Роман Титов – Призма тишины (страница 31)
Никто из «масок» не предложил варианта, и когда я решил, что на этом спору конец, главарь проговорил:
– У вас два пути, миледи: либо вы идете с нами добровольно, либо мы забираем вас силой. Третьего не дано.
Надо было быть совсем уж идиотом, чтобы не почувствовать в его словах угрозы. Напряжение, едва успевшее рассеяться после окончания резни, сгустилось вновь. Отражаясь в мире Теней, оно темными грозовыми тучами скапливалось за плечами смертоносной троицы.
И все же Эйтн было не так-то просто запугать. Будучи ростом «маскам» по грудь, она умудрялась сохранять ту царственную невозмутимость, о которую многие успели обломать зубы. В ее присутствии даже Тени слега преломляли свой бег. Что не переставало меня изумлять.
– О, – сказала она своим
– У нас приказ. Будет лучше, если вы не станете сопротивляться.
Эйтн усмехнулась.
– Лучше? Для кого?
Не думаю, что она не понимала, насколько малы наши шансы в противостоянии. На всякий случай затолкав сумку под ремень соседнего сидения, я незаметно ослабил собственный и обратился в слух.
Когда нового ответа не последовало, Эйтн чуть наклонила голову к плечу, попросив:
– Вы не могли бы снять маску? Мне будет легче понять вас, если между нами не будет преград.
– Мы здесь не за этим.
– И все же я настаиваю! – Она не повысила голос, но что-то в его звучании превратило просьбу в приказ. Ненавязчивый, но неотвратимый.
Я не верил, что это случится, однако рука солдата поднялась и, затянутый в перчатку, палец вдавил некий клапан. Швы по бокам маски тотчас же разошлись с тихим свистом, забрало приподнялось, открыв бледное худое лицо человека с крупным носом и невзрачными водянистыми глазками.
– Ну? – ухмыльнулся он во весь рот. – Вот он я, миледи.
– И впрямь.
В следующий миг я почуял, как изменился поток Теней, пробегавший сквозь Эйтн. Учитывая кое-какой опыт, догадаться о том, что это означало, труда не составило. Госпожа Аверре решила применить всю сокрушительную силу своего «очарования» и заставить наших новых приятелей повременить с путешествием до Риомма. Тот редкий случай, когда она не постеснялась пустить в ход способности, которые приобрела после неудачных экспериментов, что некогда ставил над ней родной дядюшка.
– Нет никакой нужды в немедленной поездке на Риомм, – с нажимом проговорила она. – Мы вернемся туда позже. После того, как посетим пиратскую королеву.
Маски переглянулись, а их главарь моргнул, с заметным трудом укладывая услышанное в собственный котелок. Затем его рыбьи губы растянулись в подобие насмешливой улыбки:
– Миледи плохо расслышала? Мы летим на Риомм.
Тень растерянности, скользнувшая по лицу Эйтн, дала мне понять, что этот ответ никак не вписывался в рамки ожидаемых. Чуть нахмурив брови, госпожа Аверре удвоила нажим:
– Сначала Мама Курта.
Главарь «масок» фыркнул.
– Честно говоря, миледи, я ждал от вас большей тонкости.
Он опустил забрало шлема и, прежде чем кто-то из нас успел среагировать, нанес Эйтн сокрушительный удар кулаком в висок.
Она отключилась мгновенно. Во всяком случае, мне хотелось на это надеяться. Тело повело в сторону. Благодаря невесомости, падение вышло плавным. И не падение даже, а легкий крен в сторону переборки с последующим довольно мягким столкновением.
Я первые пару мгновений даже не верил, что это случилось в реальности. Хлопал глазами, как заторможенный, пытаясь осмыслить увиденное. Инстинкты вопили об опасности и необходимости действовать, а возвратившиеся боль и жжение гасили инициативность. В общем, я даже не шевельнулся. Пока три добрых молодца не обратили ко мне свои жуткие «рожи».
Пускай их лиц не было видно, однако это не помешало прочувствовать всю полноту презрения, которую троица испытывала ко мне – нечто настолько чистое и концентрированное, что ощущалось почти физически, мелкими и тонкими иголками проникающими под кожу.
Мысленно поразившись этой насмешке Теней, я услышал, как заговорил другой из «масок»:
– Похоже, наш маленький лейр в шоке. Гляньте, как шарики пучит.
Третий в компашке рассмеялся – не хуже Крауса или Сайзы, недавно утративших возможность подначивать меня с утра до ночи.
Я поднялся. За что мгновенно оказался вознагражден прозрачным клинком, чей кончик уперся в мою грудь.
– А ну сел обратно!
Я не пошевелился, ощущая кожей прохладу тихонько стрекочущего лезвия.
– Сел, я сказал!
– Зря ты ударил леди Аверре. – Я не знал, можно ли прикасаться к полотну клинка голыми руками, но на всякий случай рисковать не стал. Сделав все, чтобы никто из «масок» не заметил моих усилий, обернул ладонь слоем Теней и взялся за дрожащее лезвие. Кисть тотчас же пронзило болью, но не от пореза, а из-за продолжавшейся игры, которые затеял ожог. Заглянув в прорези маски главаря, туда, где располагались глаза, я прибавил: – И зря решил, что сможешь справиться со мной.
Смех стража рассыпался ледяным крошевом.
– Маленький самоуверенный лейр.
Настолько неприкрытое пренебрежение разозлило меня, пожалуй, даже сильнее, чем обращение «масок» с Эйтн. Крепко сжав зубы, я, позволив Теням прокатиться по пылавшей от практически нестерпимого жжения руке, направил всю их мощь на игравший в неверном свете бликами клинок. Я стремился к тому, чтобы волна энергии превратила лезвие в пыль, а руку, направляющую рукоять, – в мешок переломанных костей и рваного мяса. Не стану скрывать, что не собирался на этом останавливаться. Планируя приплюсовать к уже имевшейся четверке трупов еще троих.
Однако далеко не все пошло по плану.
Нет, клинок сломался, как и было задумано. Странное лезвие, казавшееся жидкостью, с великим трудом державшей форму, пронзительно взвизгнуло и распалось. Вместе с частью наручей, к которым крепилось. Но рука…
Она, казалось, состояла из материала, физические законы над которым не были властны. Едва ли мне удастся описать это достаточно ясно, но пространство вокруг нее как будто раскололось, перемешалось и склеилось вновь, став чем-то вроде злой карикатуры на самое себя.
И Тени сыграли в этом далеко не последнюю роль.
– Набаловался?
Я перевел изумленный взгляд на главаря, который, судя по всему, не ощутил никаких изменений, и что-то тихо булькнул. Большего, увы, сказать не получилось, потому что именно в этот момент холодные и жесткие, как обшивка звездолета, пальцы сомкнулись на моей шее и с силой ударили моим же затылком о переборку.
Раз… Два…
К прежнему тлеющему огоньку внутри черепа прибавилась новая вспышка. Перед глазами заплясали черные мошки. На языке проступил солоноватый привкус.
Три…
Сквозь алый туман, окутавший сознание, я умудрился разобрать слова одного из боевиков:
– Не забудь, командир, – лейра приказано доставить живым.
Четыре…
– Ничего, – с заметным удовольствием ответил главарь. – Это ему не повредит.
На пятом или шестом ударе я, по-прежнему пребывая в рассеянной недоуменности, все-таки сдался и уплыл в спасительные объятья бессознательности…
Впрочем, судя по ощущениям, долго пробыть в таком состоянии, мне было не суждено. Стоило лишь слегка пошевелиться и застонать, как под ребро сразу же прилетел довольно увесистый пинок, а следом за ним жизнерадостное:
– С возвращением в мир живых, лейр.
Само собой, голос я узнал – насмешливый тон главаря «масок» еще долго не выветрится из моей памяти, – и разлепил глаза. Первым, что отметило мое сознание, – мы на корабле. Не на той развалюхе, выбранной пиратами Мамы Курты для незаметного бегства с Лабиринтов, но на добротном космолете с просторным салоном и сверкавшими новизной панелями, как световыми, так и обычными. Я сидел пристегнутый к креслу, настолько же похожему на то, что было на пиратском челноке, как царский трон на стульчак унитаза. Эйтн была рядом, все еще без сознания, но, не считая большого синяка на левом виске, вполне, вроде бы, здоровая. Ее, ради безопасности, тоже примотали к креслу ремнями, но надо отметить, что не в пример бережней, нежели меня.
Сами «маски» располагались в креслах напротив.
От необходимости спрашивать, куда мы попали, избавил большой ромбовидный иллюминатор, за которым виднелся планетарный серп, сияющий в окружавшей тьме пасмурным синим. Рядом, стыдливо прикрывая бледные личики, маячила четверка естественных спутников. Никогда прежде не бывавший с здешних краях, я все равно узнал место с полувзгляда.
Риомм. Столица великой Риоммской Империи.
Ноющая боль в затылке помешала усмехнуться иронии.
Когда-то Риомм и впрямь был велик. Могучая цивилизация людей, построенная на останках того, что тысячелетия назад считалось колыбелью расы разумных земноводных, обитавших на редких клочках суши. Некогда идиллический мир стал точкой сосредоточенья того, что человеческая раса привыкла считать пиком величия. Все до единого острова и архипелаги теперь покрывали города. Не те очаровательные деревеньки, где на всю округу одна сторожевая башня, а целая сеть многоуровневых небоскребов, чьи блестящие шпили, гордо вздымавшиеся над водной гладью, едва не задевали стратосферы.
Были дни, когда я мечтал посетить эту планету, своими глазами оценить блеск и величие столицы столиц… Но с тех пор многое переменилось и мой энтузиазм поугас.
Покосившись на Эйтн, все еще пребывавшую в лабиринтах собственного разума, я спросил: