Роман Титов – Темный Исток: Гончие Дзара (страница 6)

– Спасибо. – Если Аргус и хотел показаться польщенным, то старался для этого из рук вон плохо. Невозмутимое выражение на его лице не потеплело ни на йоту, хотя Изму это как будто и не задело.

Покинув рубку, мы нацелились на стыковочный отсек, к которому по-прежнему был пришвартован звездолет, выбранный Измой для путешествия на Шуот. Если верить Красноволосой и Татуированному, кораблик был тем еще мусором, что, в общем-то, не помешало пиратам, себе же во вред, клюнуть на него. Аргус шагал впереди, я – за ним, а Изме выпало завершать нашу скромную группу. Отчего он не был в восторге, учитывая, что нам пришлось пересечь кают-компанию, в буквальном смысле забитую трупами под завязку.

– Зачем вообще было сюда их стаскивать? – спросил я, помимо воли столкнувшись взглядом с тем одноглазым анакийским парнишкой, что на секунду заглядывал в трюм.

– Так было нужно. – Аргус даже не думал замедлять широкого шага.

Но я не собирался униматься. По большей степени мне на убитых, конечно же, было плевать, но того парнишку оказалось по-настоящему жалко. Трудно представить, чем он мог заслужить такую участь.

– Кому нужно?

– Мастер Риши, – прошептал мне на ухо Изма, – не надо вопросов об этом. Просто идите.

Однако Аргус уже остановился, развернулся и вперил в меня свои обжигающе-холодные прожекторы:

– Смерть – мое ремесло, Риши. В прямом и переносном смысле. Я существую, чтобы убивать, и знаю, как это сделать бесчисленным количеством способов. Но, помимо этого, я также знаю, что к своим жертвам нельзя относиться непочтительно. Даже собираясь сжечь их в пламени солнца, я не мог позволить телам валяться, где попало.

– Но голову Татуированного ты в камеру Измы подбросил, – напомнил я, игнорируя тошнотворный запах ржавчины, с которым не справлялись фильтры вентиляции.

Аргус стоял почти вплотную и смотрел сверху вниз чуть ли не с весельем. Ему нравилось, что я задаю вопросы!

– У каждого поступка есть причина, Риши.

– Например? Напугать меня до полусмерти? – Прячась за язвительностью, я всеми силами старался заглушить голос совести, настойчиво шептавший, что даже в бывшем сером страже отыскалось куда больше сострадания, чем нашел в себе я, когда перешагнул через труп капитанши.

Аргус меня раскусил. Выгнув бровь, он спросил:

– А ты испугался?

Разумеется, я соврал.

– Значит, причина была иной, – подвел итог страж, склонив голову набок. Стало ясно, что он ни на секунду мне не поверил.

Я же не унимался:

– Так какой же?

Внезапно вместо Аргуса ответил мне Изма:

– Мастер Риши, не знаю, насколько давно, но у вас появилась некоторая склонность следовать за смертью по пятам. Хозяин Ди как-то сказал, что вы с самого рождения обладали навыками эдакой ищейки, интуитивно могли найти все, что угодно.

В ответ я лишь пожал плечами, мол, было дело. Ну и что с того?

–Что ж, как выяснилось, эта ваша способность и на метафизический аспект убийства распространяется. Вас в буквальном смысле тянет по следам смерти.

– И вы проверяли меня таким образом? – Не в силах поверить, я ненароком вернулся взглядом к бедному анаки и чуть не уронил на пол челюсть, когда он подмигнул мне остекленевшим глазом. Без сомнения, то был лишь оптический обман, но настолько реалистичный, что я в него почти поверил. Еще раз глянув на свои дымящиеся руки, я вспомнил о том, что на свете не существовало силы, способной возвращать кого бы то ни было из небытия. – А не хотите ли вы намекнуть, будто это случилось после Шуота?

– Не хотим, – отрезал Аргус.

– И не будем, – кивнул Изма. – Но вам следует чуть больше внимания уделять своим способностям. Особенно учитывая, что вам удалось выяснить на дне Алого озера.

Последнее замечание заставило меня чувствовать себя еще более неловко.

– Откуда вам известно про озеро, Изма? – И тут же перевел взгляд на Аргуса: – Это ты ему сказал?

Повисла неловкая пауза. Загадочно улыбнувшись, Изма извинился и, снова встопорщив усики-чешуйки, первым проскользнул через шлюзовой затвор. Мы с Аргусом остались наедине. Не считая убитых, разумеется.

– Зачем ты ему сказал?

– Так было нужно. – Повторяя свой прежний ответ, страж будто нарочно меня провоцировал. Но вот на что?

– Серьезно? Я и не планировал что-то скрывать, но…

– Тебя удручает, что со своей прислугой я откровенней, чем с тобой?

Это была ерунда чистой воды, но лицо все-таки залило предательской краской.

– Ничего подобного! Просто я…

– Ты мне не доверяешь, Риши, и я это знаю, – голос Аргуса звучал ровно, почти холодно. – Может быть, даже заслуживаю немного. Но, пожалуйста, не решай за меня, кому мне следует доверять.

Он что, обиделся?

– Я и не пытался! – Я ждал хоть какого-то намека, хоть что-нибудь, что подсказало бы, какие эмоции скрываются за этим неприступным выражением, но только зря старался. Все, чего дождался – это едва слышный смешок.

– Идем, – бросил Аргус и тут же исчез в переходе.

Еще раз прокрутив в голове нелепый диалог, я вдруг понял, что так и не рассказал ему о том, как выбрался из капсулы и кому пришлось заплатить за это своими жизнями. Если с механиком все было более-менее понятно, то личность Красноволосой не могла ускользнуть от бдительного ока Ди Аргуса. А раз так, то почему он сам о ней не спросил? Надеялся на обратную откровенность? Или в очередной раз прощупывал почву? Я полагал, что с момента гибели брата, хотя бы недомолвок в моей жизни станет меньше. Как же я ошибался.

В итоге решив, что какое-то время сумею прожить без ответов, я бросил последний взгляд на труп юного анаки и шепнул:

– Мне жаль, что так вышло.

Глава 3 Обратно в мир живых

Судно, выбранное Измой для полета на Шуот, и впрямь оказалось тем еще мусором. Старая четырехместная развалина, некогда гордо звавшаяся яхтой, выглядела как дротик, посаженный на бабочку с двигателями – тесная коническая кабина, в кольце четырех плоскостей. Я таких не встречал, даже когда жил на Семерке (а на той помойке какой только хлам не собирался), и потому не уставал удивляться, что подобной рухляди нашлось место среди более чем достойного парка звездолетов семейства Занди.

– Я выбирал тот, что привлечет как можно меньше внимания, – огрызнулся Изма, когда я порядком достал его придирками.

– Может, стоило выбрать тот, что быстрее? Внимание пиратов он все-таки привлек.

– А он и был быстр, – сконфуженно ответил мект. – Пока мне не пришлось пробираться через орбитальную защиту Шуота. Я пилот неплохой, знаете ли, но до мастерства хозяина мне далеко. Чудо, что вообще удалось приземлиться. Несколько чуть более точных попаданий, и корабль уже бы никогда не взлетел с поверхности планеты, а мы все – померли.

– Думаю, ваш хозяин выжил бы и в этом случае, – заметил я с пассажирского кресла, наблюдая за тем, как Аргус привычно берет на себя роль пилота. Процесс расстыковки уже завершился, и теперь нам предстояло проводить «Плакальщицу» и весь ее экипаж в последний путь до ближайшей звезды.

– Если распылить меня на атомы взрывом, то обратно я не соберусь, – между делом заметил страж, удаленно запуская двигатели пиратского корвета.

Мы с Измой переглянулись, но от комментариев воздержались. Меня еще не отпускала история с падением в каверну и последующим «чудесным» спасением, а какие мысли терзали разум мекта, было неизвестно. Вполне возможно, он по-прежнему не верил своему везению, а может просто дожидался возвращения домой.

Кстати, о возвращении. Догадаться о том, куда мы направимся после того, как «Плакальщица» испарится в огненных протуберанцах, труда не составило. Что Изма, что Аргус, оба называли домом лишь одну планету в Галактике – Боиджию. А поскольку мой дом оказался уничтожен Черной эскадрой Дианы, то на широкий выбор я рассчитывать не мог. Хотя, вернее было бы сказать, что меня вообще никто ни о чем не спросил. Но я не жаловался. В конце концов, Боиджия вполне сошла бы за деталь прошлого, что пережила мое путешествие на Шуот неизмененной – эдакий зеленый уголок постоянства. И на том спасибо.

Двигатели развалюхи ожили, отчего рубку затрясло. Вцепившись в подлокотники кресла, я спросил:

– А вы уверены, что на нем еще можно летать?

Аргус не отреагировал, уводя корабль подальше от «Плакальщицы», а Изма подарил мне одну из своих ехидных улыбочек:

– Уж не боитесь ли вы, мастер Риши? – И куда только делось прежнее подобострастие?

Искоса глянув на него, я нервно выдохнул:

– А что, похоже?

– Я почему-то считал, будто Исток не подвержен людским слабостям. Хотя бы большей их части.

– Людским? – прищурился я.

– В широком смысле, конечно же, – взмахнул рукой он, отчего у меня сложилось стойкое впечатление, будто надо мной издеваются. Робкий и тихий Изма? Похоже, еще большой вопрос, кого и насколько изменил Шуот.

– О! Ну, что ж, будучи Истоком, могу вас заверить, что любые слабости, свойственные живым существам, свойственны и мне тоже. Боязнь чего бы то ни было не исключение.

Ответная улыбка и нараспев сказанное «какой же нежный монстр» только подтвердили подозрения.

– Изма, не доставай его, – бросил Аргус.

Прямому приказу мект не осмелился не подчиниться, но я вовсе не противился подобным подначкам. Наоборот, было крайне интересно знать, что думают обо мне те, кто ничего от меня не ждал. По крайней мере, в их искренности труднее всего усомниться. Я сказал: