Роман Титов – Призма тишины (страница 79)
– Ничего необычного?!
Теперь, похоже, даже Райта пробрало. Хотя я, признаться, все еще не понимал, от чего.
– Ты, Эпине, понимаешь, что все это значит?
Я поднял глаза на «Гнездо-17», все еще заслонявшее большую часть небосклона.
– Что в небе висит корабль, битком набитый этими тварями?
– И ты можешь ими управлять!
Я уперся взглядом в Райта, потом снова посмотрел на безобразный корабль. Логика ассасина казалась столь же недостижимой, как и само судно.
– Зачем мне управлять этими тварями? Я не говорю, что собираюсь. Но даже если б мне гипотетически хватило сил, для чего это делать?
– Ты прикидываешься или как? Это же маленькая армия из кровожадных пауков!
– И что?
– Думаешь, там, куда мы направимся, они не пригодятся?
– Да зачем?
– Ну-у-у, не знаю. Может, чтобы внимание старой суки отвлечь? Как ты ее побеждать собираешься? В картишки на раздевание?
«А и правда, Сети. Как?» – В темном зеркале рядом с мыском моего ботинка показалась ухмыляющаяся бледная рожа Паяца.
Не сказал бы, что идея Райта вызвала во мне полное отторжение. Мысль иметь в своем распоряжении подкрепление, пусть даже отталкивающее по своей природе, выглядела весьма соблазнительной, с какого ракурса ни посмотри. Но одна из проблем, помимо острого нежелания не иметь ничего общего со стаей новорожденных акронид, заключалась в том, что я вовсе не был уверен в своих способностях взять ее под контроль. Конечно, можно было бы какое-то время продержать паучат в узде, а, оказавшись на борту Обсерватории, дать полную волю, но что насчет последствий? Кто даст гарантию, что Эйтн не пострадает? И что станция не окажется в лапах тех, кого к ней вообще нельзя подпускать?
И да. Оставался вопрос силы. Мне ни за что не хватило бы сил на подобный трюк. Разве что попалась бы возможность расширить собственный потенциал…
Что, если совет Хранителя на самом деле не такой дурацкий? Взгляд мой опять упал на глумливого Паяца.
– Вы хотите выбраться отсюда?
Тот, казалось, не поверил, что обращались к нему.
«Ты это сейчас мне, Сети? Прости, но сразу не поймешь. Тебя то и дело мотыляет от «ты» к «вы». А это нервирует слегка».
Я кивнул, чем заслужил вопросительно приподнятые брови со стороны Райта и Эйтн, но объясняться не стал и продолжил:
– Перед вами два варианта: провести здесь вечность или помочь мне остановить Бавкиду.
– Ты это сейчас кому, Эпине? – удивился Райт, чуть ли не идеально скопировав тон предыдущего вопроса Паяца.
Я бы усмехнулся, если б не отвращение, которое вызывала сама ситуация, а так только поднял руку, призывая того помолчать.
Паяц недолго думал над ответом.
«С чего ты взял, что это сработает?»
Стараясь подавить зародившееся в груди естественное отторжение, спровоцированное одной только мыслью о последствиях, я монотонно проговорил:
– Поодиночке нам с нею не справиться. И вы это уже доказали. Однако, действуя сообща, можем добиться успеха.
Эйтн и Райт, видно, сообразив, что происходит нечто за гранью их восприятия, притихли.
Паяц же наоборот – зазвучал заинтересованно.
«Я не о том, Сети. Нет, не подумай, будто предложение глупое, но мне искренне любопытно, что подтолкнуло тебя к нему, и с чего ты взял, что я по итогу не предам тебя?»
Желание расхохотаться схлестнулось со всплеском столь лютого негодования, что лишь чудовищным усилием воли я не выхватил бластер и не выпустил плазменную очередь в зеркальную гладь кварцита. Уговоры – не моя сильная сторона. В особенности, когда сделка грозит серьезными последствиями. Впустить в свое тело и разделить разум с тем, чьим жизненным кредо было выживание любой ценой, а многолетнее заточение явственно сказалось на здравости рассудка, представлялось высшим проявлением глупости. Но другого-то выхода искать негде.
– Ни с чего, – сказал я в итоге. – Я осознаю все последствия и предлагаю сделку. Достаточно честную. Для вас.
– Сет? – голос Эйтн показался еще более напряженным, но я не откликнулся и в этот раз.
«Да ну? И что же это за сделка такая? Мне любопытно послушать».
Все еще глядя в расплывчатую физиономию, подобно плоской бледной рыбине, нарезавшую круги под твердым кварцитом, я вздохнул.
– Я помню, что не всякое сознание подходит для подселения.
«Все верно, мальчик. И что же? Ты-то у нас
– Точно. Все так. – Я облизал пересохшие губы. О том, на что я иду, думать не хотелось, а потому и слова подбирались с трудом. – Мы с Ра неплохо уживались в одном теле. Теперь я предлагаю вам то же. – И повторил: – Справедливую сделку.
– Сет!
И опять я не отреагировал, приковавшись взглядом к Паяцу.
«Я тебя слушаю, Сети».
Руки дрожали так, что их пришлось спрятать в карманы. Скулящий ветер, подметавший пыль, усилился, как будто желая поскорее прогнать нас с поверхности Шуота. Сообразив, что промедление лишь ослабит мою решимость, я зачастил:
– Вам не придется меня предавать. Сработавшись и покончив с Бавкидой и Обсерваторией, мы сможем побороться за это тело. На равных.
Я понимал, как мои спутники на это отреагируют, а потому практически не вздрогнул, когда услышал яростное Эйтн:
– Нет!
И раздраженное Райтово:
– Сети! Ты не в себе?!
По-настоящему же волновал меня ответ Паяца. И я терпеливо и молча ждал в течение нескольких минут, пока он не заговорил.
«Как щедро. Это ж надо. А с чего так вдруг?»
Казалось, что на глаза опустилась алая пелена. Паршивый пережиток знал, что у меня не будет достойного ответа на его вопрос и тихо посмеивался над предложением. Такие вещи сами по себе необъяснимы. Когда ты принимаешь решение, прекрасно осознавая, что по итогу сильно рискуешь, тебе не нужно углубляться в анализ. Ты просто понимаешь, что иначе к решению главной проблемы не подступиться. Все остальное лишь пустая болтовня. Бессмысленная возня. И ничего более. Я стиснул кулаки и зарычал.
– Соглашайтесь. Или торчите здесь вечность.
«Не надо так злиться, Сети. Я лишь пытаюсь понять, что тут нет скрытой ловушки».
– Она есть, – признал я. – Но подействует лишь в том случае, если вы вздумаете нарушить условия сделки раньше времени.
И опять долгое ничего в ответ, пока наконец…
– Сет, наверху что-то происходит.
Я развернулся к Эйтн, не сразу осмыслив, о чем она, и только после того, как проследил за направлением ее взгляда, все понял. Уродливая махина, застывшая посреди шуотских небес, как будто заворочалась ото сна. Но не затем, чтобы убраться восвояси, на что прозрачно намекала низкая активность двигателей. Все оказалось куда занятней. И проще в то же время. Потому что у «Гнезда-17» распахнулись орудийные люки.
Райт первым пришел в себя. Он заорал нам:
– Будут стрелять! ЛОЖИСЬ! – И тут же сам ничком бросился на кварцит.
Я, не задумываясь, метнулся к растерявшейся Эйтн и, ухватив ее за руку, распластался на жесткой, но до странного теплой поверхности. Саму девушку я постарался накрыть собственным телом и, положив руки на голову, принялся ждать.
Секунда. Другая. Ничего. Лишь монотонный гул со стороны пиратского корабля.
Эйтн подо мной неловко поерзала.
– Сет, мне кажется, это излишне.
Усиленно стараясь не думать, куда именно упираются некоторые части ее тела, я убрал ладони с затылка и приподнял голову, чтобы звездолет попал в поле зрения. Наверху как будто ничего не менялось. Если с «Гнезда» и собирались стрелять, то почему-то не торопились.
– Сет. – Леди Аверре не стала скрывать раздражение. – Слезай.