Роман Суржиков – Лишь одна Звезда. Том 2 (страница 21)
— Ваше высочество!.. Вы живы?.. — три огонька разом взлетели к моему лицу. — Здоровы?.. Целы?..
Ваше высочество?.. Значит, часовые уже просветили Сайруса на счет личности «барышни».
— Я же говорила: не беспокойтесь, я в порядке.
— В порядке она!.. — сердито буркнул смотритель. — Здесь бродил приспешник Темного Идо, а она, видите ли, в порядке!.. Вашему высочеству в моем подземелье нельзя ни пропадать, ни умирать. Никак нельзя, запрещаю!
— Отчего так? Не умеете хоронить наследниц трона? Недоработан ваш порядочек, досадное упущение!..
— Коли вы преставитесь в подотчетной мне темнице, граф с меня голову снимет. Такой порядочек! — Он утер со лба холодный пот и крепко взял меня под локоть. — Мы сейчас пойдем наверх, а там пряменько к ее милости. Пускай ее милость своими глазами увидит, что ваше высочество вышли из темницы живехоньки.
* * *
О моей экспедиции в подземелье следующим днем узнал весь замок. Надо полагать, часовые поделились с сослуживцами волнующей историей о том, как ее высочество чуть не сцапал Темный Идо. И вдруг я обнаружила, что приобрела известность. Ловила на себе взгляды, слышала шепотки. Кажется, всякий имел что сказать обо мне.
Начнем с Инжи Прайса. Графский наемник, лукавый бандит со странным прозвищем Парочка. Надзор за мною поручен ему и Эфу. Солдатам гарнизона просто не велено выпускать меня за ворота, Инжи с Эфом имеют задачу поинтереснее: оповещать графа о том, что я делаю, о чем думаю, с кем говорю, кому пишу. В отличие от Эфа, который не переносит меня на дух и держит дистанцию, Парочка наслаждается работой. Он не делает из слежки никакой тайны, использует всякий повод, чтобы потереться около и поболтать со мною. Однажды сказал напрямик:
— Ты же сама понимаешь, кроха: граф велел мне за тобой присматривать. От этого никуда не денешься. Вот и давай общаться как добрые друзья. Тебе будет приятно и мне тоже.
Он делает мне приятно тем, что постоянно фамильярничает, называет крохой, малюткой и деточкой. Это как раз и есть показатель доброй дружбы. Парочка обожает давать советы на все случаи жизни: чем лечить простуженное горло, как говорить с мужчинами, когда остановиться при игре в карты на деньги, сколько вина можно выпить за вечер, как приготовить кролика. Все это обязательно пригодится мне, я еще вспомню добрым словом старину Инжи. Любые мои поступки он неизменно снабжает своей оценкой: правильно поступила деточка или дала маху? Где же мне самой разобраться…
Утром после косухи Парочка сказал:
— Вот недаром я тебя люблю, как родную! Потому что умница же, хоть и дворянка. Сколько тебя узнаю, все больше понимаю: ты нигде не пропадешь. Обычная благородная девица что делает, когда тоска? Вздыхает вот это в платочек, прижимает ладошки к груди, блестит овечьими глазками и блеет: «Ах, сударь, пустое… Не стоит беспокойства…». Еще может слезливые стишки почитать — словом, ерунда сплошная. А что сделала ты? Взяла и накатила чарку без лишних соплей! Так и надо. Если сама себя не порадуешь, то кто же еще!..
Также он вручил мне чашку жидкости и потребовал:
— Выпей сейчас же. Полегчает.
Жидкость смердела подвалом и кислыми огурцами, но я была слишком плоха, чтобы оказать сопротивление. Выпила. На диво, действительно полегчало.
— Парочка ерунды не посоветует. Вот я до своих лет дожил — и ты доживешь здоровая да счастливая. Главное, слушай мои советы и запоминай.
Забавно слышать такое от наемного убийцы, который однажды уже царапал мне шею кинжалом…
А вот утром после подземелья я заметила его шепчущимся с Эфом и лордом Мартином — братом графа. Все трое поглядывали на меня, только Инжи делал это незаметно, Эф — отрывисто и зло, а Мартин — тяжело и пристально. Глаза Мартина — большие, навыкате — таковы, что всякий взгляд кажется тяжелым и пристальным. Неприятно, когда он смотрит. Аж мороз по коже.
Потом Инжи поймал меня и пожурил:
— Люди говорят, ты вчера наведывалась в нижний круг темницы. Так я тебе вот что скажу, кроха: лучше брось это дело. Держись подальше от подземелья. Жуткое место. Что там делать хорошей девочке?
— Меня не пугают жуткие места.
— Это я знаю, — кивнул Инжи. — Ты — девица храбрая, давно заметил. Вот и тем более: спустилась разок в идово лежбище, доказала свою смелость — и хватит. Зачем еще? И так уже все впечатлились, только о тебе и говорят.
— Да я больше туда и не собиралась…
— Вот и умница!
— Однако любопытно: отчего вы так меня отговариваете? Какая опасность в этом подземелье? Неужто верите в идовых слуг и колдовские двери?
— Деточка, поживешь с мое — поймешь: иной раз не грех и поверить ради перестраховки. От лишней веры тебя не убудет, а вот если не поверишь да не остережешься — выйдет беда.
Я поблагодарила за совет, но не удовлетворила Инжи. Он добавил:
— К тому же, Идо не Идо, а двое тюремщиков-то на Звезду отправились, и явно не самым приятным способом. Могу поспорить: не имели они в планах помереть так паскудно, да еще и в такой заднице. Об этом подумай, кроха.
— Подумаю, сударь, — пообещала я. — А что вам говорил лорд Мартин, если не секрет?
— Да об охоте. Он, видишь ли, знатный охотник. Собирается с парнями в леса на недельку: на кабанов да лис. Вот и рассказывал, что и как.
— На охоту?.. Мне думалось, он вчера уехал вместе с братом.
— Ну… они поехали было, но в дороге поговорили и решили, чтобы Мартин вернулся в замок. Знаешь, как оно у лордов: тут одно решили, а через день — другое…
Остался, значит. Не сказать, что очень рада его видеть. Но хорошо, что скоро уедет охотиться.
— Лорд Мартин что-то говорил обо мне.
— О тебе, кроха, он говорил то же, что и все: ты, мол, умница и красавица. Жалко будет, если с тобой беда случится. Потому передай, Инжи, своей крохе, пусть она больше в темницу не ходит. Нельзя, чтобы такая чудная девушка померла молодой.
Я подумала: быть может, Мартин знал о тайном ходе? А может, к тому же, знал и о связи Линдси с графом Виттором? Вот и послал Инжи запугать меня, чтобы не совала нос. Если так, то он сделал ошибку: лучше бы напугал сам. Вышло бы куда эффективнее.
За обедом Мартин Шейланд снова буравил меня взглядом. Я пыталась не смотреть в его сторону, но не могла. Мартин всегда одет кричаще, как южная птица: то в алое, то в лимонное, сегодня — в черный костюм с громадными серебряными звездами и белую шляпу с длиннющим пером. Попробуй не взгляни на такое! А взглянешь — наткнешься на выпученные темные неподвижные глаза. Он даже на еду не смотрел, только на меня.
Неожиданно на помощь пришла Иона. Отследила мою с Мартином переглядку и сказала строго, как непослушному ребенку:
— Мартин, прекратите смущать гостью.
Он стушевался.
— Иона, я это, я не…
— Леди Иона, — поправила Северная Принцесса. — Желаете есть за нашим столом — соблюдайте приличия.
Он уткнулся в тарелку и больше не докучал мне. Я понимала, что Иона поступила неэтично: делать замечание брату графа в его собственном доме!.. Однако было приятно. Я улыбнулась ей:
— Благодарю вас.
— Пустое, — она подмигнула мне. — Очень жду вас вечером!
Это было искренне. Странно…
До вечера случился еще один разговор. И снова — о темнице. Эф, мой второй надзиратель, поймал меня в коридоре и сказал:
— Нужно поговорить наедине.
Наверное, впору поверить в силу близкой Луны. Сегодня все ведут себя чудно: Мартин пучит глаза сильней обычного, Иона добреет, Эф жаждет общения. Я уже писала: Эф терпеть меня не может, и имеет на то целых две причины. Первая: он в принципе не любит никого, кроме себя и графа. Вторая: как-то я угостила его искровым ударом в ягодицу. С тех пор Эф сводит контакты со мною к презрительным взглядам и неохотным кивкам. Однако теперь он отвел меня в пустой охотничий зал, запер дверь и холодно спросил:
— Что вы разнюхали?
— Простите?.. — я скривилась.
— Не притворяйтесь. Вы только и делаете, что разнюхиваете, выискиваете, суете нос в каждую щель!
Сибил Нортвуд в подобном случае рассмеялась бы. Но я не умею притворно хохотать. Подумала: что, если уступить для начала и посмотреть, как много он понял?
— Сир Френсис, ваши подозрения пусты, я и не думаю о побеге.
— Конечно! Это у вас не выйдет! Вторично вы нас не обманете. Но я и не говорил, что вы ищете пути к бегству. Вас интересует что-то другое. Что?
— Ах, полноте…
— Что, я вас спрашиваю?! Отвечайте!
Он был зол, глаза сверкали. Казалось, готов схватить меня за горло. Я сдала еще одну позицию:
— Да ничего, сир Френсис!.. Просто ищу свою служанку, Линдси. Это и не тайна — я обращалась к самому графу, но он не смог помочь…
— И что вы узнали о Линдси?.. — прошипел Эф.
— Она уехала к себе в деревню, так все говорят… Ничего более…
— Зачем вы ходили в темницу? О чем говорили с часовыми? Что они сказали вам?!
— О боги, Френсис, вы пугаете меня! Не будьте так сердиты!
— Я прикажу — и вас больше никогда не выпустят из комнаты! Никогда, вы это понимаете?! Отвечайте честно!