Роман Титов – Призма тишины (страница 10)
– Мы успеем.
Госпожа Аверре угрюмо смотрела в одну точку за иллюминатором и меня то ли не слышала, то ли предпочла сделать вид, будто ей все равно.
Решив больше не трепать чужие нервы в целом бессмысленными обещаниями, я тихонько выскользнул из кресла второго пилота и отправился на изучение звездолета. Предчувствие шептало, что личный кораблик Бавкиды хранит в себе немало секретов. Опасных или нет – тут, конечно, как повезет. Однако то, что их нельзя было оставлять без внимания, сомнений не возникло ни на секунду.
Если в том, как «Мантия» выглядела снаружи, чувствовалось влияние личности наставницы лейров, то внутреннее убранство корабля было под стать какой-нибудь изнеженной матроне. Пускай общий тон переборок и представлял довольно пасмурную картину, обилие обитых алой кожей кресел и диванчиков создавало неожиданный контраст. Я и представить не мог, что Бавкида питает такую слабость к комфорту. Это был непросто космический скиталец, но натуральная прогулочная яхта, оснащенная всем, что только могло понадобиться капризной хозяйке! В стенных нишах и на прикрученных к полу столиках в магнитных держателях загадочно поблескивали статуэтки и стеклянные небесные навигаторы, вазы с засушенными ветками паатов и церемониальное оружие с разных галактических краев. Помимо капитанской каюты с вполне удобной на вид кроватью, здесь так же нашлось место для платяного шкафа и даже душевой кабины!
И на всем этом ни тени присутствия пиратов. Как будто не они угнали этот звездолет из-под носа Бавкиды. Как будто…
– …Их как следует запугали, – пробормотал я, распахивая створку гардероба, до отказа заваленного плащами и мантиями. Удивляло то, что не все из них выглядели безразмерными накидками, в которые так любила прятать свое сухонькое тельце Бавкида. Попадались очень яркие экземплярчики. Более того, нашлось место нескольким наборам туник и курток, совсем уж не женских и на вид даже неношеных.
Присмотрев себе наборчик из просторной белой рубахи и черно-синей накидки с глубоким капюшоном, я, выглянув в коридор и убедившись, что Эйтн по-прежнему в рубке, быстро разделся и загрузился в душевую кабинку.
Смыть с себя пот, пыль и вонь пиратского корыта было не только приятно, но и расслабляюще. Пары минут под горячими струями оказалось достаточно, чтобы тревога и напряжение, вызванные под завязку наполненными событиями часами отступили. Невидимый обруч, все это время сдавливавший грудь, чуть ослаб, дышать стало легче. И вера в собственные силы вернулась. Не то, чтобы я когда-то сомневался в Тенях, однако отпущенный паучихой срок внушал немалую тревогу. Как быть, если поиски вдруг затянуться или нечто неопределенное задержит нас дольше положенного?..
Тени шепнули о чужом присутствии.
Оттолкнув запотевшую створку, я наткнулся на тяжелый взгляд светло-коричневых глаз.
– Что ты здесь делаешь? – спросила Эйтн, стоя на пороге со сложенными на груди руками.
Даже не попытавшись прикрыться, я стряхнул с лица капли воды и вопросительно выгнул бровь:
– А это не очевидно?
Смутить леди с Риомма было так же трудно, как сдвинуть корабль с места собственным весом. Я перешагнул порог кабинки и, подхватив с пола одну их старухиных мантий, принялся обтираться.
– Вода еще осталась. Можешь освежиться. После всего, что нам пришлось пережить, немного расслабиться не помешает. Можно даже вздремнуть часок-другой. Видела кровать?
Не смотря на все мои старания сделать обстановку менее напряженной, лицо Эйтн сохраняло прежнее выражение искусно выточенной изо льда статуи.
– Ты нарочно все это делаешь? – прозвучало в повисшей тишине.
Я искренне удивился:
– Что? Я всего-то голый.
Эйтн выпалила:
– Вот именно! Ведешь себя, словно подросток. Это какой-то особый способ флирта? Попытка обратить на себя внимание?
Нелепость обвинения и то, с какой необычайной страстностью оно было высказано, заставили меня поперхнуться воздухом. Щеки обдало жаром, и тут же что-то как будто щелкнуло. Не знаю, что это было. Быть может, невидимый электрический разряд между нами или одна из моих извилин искривилась сильнее, но так или иначе я поймал себя на том, что начал наступать на свою спутницу. Медленно, но неотвратимо, не разрывая зрительного контакта. Словно хищник, вышедший на след жертвы.
Эйтн не шевелилась. Мышью перед китхом, она оцепенело уставилась на меня в ответ.
– Что… – еле-слышно пробормотала она. – Что ты делаешь?
Стоя почти вплотную, я нависал над ней, впервые в жизни почувствовав себя настоящим гигантом. Я втянул ноздрями воздух. Как и всегда Эйтн пахла одуряюще приятно. Настолько, что мне стало трудно сдерживать тепло, начавшее скапливаться ниже живота.
Впрочем, ей об этом не стоило знать.
– Прими душ, – сказал я, отступив на шаг. – От тебя несет пиратами.
Подхватил новую одежду и вышел из каюты.
На судне обнаружился и камбуз – крошечный закуток в стороне от кают-компании со встроенной плитой и шкафчиками, забитыми снедью. Помимо обыкновенных питательных капсул, похожих на те, которыми я весь путь до Шуота пичкал Томеи, Эйтн и себя, здесь оказались несколько банок с консервами, штабель пластиков вяленного мурафьего мяса в вакуумной упаковке, сушеные овощи, кусочки фруктов, а также баночки с всевозможными приправами, специями и листьями кесса. В общем, было, где разгуляться фантазии.
Обшарив оставшиеся шкафы на предмет подходящей посуды, я по-быстрому сообразил нехитрый, но вполне питательный обед. Сервировал столик на двоих, разлил свежезаваренный душистый кесс по металлическим кружкам. Опустился на диванчик и принялся ждать появления Эйтн. Я все еще не был уверен, приняла ли она мои слова к сведению, но долгое отсутствие вселяло надежду на то, что госпожа Аверре не будет держать обиду за недавнюю выходку.
Признаться, мне и самому было неясно, зачем я так поступил. Быть может, Эйтн права и все дело в желании привлечь внимание. Выросший на Цитадели в среде лейров, я никогда не проявлял особого интереса к окружающим. Даже Ра считалась скорей союзником, чем другом. Исчезновение матери сделало меня еще более замкнутым, что в итоге вылилось в целую серию сплетен о моих сексуальных предпочтениях или отсутствии таковых. Я не злился и никого ни в чем не разубеждал. Просто плыл по течению, пока однажды нос к носу не столкнулся с ледяной кометой в облике Эйтн Аверре. Эта встреча не перевернула мой мир, как можно было бы подумать. Ничего подобного. И все же, где-то в очень и очень отдаленном уголке души, таком темном и глухом, что я сам о нем долгое время не подозревал, поселилось некое… чувство, крохотный росток чего-то очень похожего на симпатию или даже…
Стук каблуков по блестящему настилу мгновенно выбил все мысли из головы. Оторвав взгляд от тарелки, я уставился на проход, в котором появилась виновница моих размышлений.
Она была неотразима. Идеальна, с какого ракурса ни глянь. От царапин и ссадин на белоснежной коже не осталось даже намека. Волосы, собранные в высокий тугой узел, причесаны волосок к волоску. Судя по всему, она неплохо поживилась в залежах бавкидиных вещей. Костюм представлял нечто среднее между охотничьим нарядом вейтрийских амазонок и дорожным платьем принцессы Тетисс: светлые штаны, заправленные в высокие кожаные ботфорты, на плечах длинный черный пиджак, а под ним – строгая блузка.
Только полупрозрачная полоска на шее портила весь вид.
Я не сдержался и присвистнул.
– Похоже, моя наставница скрывала весьма недурственный вкус. Знать бы еще, зачем она все это хранила. Но выглядишь великолепно.
Эйтн предпочла тактику игнорирования. Едва скользнув взглядом по столу с тарелками, она с демонстративным равнодушием отвернулась и прошествовала в сторону рубки.
– Присоединяйся, – сказал я, предположив, что она ждала приглашения.
Уже из рубки послышалось твердое:
– Не голодна.
– И, тем не менее, поесть нужно. Кто знает, что нас ждет в этих долбаных Лабиринтах. Готовым надо быть ко всему. И лучше обсудить стратегию заранее, чем снова вертеться, как водянница на сковороде. Хватит с меня всех этих импровизаций. Нам нужен план. Причем такой, который можно провернуть за пару суток, а потом вернуться назад к Маме.
Ответа так и не последовало.
Отпив кесса и с грохотом вернув кружку на стол, я повысил голос:
– Эйтн! Ты можешь сколько угодно делать вид, будто ничего не случилось, но это не решит проблемы. Поговори со мной!
– С каких пор ты стал у нас таким разумным?
Вопрос застал меня врасплох. Я оглянулся. Эйтн подпирала плечом переборку, одну руку держа вдоль тела, а вторую опустив на сгиб бедра. Взгляд ее оставался колючим, как стая яртеллианских снежных ос, но в выражении лица проскальзывал легкий интерес. Зная, как умело леди с Риомма управляла своими эмоциями, я предположил, что это своеобразное приглашение к продолжению разговора. Я сказал:
– С тех самых, как взял на себя все заботы этой Вселенной.
Эйтн громко хмыкнула, выпрямилась и, переступив через комингс, все-таки уселась напротив меня.
– Вот это-то и беспокоит, – обронила она, пригубив из второй кружки. – Когда мы только познакомились, ты прикидывался хорошим мальчиком, который делал, что ему скажут, – при этих словах я поерзал на диванчике, – но всегда тайно преследовал собственные цели. Ты хорошо играл роль перед Батулом и даже свою наставницу Бавкиду сумел убедить в кристальной чистоте собственных помыслов.