Роман Суржиков – Люди и Боги (страница 46)
Ситуация зашла в тупик. С одной стороны, похоронщик был всего лишь простолюдином, и граф мог плетью научить его покорности. Но с другой, Сайрус являлся подлинным мастером своего ремесла, весьма нужного в данную минуту. Кроме того, Сайрус, как и лорд Мартин, сохранял полное спокойствие в эти дни, подавая всему замку пример стойкости. Было бы глупо вывести из строя столь ценного человека.
Сошлись на компромиссе, который предложил один из рыцарей: повесить на столбах только двенадцать кайров, а греев оставить в холоде и похоронить позже. Граф согласился на это, поскольку все равно не имел достаточно людей для установки целых сорока столбов. Мастер Сайрус скрепя сердце признал, что кайры участвовали в предательстве леди Ионы и потому должны понести посмертное наказание. Но уж греи – люди подневольные, и их он точно в обиду не даст.
Копатели трудились до поздней ночи и успели поставить семь столбов. Чтобы облегчить работу воронам, северян раздели донага, однако оставили главную примету кайров. На столбах повисли голые трупы с двуцветными тряпками на плечах.
Это зрелище стоило графу двух человек из гарнизона. Пара копателей просто исчезла без следа. На следующий день граф объявил, что послал их с важным поручением, но люди поняли, в чем дело. Кое-кто слышал, как эти двое волокли на столб последнего кайра и шептались меж собою:
– Нетопыри такого не простят. Бежать надо…
Третьим утром в замок явился вооруженный отряд. Пятнадцать воинов – довольно крепких, на взгляд Джоакина, – а с ними невысокий тип в круглых очках и с холеными усиками. Этот парень носил жилет и сюртук, весьма подходящие какому-нибудь клерку. Имя он имел соответствующее: Перкинс. Скажи кому-нибудь: «Вообрази-ка парня по имени Перкинс» – опишут тебе кабинетную крысу с протертыми локтями и учетною книгой подмышкой. Этот был именно таков.
Граф пригласил Перкинса в кабинет, а заодно – Джоакина и Айви в качестве своих охранников. Там он повел с гостем занятный диалог.
– Почему столько?
– Тревожно, милорд.
– Что так?
– То да се, брожения. Говорят много.
– Бегут?
– Нет, милорд. Но и очередей нет.
– За гречкой?
– И за мукой, и за солью.
Клерк с графом переглянулись так хмуро, будто один сообщил, а другой услышал крайне печальную новость. Джоакин, хоть и должен был молча охранять графа, все же счел нужным вмешаться и подбодрить:
– Милорд, это же хорошо, что нет очередей за продуктами питания. Значит, мещане чувствуют уверенность в будущем!
Двое снова переглянулись, клерк спросил:
– Он самый, милорд?
– Как видишь.
– Посвящен?
Граф оставил это без ответа и повел дальше странную беседу:
– Нужны кулаки.
– Приходят. Стало больше, чуют потребность.
– Надежные?
– Как дырявый мешок.
– А для внутренних?
– Между стенами?
– Ага.
– Так да, можно.
– Нанимай. Не жалей кармана.
– Голову дадите?
– Дам Берта. Добавь своих.
В их беседе возникла пауза. Перкинс поднял взгляд на Джоакина:
– Что ты понял, служивый?
Джо усомнился: стоит ли отвечать на вопрос, заданный пренебрежительным тоном. Присмотрелся к Перкинсу получше. Невзрачною внешностью и умными глазенками тот напоминал цирюльника Гарри. Беседовал с графом накоротко, доверительно. Видимо, он также был приближенным Шейланда, а может, и носителем Перста. Джоакин сказал учтиво, но не роняя себя:
– Сударь, я с радостью отвечу вам, но сперва хотел бы понимать, с кем имею дело.
Перкинс пожал плечами:
– Никакой тайны. Управитель центрального отделения банка.
– Того, что на озере?
– Юноша… – усмехнулся Перкинс. – Так что же ты понял из наших слов?
Джо вопросительно глянул на графа, тот кивнул – ответь, мол.
– Гм. Я понял, что милорду требуются бойцы, а вы можете их нанять в большом количестве, но не надежных. Милорд велел нанимать, поскольку придумал им какое-то применение. Сказал, что пошлет с вами Берта, дабы тот управлял процессом найма.
– Это все, что ты уловил?
– А что еще было?..
Не ответив Джоакину, Перкинс повернулся к графу.
– Милорд, нужно перепрягать?
– Сам как думаешь. Если сбруя порвалась.
– Что перепрягаем?
Граф вздохнул весьма мрачно.
– Подчистую. Копытнуло так, что телега кувырком.
– Ничего, милорд, проедем.
– Проедем… Когда перепряжем. Значит, такое. Языки загнать за зубы – это раз. Кем хочешь, но прытко. Заодно проверь мордатого: я ему велел. Два: возьми лохань и шустро к синему.
– Я?
– Нет, голову пошли. Синий мне нужен. Уговори: пусть берет руки-ноги и кабанится сюда. Пообещай вернуть яблоко.
– Но как же…
– Я сказал: перепрягаем! Сдохла кобыла!
– Виноват, милорд. Не схватил.
– Три: дергай сеть, пришла пора.
– Милорд, горит же. Не лучше ли свернуть?
– Свернуть не успеем, порвут. А вот дернуть еще можно.
Тут Перкинс снова поглядел на Джо.
– А теперь что ты уловил?
– Сударь, если моя задача в том, чтобы все понять, то вам стоит выражаться яснее. Путаница в приказах не доводит до добра. Кроме того, я готов получать распоряжения от милорда, а не от вас.
Граф одарил его благосклонным взглядом: