Роман Суржиков – Лишь одна Звезда. Том 2 (страница 23)
— А это кольцо обозначит того, кто идет по пути.
И спрашивает:
— О чьей судьбе испросим первой?
Иона подмигивает мне, и я качаю головой:
— Нет-нет, я боюсь. Хочу сперва посмотреть.
Может, по ходу дела обо мне забудут…
— Ну, что же, — Иона пожимает плечами, — тогда начну я.
Сняв с пальца алмазный перстень, кладет его в центральный круг и спрашивает:
— Я, Иона София Джессика, хочу знать: доведется ли мне встретить весну в Фаунтерре?
Хм. Какой милый вопросик!.. Джейн тасует колоду, потом кладет ладонь на перстень Ионы, а второй рукой сдвигает карты. Потом закрывает глаза и одну за другою на ощупь вытаскивает четыре карты, кладет в вершины креста. Силой, что помогает, оказывается шестерка пик; вредоносной силой — дама треф; исток — бубновый валет, а развязка — туз (со своего места не вижу, какой). Джейн озадаченно глядит на карты, она понятия не имеет, что значит сие сочетание. Иона терпеливо ждет, предвкушая пророчество.
— Шестерка пик, — нетвердо говорит гадалка, — означает… эээ… военную силу лорда Эрвина. Она поможет Ионе выполнить желаемое и попасть в столицу… вот только почему шестерка, а не десятка?.. Такая мелкая карта…
— Все верно, верно! — восклицает Иона. — Пики — черные, как плащи кайров! А сила Эрвина мала в сравнении с силой его врага, потому только шестерка!
— Ага, — кивает Джейн, — именно. Теперь, исток событий обозначен бубновым валетом. Карты говорят о благородном муже Ионы — графе Витторе… правда, странно, что не выпал король…
Иона прижимает руки к груди и ахает:
— Я догадалась! Можно, можно сказать? Бубновый валет — это не Виттор, а механик Луис. Тот мелкий, подлый звереныш, что ранил Эрвина в походе! Именно с него все началось.
— Да, пожалуй, — с важным видом соглашается Джейн. — Развязка дела — пиковый туз. Ну, с ним все просто… Иону пригласит в столицу могущественный человек военного сословия… Вероятно, им будет…
— Эрвин! — восклицает Иона. — Ну, конечно, Эрвин! Ведь черный — цвет кайров!
Я деликатно молчу о том, что пика с тем же успехом может означать искровое копье, и, значит, сам император «пригласит» Иону в столицу — на скамью подсудимых.
— Наконец, мешающая сила, дама треф…
Джейн хмурится, не в силах связать эту карту с вопросом хоть какой-нибудь логической цепочкой. Да, непростая задача. Иона пытается помочь гадалке, но тоже не может ничего придумать.
— О! — Джейн торжествующе вскидывает палец. — Дело в том, что Иона еще не знакома с этой дамой! Некая женщина вмешается в историю и может нанести большой вред! Иона должна сторониться темноволосых дам, пока не окажется в Фаунтерре. Вот о чем предостерегают карты!
Северная Принцесса благодарит богов и поворачивается ко мне:
— Правда, интересно?
— О, да, захватывающе.
— У вас появился вопрос?
Прежде я думала: если в этом фарсе будет хоть капля разума, то спрошу о Линдси. Но рассудком здесь даже не пахнет.
— Лучше я посмотрю — это так любопытно!
— О, как только надумаете спросить, не стесняйтесь, говорите сразу же!
— Конечно…
Иона снимает с шеи кулон, греет ладонями, говорит со светлой улыбкой:
— Эту вещь подарил мне Эрвин София Джессика, она несет след его души. Хочу спросить богов Луны и Звезды о судьбе Эрвина: как он встретит весну? Будет ли сопутствовать ему успех?
Она кладет кулон в центральный круг, а Джейн принимается за карты. Вскрывает четыре «знака судьбы». Девушки в полном восторге: в этот раз карты имеют какую-то видимость смысла! Дама червей в верхнем кольце — конечно, Светлая Агата, она помогает Эрвину. Валет треф внизу — это император: валет потому, что его моральный облик не заслуживает короля, а трефа потому, что сердце Адриана черно, как земля. Он пытается помешать Эрвину, но ничего не выходит, и мятежник вступает в столицу с девяткой пик — стало быть, преумножив свою силу в полтора раза, по сравнению с былой шестеркой. Благодарный народ, освобожденный от Адрианова гнета, примкнул к Эрвину…
Я веселюсь от души. При достаточной гибкости ума любая карта может означать что угодно — главное, подобрать приятную тебе трактовку. Например, дама червей может легко означать и Сибил Нортвуд с ее провальной интригой, черный валет — какого-нибудь предателя в войске Эрвина, а девятка пик — суд над мятежником, ведь как раз девять верховных судей выносят приговор дворянам. Но, конечно, я не мешаю девушкам: они так искренне радуются своим догадкам. Иона сияет, улыбается мне, хватает за руку, восклицая:
— Видите! Видите, как все ясно! Просто чудо!
Джейн спрашивает карты о своей будущей любви. Развязкой выпадает пятерка — конечно, это пятеро детей, и все очень любят мамочку, поскольку масть — черва. Помогает Джейн трефовая дама, а мешает — червовый король. Девушки недолго думают, как бы это понять, и решают: нужно поменять карты местами! Конечно, красный король будет отцом детей Джейн, а черная дама-завистница попытается помешает, да только ничего у нее не выйдет!
Любопытно, какая карта должна выпасть, чтобы девушки поверили в несчастливый конец? Наверное, такого варианта нет. Самоубеждение — огромная сила.
Гадают о графе Витторе. Джейн озорно спрашивает, не найдет ли граф себе альтессу и не полюбит ли ее сильнее, чем жену. Картой развязки выпадает двойка червей. Джейн торжественно сообщает: Иона с Виттором будут крепкой парой любящих сердец! А я-то, глупая, думала, что двойка червей — это две альтессы-блондиночки…
Но вот полночь далеко позади, свечи начинают меркнуть. Сумрак сгущается, и веселье гаснет. Иона меняет диск в музыкальной машине, мелодия становится отрывистой и тревожной.
— Я хочу спросить о судьбе Эрвина Софии Джессики, чье дыханье помнит на себе мой кулон. Каким образом он одолеет своего противника, Адриана? Что за силы помогут Эрвину? И какие препятствия встанут на пути?
Джейн начинает свой фарс… и я понимаю, что устала сидеть молча.
— Мне кажется, на этот вопрос нужно гадать иначе. Ведь речь идет о поединке двух полководцев. Нужно положить в центр по вещи каждого из них.
Гадалка морщится:
— Никогда не слышала, чтобы так делали…
Однако Иона загорается интересом:
— Тьма, а вы правы! Нужно гадать по справедливости, иначе ответ выйдет ложным. Вот только… не найдется ли у вас вещи императора? Быть может, он дарил вам что-нибудь, как своей племяннице?..
— Он знал меня как Глорию Нортвуд и ничего не дарил. К сожалению…
Иона вспоминает:
— Я получила от него диадему в подарок ко свадьбе. Вот только ее вручил посол, а заказал какой-нибудь секретарь… Вряд ли Адриан хоть раз брал ее в руки. Не будет отпечатка его души…
И я говорю:
— А зачем нам подарки? Вещи — всего лишь вещи. Во мне — кровь Янмэй, в вас — кровь Агаты.
Глаза Ионы вспыхивают неподдельным восторгом.
— Святые Праматери!.. Да!
Она ставит чашу в центральный круг. Пару минут мы ждем, пока полусонная горничная принесет нож.
— Хотите быть первой?
Я прокалываю кончик пальца и выдавливаю в чашу несколько капель. Моя кровь стекает по серебру на донце. Туча глотает Луну. Мрак в комнате дрожит от конвульсии свечей. Вот теперь — да — я чувствую близость тайны. Карты, кулончики, перстеньки — все забавки… Но кровь Янмэй — это нечто совсем иное.
Иона проводит лезвием по ладони, оставив темную черту. Роняет капли в кубок, сжимает кулак.
— Я кладу в круг капли своей крови, что также есть кровь Светлой Агаты и Эрвина Софии Джессики, моего брата, и с тем повторяю свой вопрос. Каков будет исход сражения?
— А я помещаю в круг капли крови Минервы Джеммы Алессандры, что носит черты души Янмэй Милосердной и Адриана Ингрид Элизабет, главного врага Эрвина Софии, и присоединяюсь к вопросу.
Джейн очень долго тасует карты. Теперь уже никому не до шуток. Она берется за кубок и сдвигает колоду.
— Я тоже, — говорит Иона. Тонкими пальцами гладит карты, аккуратно снимает половину колоды.
— И я.
Держась за кубок, сдвигаю карты. Они кажутся горячими, а кубок — ледяным. На нем полоска Иониной крови.
Джейн вынимает первую карту с такой бережностью, словно это вексель на десять тысяч. Вторую. Третью. Ловлю себя на том, что уже не сижу, а стою, нависаю над меловым рисунком. Четвертая карта ложится в кольцо, и Джейн открывает все четыре.
Завязка — туз пик. Помощь — валет треф. Помеха — дама червей. Развязка — бубновая четверка.
Прежде, чем Иона и Джейн открывают рты, я говорю: