Роман Суржиков – Без помощи вашей (страница 134)
– Как и я вас, – голос генерала был мощным и низким. – Здравия желаю, миледи.
– Я – Глория Сибил Дорина, леди Нортвуд.
– Алексис Франсин Лотта рода Софьи, барон Смайл. Рад знакомству.
Праматерь Софья?.. Мира не знала, что генерал настолько высокороден.
– Что привело прославленного военачальника на прием для черни?
– А вас, миледи?..
Не очень-то вежливый ответ!
– Я беру практические уроки искусства управления, милорд.
– Вот как… – неопределенно сказал Алексис и скосил глаза вниз, в приемную залу.
Он не скрывал скуки, какую навеивала ему беседа с девчонкой. Может быть, генерал ловок на полях сражений, но в общении с дамами ему следует многому научиться!
– В пансионе Елены-у-Озера, – пояснила Мира, – нас обучали навыкам правителя и политика. Сейчас мне представляется возможность увидеть воочию блестящий пример. Это очень увлекает, милорд.
– Да, наверное.
– К слову сказать, военная наука мне также не чужда, милорд.
– Хм.
Ваша неучтивость переходит всякие границы. Считайте, что вы сами напросились!
– Например, я всегда полагала, милорд, что неосмотрительно формировать ядро войска из искровой пехоты, как принято в имперской армии. Истратив заряды, искровики станут неэффективны, и противник пробьет самый центр построения.
По правде, так считал отец Миры. Однако она прочла достаточно книг о войнах, чтобы понимать его позицию.
Сир Алексис широко раскрыл глаза, но справился с удивлением и твердо возразил:
– Миледи, при таком построении ставка делается не на долгий изнурительный бой, а на мощный и неудержимый удар по центру. Искровые копейщики способны сокрушить любое подразделение врага на своем пути, будь то пехота или кавалерия.
– Однако если противник сумеет каким-то образом продержаться до момента, когда искровики истратят заряды…
– Такое возможно лишь в теории, миледи. Вы не видели искровую пехоту в деле. Это самая мощная ударная сила современной армии. Прежде, чем заряды будут истрачены, искровики сомнут врага.
– Предположим, противник выставит в первую линию неопытные, но многочисленные войска – ополчение. Искровики сметут их, но истратят заряды. А затем в дело пойдет основная сила – тяжелая рыцарская кавалерия.
Алексис криво усмехнулся:
– Рыцари стоят в арьергарде за спинами крестьян? Только девица могла выдумать такое построение! Так никогда не делается.
– Отчего же, милорд? Почему врагу не сделать то, что может принести успех?
– Тяжелая кавалерия сильна, когда наносит прямой удар. Ей требуется расстояние, чтобы набрать разгон. Она неудержима при лобовой атаке, но крайне скверно маневрирует. Это значит, миледи, что рыцари, поставленные в арьергард, должны будут атаковать прямо сквозь порядки своей же пехоты, топча ее.
– Пехота может быстро убраться с дороги, отступив на фланги.
– Я не видал пехотинцев с достаточной строевой выучкой, чтобы…
Тут генерал спохватился. Он сообразил, что полным ходом ведет военное совещание с семнадцатилетней девицей. Сложно придумать более абсурдное занятие!
– Миледи, – спросил Алексис, – неужели вас действительно так занимает эта мужская наука?
– Да, милорд. Не сочтите за легкомыслие: военная стратегия кажется мне очень захватывающей игрой… Но сейчас меня больше занимает другой вопрос.
– Какой, миледи?
– Тот, что я уже задала, милорд. Что вы все-таки делаете на открытом посещении?
– А вы настойчивы, миледи! – генералу пришлось это по нраву, он улыбнулся. – Я хочу услышать, что ответит владыка одному просителю.
– И это?..
– Сейчас вы их увидите, – сказал Алексис, глядя в раскрывшиеся парадные двери.
Раздался стук церемониального посоха. В залу вошли четверо: двое купцов и двое морских капитанов. Купцы были одеты весьма скромно, по меркам этого сословия. Капитаны обветрены, седовласы и суровы, у одного недоставало глаза. Весь вид этой группы показывал: жизнь корабельщиков полна невзгод. Они прошагали к престолу твердым шагом, исполненным достоинства, и не упали на колени, как делали просители из черни. Да, нам доводится нелегко, но мы знаем себе цену. Вопреки врожденной неприязни к купцам, Мира ощутила симпатию к этим просителям.
Купцы пожелали императору здравия и долголетия, затем вручили дары. То была огромная говорящая птица в серебряной клетке и смотровая труба.
– Благодарю за щедрые дары, – кивнул Адриан. – Поведайте, что привело вас ко мне.
Мира заметила искорку, что блеснула в карих глазах владыки. Он знал об этих гостях наперед.
Старший купец заговорил:
– Ваше величество, мы имеем честь представлять Третью Морскую гильдию Южного Пути. Прибыли к вам, чтобы от имени всех наших собратьев-моряков нижайше изложить просьбу.
Владыка знал, кто эти люди – он лишь согласно наклонил голову. Мира же от удивления приоткрыла рот. С тех пор, как возвела Валери Грейсенд в ранг первой подозреваемой, Мира потрудилась разузнать о Грейсендах как можно больше. Торговый флот герцогства Южный Путь – самый большой в Империи. Многочисленные негоцианты Южного Пути образуют не одну, а целых три морских гильдии, каждая имеет сотни кораблей. Первая гильдия базируется в северной части герцогства, в порту Уиндли, которым правит барон Уиндли, приходящийся вассалом герцогу Лабелину. Вторая Морская гильдия использует бухты Солтауна и Фиштауна – это вольные города, ими управляет совет купеческих старшин, хотя и платит герцогу налог. Третья гильдия владеет более чем тысячей судов и располагается на юге герцогства, в бухтах Серых Песков, подконтрольных маркизам Грейсенд. Подати, что платят купцы Третьей Морской гильдии, оседают в кошельках маркизов Грейсенд, а часть перетекает в казну герцога.
Иными словами, эти мореходы, держащиеся с таким скромным, неброским достоинством, – представители одной из сильнейших в Империи торговых организаций!
…Тем временем купец излагал дело. Кратко, не занимая времени сверх нужды, он поведал императору о трудностях мореходства, об опасностях, которыми изобилует Восточное море, и о количестве кораблей, что каждый год отправляются на дно.
– Ваше величество, главная опасность Восточного моря, как вам, вне сомнений известно, – это не бури и штормы, а многочисленные рифы и отмели вдоль береговой линии. Плаванье из Серых Песков на Юг вдоль побережья Земель Короны – весьма рискованное предприятие. Не будет преувеличением, ваше величество, сказать, что дно Восточного моря около берега устелено обломками несчастных кораблей, натолкнувшихся на рифы. Но существует и другой путь.
Мира представила себе карту востока Империи и мысленным взглядом находила на ней все, о чем говорил купец. Восточное море глубоко вдавливается в материк. Изогнутое побережье формой напоминает серп. Верхняя часть серпа принадлежит герцогству Южный Путь, а нижняя – Короне. Еще ниже, под торчащим в океан острием серпа, лежит Литленд, а затем – Шиммери. Путь в Шиммери вдоль берегов Земель Короны, действительно, оказывается долгим и, если верить словам купца, опасным. Куда проще идти напрямик, перечеркнуть серп вертикальной линией. В самой середке Восточного моря находится подходящая перевалочная точка: Веселые острова. Два верхних, напоминающие глаза, скалисты и неприветливы, но нижний – изогнутый, как улыбка великана, остров Смайл – изобилует бухтами.
Остров Смайл, надо полагать, находится в ленном владении барона Смайл. А этот самый барон, служащий в имперской армии в чине генерала, стоит сейчас рядом с Мирой и внимательно прислушивается к словам просителей.
– Ваше величество, – завершил речь купец, – заботясь о жизни и благе многих тысяч моряков Третьей гильдии, мы просим вашего позволения проложить маршрут на Юг со стоянкой на острове Смайл.
Император задал вопрос. Не секретарю, как бывало раньше, а самим просителям:
– Было бы правильно сперва обсудить это с правителем острова Смайл – бароном Алексисом.
– Мы сделали это, ваше величество.
Адриан приподнял бровь:
– Неужели? И что же ответил барон Алексис?
– Он сказал, что является верным вассалом вашего величества и поступит так, как будет вам угодно.
– Иными словами, умыл руки, – усмехнулся император.
– Барон Алексис не посмеет пойти против воли вашего величества. Но он не возражал предоставить в наше пользование бухты своего острова.
– Не возражал?.. – с оттенком вопроса повторил Адриан.
– Никоим образом, ваше величество.
Мира начинала чувствовать подвох. Остров Смайл – часть земель Короны, им владеет прямой вассал императора. Возможность проложить маршрут через остров дает немалое преимущество торговому флоту Короны. В торговом соперничестве между купцами Южного Пути и Земель Короны на стороне первых – число кораблей, а в пользу вторых – короткий маршрут. Если гильдии Южного Пути получат в пользование бухты Смайла, то отберут у Короны немалые торговые прибыли. Морской путь из Шиммери в Ориджин закрепится в руках маркизов Грейсенд.
– Почему вы не отказали им, сир Алексис?.. – шепнула Мира генералу. – Ведь это – прямой убыток имперской казне!
Военачальник нахмурился.
– Пускай его величество рассудит по своей воле. Торговые дела – не моя стихия.
Мире показалось, что он недоговаривает.
Владыка Адриан тем временем расспрашивал купца: