Роман Титов – На границе вечности (страница 84)

То, с каким благоговением Бавкида произнесла последнюю фразу, заставило меня переспросить:

– Дверь? Куда?

– За Грань, – улыбнулась старуха, как будто это что-то объясняло.

Я заскрипел зубами от раздражения.

– Вы не желаете отвечать прямо или надеетесь, что одного этого будет достаточно, чтобы воспалить мое любопытство?

Бавкида яростно расхохоталась.

– Ты даже представить себе не можешь, насколько откровенна и прямолинейна я сейчас, Сети. – Впрочем, задавать вопросы и дальше она мне не позволила, вновь обратив доверительный взгляд в сторону Райта. – Но мы удалились от темы. Вы оба могли бы стать прекрасным подспорьем в моих начинаниях. Однако я не уверена, что все более накалявшееся между вами соперничество не приведет к катастрофе. И потому-то мне хочется, чтобы рядом со мной стоял только один. Тот, кто достаточно силен, чтобы преодолевать внезапные препятствия, тот, кто способен нестандартно мыслить. Я обещаю вам возвышение, о котором даже Навигатор Адис Лейр может только мечтать. Я обещаю вам всю полноту мудрости Вселенной. Но взамен вы должны решить, кто из вас двоих получит этот приз.

Я ушам не поверил, что старуха выдала все это всерьез. Хохотнув с той же незамутненной страстью, я процедил самым презрительным тоном:

– Вы, Бавкида, должно быть, и впрямь считаете меня совершеннейшим кретином, если решили, что я поведусь на подобное.

И снова улыбка, и снова эта материнская теплота во взгляде и голосе, почти заставившая меня пожалеть о резкости собственного тона.

– Твоя подозрительность, Сети, – не более чем побочный эффект, выросший из тех уроков, что я тебе преподала. В каждом слове тебе мерещится ложь, а в каждом движении – занесенная рука. Ты ждешь ловушки с таким отчаяньем, как будто не знаешь, что настоящая хитрость срабатывает лишь тогда, когда ее никто не ждет. Но ведь ты, помимо всего прочего, еще и страшный эгоист. Так с чего ты решил, будто мои манипуляции направлены лишь на тебя?

Я тут же повернулся к Райту.

Тот застыл статуей и с неприличным тщанием вслушивался в диалог. Его холеное лицо напоминало маску, единственной живой частью которой оставались глаза. Взгляд с подозрением метался между мной и Бавкидой, просчитывая и перепроверяя вероятную выгоду.

– Видишь? – пропела старуха. – Янси понимает, что выгода имеет значение.

– Я должен убить его, чтоб доказать, что достоин? – внезапно спросил он.

Даже Бавкида не ожидала подобной прыти. На мгновение замешкавшись, она быстро взяла себя в руки и склонила голову на бок, словно утомившись разъяснением прописных истин.

– То, что ты здесь и ты по-прежнему жив – уже доказательство. Других мне не требуется. Все, чего я от вас хочу, это точки в нелепом конфликте, что тянется многие годы. Я позволяю вам завершить его раз и навсегда. Здесь. Сейчас. Без правил и ограничений. Последнее сражение. Насмерть. Кто победит, тому и стоять рядом со мной.

Я практически видел, как новая информация заставляет мысли ассасина зашевелиться в новом направлении, и прежде, чем он успел принять решение, торопливо проговорил:

– Райт, только не делай глупостей!

Но тот лишь оскалился и прошипел в мою сторону:

– Я здорово сглупил, когда не добил тебя на своем посвящении! – Райт мастерски вытряхнул из рукавов кинжалы. Угрожающе сверкая в неровном свете центра управления, те легли в его ладони естественным продолжением рук. – Такие, как ты, манипуляторы, интриганы, не способные понять верность и всюду рыщущие выгоды только для себя, не должны существовать!

С моей стороны было бы как минимум лицемерно заявлять, что не нам с ним решать, кому жить, а кого следует убить. Особенно после того, как расправился с воплощенной Ра. И все же я не мог молча слушать упреки ассасина, которые, к слову, казалось, предназначались и вовсе не мне, и ждать, когда он пустит в ход свои ножи. Я сказал:

– Наше с тобой противостояние, Райти, с самого начала выеденного яйца не стоило. Я бы тебя даже не замечал, если б ты все время не пытался задеть меня.

– Значит, Бавкида права и только одному из нас достанется место подле нее. – И неожиданно прибавил: – Тебе оно нужно?

Вопрос звучал слишком неопределенно. Я, чуть прищурившись, осторожно ответил:

– Не особенно.

Губы Райта чуть искривились, так, чтобы Бавкида не смогла бы этого различить:

– Тогда как насчет того, чтобы мирно разойтись и попытаться избавиться от старухи?

– Сделка? – уточнил я.

– Сделка, – кивнул он, но прежде чем наставница успела вставить еще хоть слово, метнул один из кинжалов в точку над моей головой.

Кто-то вскрикнул. Лезвие с легкостью вонзилось в пластметаллическую панель. Послышался жалобный вой, а за ним рябь по потоку Теней, ознаменовавшие исчезновение еще одной сферы-ловушки.

Бавкида, ставшая свидетельницей столь дерзкой выходки, и хотела бы что-то сказать, да, похоже, не могла. Ее призрачная фигура только слабо колыхнулась, став еще на несколько тонов бледнее.

Райт повернулся к старухе всем корпусом и совершенно неузнаваемым для себя тоном проговорил:

– Остался последний, мастер. Тот, который окончательно избавит вас от власти над этой… Обсерваторией. Но перед тем как оборвать связь, я кое-что скажу. Муштруя ассасинов, вы требовали беспрекословного подчинения, опираясь на то, что все мы существуем только ради блага Адис Лейр. Но вы перепутали собственное благо с общим. А я теперь вижу все в истинном свете. – Тут он уронил короткий взгляд на Навигатора и почти сразу же вернул его обратно к лишенной возможности вести диалог Бавкиде. – Постиг суть, если хотите. А она такова – никакие обещания космической мощи, никакая власть и сила над лейрами и нормалами не стоят того, чтобы отрекаться от принципов, что объединили нас в Орден.

Не предполагал у Райта столь ярко выраженного ораторского таланта и, пока он говорил, я поймал себя на мысли что почти готов идти за ним в священный поход против Бавкиды. В том, что он вел именно к этому, я не сомневался ни секунды.

Старуха же, судя по всему, неспособная не только говорить, но и разорвать связь с Обсерваторией по собственному желанию, казалось, собрала остатки сил и слабо, но до ужаса отчаянно прокричала:

– Я не отрекаюсь!

Райт удачно скопировал ее ехидную ухмылку:

– И все же стоять во главе Адис Лейр вы недостойны. Как только завершу свои дела здесь, я вернусь в Цитадель, а после приложу все свои способности, чтобы отыскать нору, в которую вы забились. И когда я ее найду, я выкурю вас оттуда, а затем убью. В назидание тем из наших братьев, кто хоть на миг подумал о собственном превосходстве.

Второй свой кинжал он метнул прямо в Бавкиду.

В этом бесспорно красивом жесте не было ничего, кроме попытки унизить наставницу. Вращающийся клинок, проскочив сквозь видение в точке между бровями и вынудив старуху вздрогнуть, вонзился в панель позади нее. Искры рассыпались фонтаном, а вслед за ними и остатки плененной сущности, что питали Бавкиду.

Новая волна энергии, наполненная невыносимыми муками, прокатилась по всей Обсерватории и вместе с видением рассеялась в пустоте снаружи. Последние следы влияния Бавкиды испарились.

На этом этапе все закончилось, но меня не покидало недоброе предчувствие, вызванное одной из фраз Райта. Бегло осмотрев тех, кого она могла хотя бы вскользь касаться, я спросил:

– И что же за «дела» ты намерен здесь завершить?

Ассасин прошелся по центру управления, собирая кинжалы. Не отрываясь от этого занятия, он поинтересовался:

– Переживаешь за свою жопку? – И тут же подмигнул: – Правильно делаешь. Друзьями нам не быть, даже если цели пока совпадают.

Столь снисходительное отношение вынудило меня ощетиниться:

– Что ты можешь знать о моих целях, Райти?

Методично рассовав кинжалы обратно по рукавам, Райт тряхнул черной гривой.

– И все равно я не понимаю, почему она с тобой столько носится, – вздохнул он. – Ты, Сети, порой страдаешь от болезни, свойственной многим умникам – ваши мозги делают вас до неприличия слепыми. Каждое из твоих стремлений написано на твоем собственном лице. Или ты решил, что я не догадаюсь, куда ты теперь побежишь?

Сдержать улыбки у меня не получилось.

– А ты догадался?

– Пускай ты получил независимость от Цитадели и Бавкиды, ты не упустишь шанса узнать, зачем она построила эту махину. – Райт широким жестом обвел центр управления и продолжил: – Мне лично плевать, что это за штуковина, но она нужна старухе. А раз так, то глупо было отмахиваться от шанса отыскать эту суку. Предлагаю сделку. Я обещаю оставить тебя, Томеи и леди Аверре в живых, а взамен ты выяснишь, откуда Бавкида транслировала свою тщедушную тушку. Идет?

Я сощурился:

– Да ты простой, будто риммкоин.

Но Райт нашел что возразить. Глаза его сверкнули лютым холодом.

– Если ты решил, что я до сих пор не помню, как ты выиграл прошлый наш поединок, то разуверься в этом. Я все помню. Как и то, что, не будь тот бой тренировочным, ты бы не уполз с татами живым. Поэтому не обольщайся. Да и охота тебе рисковать жизнью друзей?

Я оглянулся. Лорд Иво и леди Синна, от аристократичной заносчивости которых не осталось и следа, казалось, напрочь утратили веру в то, что с лейрами стоит вести дела. Эйтн же, неприступно-хладнокровная, как и всегда, лишь чуть приподняла бровь. Но и те, и другая послушно ждали завершения беседы, не вмешиваясь.