Роман Суржиков – Тень Великого Древа (страница 57)
Лучница ответила:
– Ты змея. Хотя сперва казалась львицей.
– Чем же я тебе не угодила?!
– Ты хитрая и скользкая. Я сказала Гной-ганте, чтобы не доверял.
Она ушла, не дав ответить. Стало еще тоскливей. Если кто-то в орде и нравился Аланис, то именно Чара.
Пауль подолгу просиживал в каюте, лишь изредка показываясь наверху. Кажется, ему тоже было не по себе, как и Аланис. Он выходил на палубу послушать шаванское пение или посмотреть на кувшинки. Аланис не верила, что существо без души может испытывать меланхолию. Наверное, он просто голодал: уже несколько дней без единого убийства…
Такою была глубина ее тоски, что даже омерзение к Паулю скрылось под этой толщей. Аланис подумала о поцелуе с ним и не ощутила тошноты. Теперь она смогла бы зайти к нему в каюту и утешить. Получить первокровь, завладеть Перстом… Но в этом больше не виделось смысла. Пауль не зря напомнил ей о Вечности. Этот Предмет – абсолютный щит, никакое орудие не пробьет его, даже Перст Вильгельма. Аланис никак не одолеет Пауля. А вот он может сделать с нею нечто гораздо хуже смерти. Абсолютная неподвижность и вечная тьма… Аланис содрогалась от одной мысли.
Несколько раз она ловила на себе взгляд Пауля – не похотливый, но и не ледяной, какой-то до странности человечный. Однажды Пауль заговорил с нею:
– Красивое озеро, правда?
– Да, командир, – солгала она.
Дымная Даль была чересчур спокойной на ее вкус и слишком часто покрывалась туманом.
– Ты хочешь чего-нибудь?
– Нет, – солгала она, – я всем довольна.
– Хочешь, верну тебе красоту?
Она удивилась: неужели уныние настолько меня портит? Достала пудреницу, посмотрела в зеркальце. Нет, печаль лишь обогатила ее черты, как прежде – боль.
– Я уже прекрасна, – сказала Аланис.
– Это правда… – выронил Пауль и ушел.
В другой раз он спросил ее:
– Чего грустишь?
– Никак нет, тебе показалось.
– Врешь. Что не так?
Аланис буркнула:
– Голова болит. Видимо, на погоду.
Пауль сказал:
– Не бойся, мы всех их победим.
– Мы?..
И тут она впервые за много недель пути задумалась: зачем я ему? Я опасна, от меня множество хлопот. Почему не прикончить?
Когда-то был договор: Кукловод обещал мне красоту, Пауль обещал доставить меня невредимой. Смешно и наивно! Он развеял заблуждения в первый же день, когда отрезал пальцы. Слово Пауля не значит ничего. Так зачем он сохранил мне жизнь?
Как герцогиня я не нужна, ведь Галлард на их стороне. Как заложница бесполезна – кто меня выкупит? В Надежде пригодилась как советчица, но это давно позади… Он влюбился? Чушь. Когда мог взять – оттолкнул и сбежал.
– Мы победим, – повторил Пауль. – Все будет хорошо.
Однажды Галлард с Лаурой прибыли в гости на судно Пауля.
Дядя сильно изменился со дня прошлой официальной встречи. Тогда он был во власти восторженного пафоса, сейчас – строг и деловит. Лаура с блокнотом и карандашом, очевидно, готовилась играть роль секретаря.
– Святой Пауль, прежде всего я хочу сообщить вам, что каждый день рассылаю голубей епископам и аббатам Праотеческой ветви. Благая весть о вашем прибытии разносится на птичьих крыльях по всему миру. Рассказы о вас скоро зазвучат в церквях и соборах, наполняя светлой радостью души прихожан.
Пауль состроил лицо, будто позировал для иконы.
– Благодарен вашему преосвященству. Требуется ли вам помощь?
– Нуждаюсь в советах, потому и пришел. Хочу согласовать с вами ряд богословских нюансов.
– Я к вашим услугам.
Лаура раскрыла блокнот и положила так, чтобы Галлард мог видеть список вопросов.
– Перво-наперво, – начал приарх, – как мне следует звать вас? Достаточно ли имени – Праотец Пауль?
Мерзавец будто ждал этого вопроса:
– Я – вестник богов, вождь Духов-Странников, носитель очищающего пламени и наставник праведных.
Когда Лаура записала все титулы, Пауль добавил:
– Впрочем, ваше преосвященство правы, для голубиной почты довольно имени – так короче.
Приарх перешел ко второму вопросу:
– Во всем ли вы согласны с учением прежних Праотцов? Требуются ли коррективы?
– Во всем, – кратко рубанул Пауль.
– Боги прислали вас в наш мир, чтобы…
– Очистить его от греха! Тьма сожри, вы погрязли в пороках! Семнадцать веков боги терпели эту дрянь, но теперь довольно!
Сверкая глазами, Пауль стукнул кулаком по столу. Лаура пугливо отшатнулась, Галлард сотворил спираль:
– Горькая правда в ваших словах, Праотец. Мир порочен, как никогда прежде. Ваше пришествие – спасение для нас.
– Так и запишите, – буркнул Пауль.
Лаура скрипела карандашом, а Галлард шел дальше по списку.
– Вы прибыли вместе с Семнадцатым Даром, но дали смертным себя узреть лишь недавно…
– Неправда! Виттор и Мартин, первые из достойных, узрели меня еще в ложе Дара.
– Почему вы скрывались от остальных?
Пауль изобразил грустную усмешку и погладил Аланис по спине.
– Моя женщина знает: я строг, но очень добр. Мое сердце полно сочувствия и болит всякий раз, когда страдают люди. Много лет я только наблюдал за Поларисом, втайне надеясь, что люди сами отринут грех. Я думал, земные владыки мирно приведут народ к праведной жизни, и мне не придется обнажать огненный меч. Но увы, надежды были тщетны.
– Земные владыки растоптали писание! – Тяжко вздохнул Галлард. – Какие именно грехи распространились более всего?
Пауль наморщил нос:
– Вопрос священника или глупого школяра? Вы лучше меня знаете людские грехи!
– Да, Праотец, разумеется. Просто я хотел убедиться и сверить…
– Ваше чистое сердце праведника – лучший компас в океане морали! Вы найдете путь и без моей подсказки.
Лаура с благоговением погладила святую руку мужа. Он задал новый вопрос:
– Вы прибыли в наш мир один?
Впервые Пауль замялся, ответил после долгой паузы: