Роман Волков – Черный поток (страница 16)
– Ну что там еще случилось? – вздохнул Зигунов и отчетливо ощутил, как с голодухи подводит желудок. Сколько он не ел? Часов десять уже?
– Товарищ майор, – между тем заговорщицки зашипел из окошка дежурный, делая огромные глаза. – Москвичи приехали.
– Что за москвичи?
– У самого сидят. Вас ждут.
– Меня? Почему именно…
Но вахтенный не слушал. Он судорожно перелистнул несколько страниц регистрационной книги и, повернув ее к Чигаркину и Зигунову, ткнул пальцем:
– Вот. Полковник Лепнин и профессор судебной психиатрии Перемогин.
– Хорошо, иду, – пожал плечами Петр.
– Сам распорядился: как вернетесь, сразу к нему. Они вас уже пару часов дожидаются.
– Понятно. Спасибо.
Майор повернулся и удрученно посмотрел на Чигаркина:
– Похоже, обед отменяется.
– Думаете, за десять минут там что-то прям кардинальное произойдет? Пошли, перекусим по-быстрому…
– Нет. Святой Георгий ждать не любит. Не хочу, чтоб он мне потом эти десять минут вспоминал следующие десять лет. Слушай, возьми для меня в столовке что-нибудь. Хоть пару кусков хлеба с чаем. Жрать хочу, сил нету. Может, быстро управлюсь с этими москвичами… принесла их нелегкая…
– Ох, наживете вы себе язву, товарищ майор, будете так рьяно служебный долг исполнять, – кривовато ухмыльнулся Чигаркин. – Вот возьмите бутербродик, мне жена положила.
– Спасибо, – Зигунов, слегка вздохнув, хлопнул Чигаркина по плечу, явно думая уже совсем о другом, и быстрым шагом направился к лифту.
Пока кабинка поднимала его на нужный этаж, Петр пытался отвлечься от мыслей о еде и думал о всяких глупостях. Если бы он был героем какого-нибудь сериала или, на худой конец, остросюжетного детектива, то полковник Лепнин должен был бы оказаться восемнадцатилетней жгучей красавицей Натальей Лепнин, наследницей древнего дворянского рода.
А профессор психиатрии Перемогин носил бы загадочное имя Изабелла и прожигал майора Зигунова страстным всеведущим взглядом миндалевидных глаз. Эх! Если бы это было правдой, то могло бы – хотя б отчасти – искупить неприятное тянущее чувство в пустом желудке. И почему в Управление не набирают знойных цыпочек? Работать было бы куда…
Додумать Петр не успел, потому что в памяти отчетливо проступил портрет крепко сбитого мужчины далеко за сорок. Черт! Все-таки Лепнин – совсем не Наталья. Звали полковника Владимир Петрович, и он вел несколько резонансных дел по серийным убийствам. Вел весьма успешно. Судя по отчетам, которые попадались на глаза Зигунову, почти все дела были закрыты, а обвиняемые оказались там, где им и положено быть. Так вот что сюда привело москвичей! Хотя странно – два убийства, пусть и необычных, – это еще маловато для серии. Ладно, чего голову ломать? Сейчас все прояснится.
– Заходи, Петя, заходи, – сделал приглашающий жест полковник Дидиченко. Выглядел он немного утомленным, но, как всегда, собранным и энергичным. – Знакомься – наши коллеги из Главного управления.
За столом для совещаний рядом сидели двое. Один – немолодой крепыш с острыми чертами лица и стриженный почти под ноль – полковник Лепнин, каким Зигунов помнил его по фотографиям в газетах и отчетах. Второй – видимо, тот самый профессор психологии – больше походил на пожилого хипстера. Модный причесон в стиле undercut с миниатюрным хвостиком-пучком на затылке, аккуратная борода, стильно спрыснутая благородной сединой. Он вызвал у майора противоречивые чувства. Ну хотя бы похож на героя сериала… пусть и не женщина.
Стол перед гостями был завален знакомыми фотографиями. Рядом стоял поднос с чайником и чашками.
Полковник указал рукой на крепыша:
– Владимир Петрович Лепнин. Его, наверное, и представлять не надо – личность известная…
– Да не такая уж… – уголками губ улыбнулся тот.
– И Валерий Всеволодович Перемогин – наше большое везение. Один из крупнейших специалистов по судебной психиатрии в стране.
– Здравствуйте, – кивнул «хипстер», постукивая по столу тонкими пальцами. Почему-то этот жест показался Зигунову настораживающим. Да и вообще, весь вид профессора вызывал напряжение. «Старею, – подумал майор. – Начинаю уже за внешний вид людей осуждать».
– Мы с товарищами уже познакомились, – продолжал между тем Георгий Иванович. – Я ввел их в курс дела, а ты уже познакомишь с тем, что у нас есть, более детально. С этого момента ты со своими архаровцами напрямую подчиняешься полковнику Лепнину. Оказывайте всяческое содействие. Я рассчитываю, что такое сотрудничество даст плоды в самом скором времени – опыта у вас всех хоть отбавляй. Делитесь. Я со своей стороны тоже помогу, чем смогу. Задача ясна, майор?
– Так точно, товарищ полковник!
– Вот и отлично.
Конечно, от такого поворота событий Зигунов был не в восторге. Но, с другой стороны, свежий взгляд и опять же впечатляющий опыт Лепнина… Да и помощь профессионального психиатра может сильно продвинуть дело. В общем, будем мыслить позитивно.
– Да! – спохватился Дидиченко. – Наши московские коллеги разместятся в вашем кабинете. Чигаркин с Республиканским пока пусть на второй этаж переберутся.
– Хорошо. Я им передам.
– Ну тогда вроде бы все. Можете приступать к работе. Не буду вас задерживать.
Москвичи быстро сгребли материалы дела со стола в папку, из которой их ранее и достали, и, попрощавшись, вышли в коридор вслед за Зигуновым.
– Ну как у вас впечатления? – задал он вопрос небрежным тоном. По сути, от того, как гости на него ответят, будет зависеть то, сложатся у них отношения или нет. Лепнин и Перемогин это тоже прекрасно понимали.
Полковник кашлянул и неторопливо ответил:
– Судя по материалам дела, у вас все под контролем. Я бы даже сказал, что ваша команда в такой нестандартной ситуации сработала очень хорошо. И выводы ваши, на мой взгляд… У меня тут по ходу пьесы… в смысле, пока знакомился с данными, даже кое-какие мыслишки возникли. Хотелось бы обсудить. Да и у Валерия Всеволодовича, думаю, найдется что нам сказать.
– Кое-что найдется, – улыбнулся в холеную бороду психиатр.
– А потом я бы хотел заглянуть в морг – своими глазами на тела посмотреть. Ну, знаете, непосредственный контакт – он подстегивает мыслительный процесс.
Лепнин хохотнул, и благодаря этому Петр как-то сразу расслабился. Даже в желудке снова гадко потянуло и зверски захотелось есть. С плеч будто гора свалилась. Все-таки сотрудничать с вычурными борзыми выскочками, которых тебе спустили сверху, не слишком приятно. А эти вроде нормальные мужики.
– Да, я и сам хотел, чтоб вы на них посмотрели. Свежий взгляд…
Зигунов открыл дверь в кабинет, где работала их группа, и удивленно остановился на пороге. За одним из столов сидел Республиканский и о чем-то увлеченно беседовал с профессором Рындой.
– А мне все-таки кажется, Павел Юрьевич, что Гамлет обычный псих… О! Здравия желаю, товарищ майор! Тут вот к вам посетитель…
– Привет. Спасибо, вижу. Здравствуйте, Павел Юрьевич… И подождите одну минутку, пожалуйста. У меня тут небольшой организационный момент.
– Да-да, конечно.
– Республиканский, это наши коллеги из Москвы. Познакомлю вас позже, не хочу задерживать посетителя.
Майор недвусмысленно посмотрел на подчиненного, давая понять, что при посторонних ничего обсуждать не следует.
– Короче. Вы с Чигаркиным на время их пребывания здесь переезжаете на второй этаж. Пойди, осмотри там обстановку, потом доложишь, если что-то нужно будет.
– Есть! А…
– Все, свободен.
– Так точно!
Недовольно козырнув, Республиканский ушел.
– Присаживайтесь, господа, – Петр сделал приглашающий жест. Москвичи сели, а Рында, наоборот, встал и сделал шаг вперед чуть ли не с распростертыми объятиями:
– Дражайший Петр Сергеевич…
Зигунова прошиб холодный пот. Сейчас Рында начнет сыпать своими присказками-прибаутками, называть его Порфирием Петровичем, царем Эдипом и так далее, и потом сто лет придется Лепнину объяснять, что это не псих со словесным поносом, а уважаемый доцент литфака и консультант в расследовании.
– Познакомьтесь, господа, – повернулся он к москвичам, перебивая уже готовые сорваться с уст Рынды излияния. – Это наш консультант из университета. Доцент кафедры мировой литературы Павел Юрьевич Рында.
– Очень приятно, – в унисон ответили гости, внимательно рассматривая сухощавого незнакомца.
Видимо, их пристальные взгляды произвели на доцента определенное впечатление, потому что он приосанился, опустил руки и вообще внезапно стал похож на уважаемого ученого, а не на скомороха, как обычно. Петр про себя с облегчением выдохнул.
– Так что вас привело, Павел Юрьевич?..
– Да… Просто, вы понимаете, я тут думал, а вы говорили забегать, если вдруг какие мысли появятся. Вот я и…
– Правильно сделали.
Рында с опаской поглядел на Лепнина и Перемогина.
– Это может прозвучать странно…
– Говорите, Павел Юрьевич, не стесняйтесь, – подбодрил ученого полковник с доверительной улыбкой. – Иногда даже самые фантастические идеи могут оказаться полезными. Хотя бы как отправная точка, намек.