где-то в какой-то забытой богом стране, у которой даже название какое-то странное – Сильверия. Страна, расположенная почти на границе с Нордландом, но такая чужая, такая конфликтная.
Анна добровольно пошла на военную службу. Она хотела помогать бойцам своей страны, быть полезной, защищать свой дом. И, честно говоря, ей нравилась вся эта военная тематика: оружие, тактика, адреналин. В этом был какой-то странный, захватывающий азарт.
И да, она довольно давно мечтала о таком – оказаться в гуще событий, на передовой, участвовать в спецоперациях, где нужно стрелять, убегать, прятаться, перехитрить врага. Она мечтала стать героем своей страны, героем, которого не забудут, о котором будут слагать легенды и помнить долгие годы.
Перед отъездом из дома, когда слезы матери обжигали щеки, а слова напутствия отца звучали как клятва, Анна пообещала им всем, своей семье, своим родным и близким, что вернется героем. Героем, которым они будут гордиться. Она хотела, чтобы этот маленький осколок славы, этой отваги навсегда запечатлелся в истории их семьи, их рода, и даже, возможно, всей страны. Чтобы ее имя передавалось из поколения в поколение, как символ мужества и самоотверженности. Чтобы ее подвиг вдохновлял других на великие дела. Это было ее целью, ее мечтой, и она не собиралась отступать.
Группа продолжала движение вперед, и вот, вдали показались очертания каких-то зданий. Это были руины, призраки былого величия, которые никогда уже не вернутся к жизни. Брошенные, забытые, изъеденные временем и войной, они стояли как мрачные памятники человеческой глупости и жестокости. Жители покинули эти места, когда боевые действия подползли слишком близко, оставив после себя лишь пустоту и разруху.
Группа постепенно приближалась к строениям, и теперь стало понятно, что это за место. Старая свиноферма. Несколько больших корпусов, когда-то полных жизни и шума, и небольшое двухэтажное здание, которое, вероятно, служило административным центром этого свиного царства – “мэрия”, как иронично подумала Анна. Все постройки были в запустении, изранены войной, словно их коснулось проклятие. Стены зияли дырами от снарядов, крыши обвалились, обнажая почерневшие стропила, а окна глазницами смотрели в небо.Согласно карте, где-то за этой свинофермой располагалась деревенька Солнечная, конечная цель их отряда. Именно там им предстояло закрепиться и удерживать позиции.
В голове Анны вдруг всплыли воспоминания, яркие и теплые, словно лучи солнца пробились сквозь серые тучи войны. Когда ей было лет девятнадцать, она оказалась в похожем месте. Тоже свиноферма, только гораздо больше, с огромной территорией и множеством зданий. Она приехала туда, чтобы помочь своей любимой крестной, которая работала там. И вот, во время работы, она столкнулась с одним молодым человеком, парнем лет двадцати.Их встреча была неожиданной, почти комичной. Они буквально столкнулись нос к носу, уронив ведро с кормом. Но когда их взгляды встретились, Анна почувствовала, как что-то щелкнуло внутри нее. Его глаза были такими добрыми и искренними, а улыбка – такой лучезарной. Анна сразу поняла, что этот парень не такой, как все. Он был красив, мил и, главное, обладал какой-то невероятной душевной теплотой.
С того дня они начали общаться, гулять вместе, делиться своими мечтами и переживаниями. Они узнавали друг друга все лучше и лучше, и вскоре поняли, что созданы друг для друга. Парня звали Алексей, Леша. Он помогал своему отцу по хозяйству на ферме, и эта встреча, казалось, была предначертана им обоим самой судьбой. Их любовь росла с каждым днем, становясь все крепче и глубже.
Сейчас Анне двадцать три года, и они с Лешей до сих пор вместе, все так же любят друг друга, и, несмотря на все трудности, остаются неразлучными. Эти воспоминания грели душу Анны, напоминая ей о том, что дома ее ждет любящий человек, ради которого стоит жить и бороться.
Отряд приблизился к свиноферме. Командир, по прозвищу Сокол, развернул карту, внимательно изучая маршрут. До деревеньки оставалось всего пару часов пути, но впереди их ждала опасная зона, где, по данным разведки, засели вражеские силы. Этих противников нужно было нейтрализовать, прежде чем двигаться дальше.
Едва Сокол успел сложить карту, как над его головой просвистела пуля, оставив после себя едкий запах пороха и звенящую тишину, которая взорвалась хаосом. Сработав на инстинктах, отряд бросился в укрытие. Со стороны полей раздались первые выстрелы, пули с яростным шипением рассекали воздух, пролетая в опасной близости от бойцов.
Они забежали в полуразрушенное здание свинофермы, лавируя между обломками бетона и ржавыми металлическими конструкциями. Пробежав несколько метров, группа нашла укрытие за покосившейся стеной, изрешеченной пулевыми отверстиями. Стрельба велась со стороны поля, с той стороны, откуда они только что пришли.
Не теряя времени, бойцы открыли ответный огонь. Грохот выстрелов слился в оглушительный гул, перекрывая все остальные звуки. Пули, словно разъяренные осы, носились над головами, впиваясь в стены, землю и все, что попадалось на их пути.
Анна прижалась к укрытию, готовясь вступить в бой. Но вместо того, чтобы сосредоточиться на текущей ситуации, в голове у нее всплыли воспоминания. Она вспомнила свой первый опыт стрельбы. Это было в армии, на одном из первых занятий по огневой подготовке. Вместе со своими товарищами по оружию она стояла в очереди в военный тир, с волнением ожидая своей очереди.
Стрельбище представляло собой длинный подвал, тускло освещенный лампами дневного света. Огневая позиция была рассчитана на двух человек, а расстояние до мишени составляло около ста метров. Когда подошла ее очередь, Анна получила патроны и заняла свою позицию. Тогда они стреляли лежа, опираясь на локти.
Первый выстрел оглушил ее. Звук был настолько громким, что после первого же выстрела Анну словно оглушило. В рожке было десять патронов, и, преодолевая страх и дискомфорт, она продолжила стрелять. Грохот выстрелов, казалось, вот-вот разорвет ее барабанные перепонки. Ей казалось, что уши оглохнут навсегда, и она больше не услышит ни звуков окружающего мира, ни голосов, ни шелеста листвы.
Да, тогда еще долго в ее ушах звенело после стрельбища, но со временем это стало не так больно и неприятно. После долгих тренировок она привыкла к звуку выстрелов, и он больше не вызывал у нее панического ужаса. Теперь выстрелы были лишь частью ее работы, ее жизни.