Роман Титов – Призма тишины (страница 64)

Леди Рисса раздраженно тряхнула головой.

– Разве сейчас это имеет значение? Нам надо запустить эту штуку прежде, чем заявится кто-нибудь еще. Не тратьте же время, Шенг!

Мастер-лейр недовольно сверкнул глазами, но все же покорно вернулся к своим обязанностям. Это позволило мне продолжить расспросы.

– Ладно, с флотом я все понял. Но зачем вам Обсерватория? И как вообще вы о ней узнали?

– Так же, как и обо всем прочем, – вместо матери ответила Эйтн и пояснила: – С помощью шпионов. Мегарри не единственная, кто на тебя работает, ведь так, мама?

– Твой покойный дядюшка наглядно показал мне, сколь много пользы можно извлечь из тех, кому в этой жизни повезло меньше нашего. Достаточно лишь проявить немного доброты, и эти бедняжки готовы есть с рук. Пока ты изучала Теней и лейров, я тоже не сидела без дела. И, если уж быть до конца откровенной, то сделала куда больше для блага Империи, чем ты со своими никчемными изысканиями.

Пока Эйтн пыталась справиться с презрением, в которое ее окунула родная мать, я не упустил возможности напомнить:

– Да, но на вопрос вы так и не ответили. Зачем вам с Шенгом Обсерватория?

На леди Риссу это произвело особое впечатление. Она практически утратила самообладание, позволив себе повысить голос на полутон:

– Щенок! Кто дал тебе право меня допрашивать?

– Быть может, я?

Все обернулись на голос. Это был поистине занятный поворот. Не из тех, что потрясал до глубины души, но всерьез грозил потерей ментального равновесия.

– Бавкида, – выдохнул я и остальные в зале вторили мне эхом:

– Б-бавкида!

– Бавкида!

– Бавкида.

С тех пор, как мне довелось видеть наставницу в последний раз, казалось, протекли годы, но она предсказуемо не изменилась. Та же черная мантия с капюшоном, тот же заостренный подбородок, те же бледные, изборожденные глубокими морщинами щеки и те же глаза – да, глаза! – которые выглядели двумя уменьшенными копиями шахты на поверхности Гонгси. Встретившись с этим взглядом, я ощутил, как по внутренностям прошлись невидимой гребенкой, и вздрогнул.

– Во плоти, дорогие мои. – Безгубый рот изогнулся кривой ухмылкой, костлявая рука отряхнула подол мантии от шуотской пыли. – Хотя, не припомню, чтоб приглашала хоть кого-то из вас.

Она шагнула вперед, чем спровоцировала двух стражей снова перейти в атакующую позицию. Застрекотали энергоклинки. Леди Рисса, если и планировала вмешаться, не успела – стражи двумя размытыми призраками ринулись вперед.

– Так вот чьи это чудо-молодцы, – хмыкнула Бавкида и, прежде чем хоть одно лезвие успело ее задеть, небрежно отмахнулась от нападавших.

Мощь теневой волны, прокатившейся по залу, заставила каждый волосок на моем теле вздыбиться и затрепетать. Но я-то ладно, мне к подобному не привыкать. А вот со стражами получилась неувязочка. Слишком уверенные в собственном превосходстве, они, казалось, даже не осознали, в какую неприятность угодили, и в буквальном смысле рассыпались прахом. За считанные мгновения от пары дюжих воинов не осталось ничего, кроме двух неаккуратных груд опаленных до черноты костей.

Если после столь убедительной демонстрации у кого-то и были возражения, то их предпочли держать при себе. Шенг громко пискнул и как-то весь сдулся, обмякнув на поручнях. Леди Рисса, которой подобный исход, судя по всему, в голову не приходил, округлившимися глазами смотрела на останки своих телохранителей. Не привыкшая пачкать руки самостоятельно, она явно переживала экзистенциальный кризис или же некую его вариацию. Условно невозмутимыми остались лишь мы с Эйтн.

– Это было ни к чему, – заметил я, нарочно встав так, чтобы загородить собой обеих риоммок. Понимал, что для старой ведьмы практически не представлял угрозы, тем не менее не мог позволить ей навредить ни Эйтн, ни даже ее матери.

Бавкида жест оценила. По крайней мере, на это мне намекнул ее сделавшийся вдруг каким-то лукавым взгляд и еще более нелепая улыбка.

– Очаровательно до тошноты. – Не отвлекаясь более на риоммских дам, она двинулась к центру управления и болтавшемуся там иланианцу. – Впрочем, не так очаровательно, как ваше предательство, мастер Шенг. Нет, я, разумеется, ожидала, что вы начнете плести интриги, стоит мне только выйти за порог, но подобное… И как у вас только смелости хватило?

Сомневаюсь, будто Бавкида не знала, насколько болезненно Ри Шенг реагирует на критику. Сотканный из неуверенности и прямо-таки неукротимой жажды признания, он срывался всякий раз, стоило кому-то хоть намекнуть на его никчемность. Вот и сейчас, и без того круглый иланианец приосанился и как будто распух еще сильнее. Глаза его снова засияли. Отбросив страхи, он негодующе взвизгнул:

– Все вы считали меня ничтожеством! Все! От Навигатора до младших учеников! Шептались за моей спиной, строили козни. – Он навалился на поручни и перевел дыхание. – Но знаете, что? Я вас всех переиграл! Да! Я единственный, кому хватило ума не высовываться раньше времени. Да-да-да! Я давно понял, что ценности лейров пришли в упадок и Орден надо менять, просто не хотел, чтобы все это прошло через пень колоду. Козни и перевороты! П-ха! Все это чушь несусветная! Адис Лейр пережили Первую войну лейров! Справятся и со Второй.

Бавкида, приподняв бровь, проскрипела:

– С помощью результатов моих трудов, судя по всему?

Шенг фыркнул:

– А почему бы и нет? – Он с нежностью погладил поручень. – Естественные процессы время от времени не вредно подстегнуть. Пусть я пока не до конца разобрался в принципах действия этого устройства, но кое-что все же понял. Обсерватория способна значительно расширить наше понимание Теней. Не вижу в этом ничего дурного. О, и будьте уверены, ваши заслуги, дражайшая Бавкида, отметят.

– И вы обещаете мне это на правах?..

Шенг осклабился.

– Навигатора Адис Лейр, конечно же!

– Я пережила одного Навигатора. С чего вы взяли, что не сумею пережить другого?

Шенг как будто окончательно забыл, с кем имеет дело. А может, это просто ужас окончательно лишил его рассудка. Он завертелся и подпрыгнул, едва не снеся пузом несколько компьютерных панелей, потом, подобно исполнителю драматической роли, поднял вверх руки и хлопнул в ладоши.

Тогда-то мне и удалось заметить слегка дымящийся ожог на тыльной стороне обеих его ладоней. Это, вкупе с тем ощущением, которое породило приближение к Обсерватории, заставило несколько шестеренок внутри моей головы щелкнуть.

Шенг тем временем зловеще проговорил:

– Потому что даже ваше могущество, моя дорогая, не безгранично.

Я перевел взгляд с толстяка на старую ведьму. Та улыбалась, как могла бы улыбаться добрая бабуся при виде собственных дорогих внуков. Одна только странность – глаз эта самая улыбка не касалась.

– И на что же ты рассчитываешь, мой дорогой Ри? На честный поединок?

– Зачем же вы меня так оскорбляете, мадам? – Теперь лицо Шенга выглядело слегка подкисшим. – Уж вы-то знаете, что честность – не та добродетель, что пестуют в Адис Лейр.

– Согласна, – кивнула Бавкида и еще до того, как я успел остановить ее, нанесла удар.

Глава 22

Поединок

– Бавкида, стойте!

Но мой крик потонул в шуме энергетической вспышки. Пространство вокруг залило сверхъестественным, темным сиянием, уши заложило от монотонного гула. Центр управления как будто бы погрузился под воду, и все, кто находился внутри, ощутили неумолимое давление невидимой толщи, все быстрее и быстрее свивающейся в воронку. Фигуры впереди и рядом со мной приобрели сразу несколько теней, а спустя мгновение их очертания утратили четкость, стали размытыми, как карандашные наброски, а затем и вовсе растаяли в густом и вязком сумраке.

Я машинально потянулся к Эйтн и прокричал ее имя.

Ничего не случилось: собственного крика я не услышал, а пальцы схватили лишь пустоту.

Сердце свалилось в желудок и вместе с ним сжалось в крошечный комок. Стало по-настоящему страшно. Я снова попытался закричать:

– Эйтн?!

О том, что происходит вокруг, я не имел ни малейшего представления. Была ли слепящая вспышка и энергетическая волна, прокатившаяся по всей Обсерватории, делом рук Бавкиды, я тоже не знал. Старая лейра хитра и изворотлива, а пределов ее могущества не знал, пожалуй, ни один лейр. Однако и Шенг, со всеми своими странностями в поведении и облике, тоже не выходил из головы. Мастер бить исподтишка, он вряд ли мог одержать победу в честном поединке. Если только таинственное свечение в глубине его глаз и ожоги на обеих ладонях не послужили внешним отражением неких внутренних перемен. Вспоминая собственный опыт общения с Обсерваторией, я легко мог предположить, что самоуверенный иланианец стал заложником хитрой системы управления. Проще говоря, нажал куда-то не туда, из-за чего все и покатилось кувырком.

Или…

– Сет.

Я не услышал, но почувствовал, как Эйтн произнесла мое имя. Попытался сориентироваться в пространстве, но прежде чем успел хоть что-то понять, ощутил осторожное прикосновение к своей ладони.

– Что происходит? – И снова вопрос, не сказанный вслух, а как будто отпечатавшийся на внутренней стороне моей черепной коробки. – Я почти ничего не вижу!

Я знал, что должен успокоить ее, но пока подбирал слова, упустил момент, когда все вновь переменилось. Необъяснимое потустороннее свечение угасло и очертания центра управления вместе с теми, кто оставался внутри него, постепенно проявились опять. Медленно возвращались все краски и звуки. Стало заметно легче дышать.