Роман Соловьев – Командировка в СССР (страница 6)
Торговец привстал, похлопал меня по плечу, бросил на стол два смятых рубля и вышел из закусочной. На меня внимательно смотрела буфетчица:
– Что-то еще, молодой человек? Может морсик?
Я покачал головой и вышел из кафе. Вернулся на рынок и немного прошелся по шумным торговым рядам. Страшно захотелось купить арбуз, но в кармане сейчас вошь на аркане. Конечно, Сан Саныч наверняка занял бы на первое время деньжат, но как то стыдно опять просить. Человек вроде и так с документами и жильем помог…
Я заметил небольшую толпу возле лохотрона. Крупная тетка с копной рыжих волос возвышалась над черным ящиком. Вверху висела белая табличка: «Торопитесь испытать удачу! Вход – 1 рубль. Два красных шара – выигрыш 5 рублей. Красный и синий – 3 рубля. Два синих, два зеленых, или синий и зеленый – без выигрыша».
Я остановился и призадумался. Конечно в ящике наверняка только два красных шара на двадцать синих и зеленых, потому посетители рынка, проиграв рубль или два, сразу уходили. Вроде небольшая сумма проигрыша, однако у лохотронщиков за весь день наверняка набирался хороший куш.
А что, вот она возможность заработать. У меня с детства имелась необыкновенная особенность. Я тактильно чувствовал цвета и решил проучить лохотронщиков, а заодно слегка разжиться деньгами. Но сейчас в кармане нет даже рубля для входа в игру.
Что же делать… хоть иди по рынку пустые бутылки собирай! Ну и дожил ты, инженер Сафонов! В углу рынка действительно стоял кирпичный Пункт приема стеклотары и я уже хотел пройтись между опустевших прилавков, заметив на скамейках три пустых «чебурашки», однако меня опередили два небритых хмыря в полинявших свитерах. Причем один взглянул на меня с такой лютой ненавистью, будто я отобрал у него дом, машину и любимую жену. Да, такой тип за пару пустых бутылок не задумываясь и голову проломит, как пить дать…
Что же, оставался еще один вариант. Я достал из сумки часы-компас с подсветкой и серебристым циферблатом, которые купил в Ростове. Хотел подарить старшему брату Витьке на день рождение, он коллекционирует необычные часы, но видно не судьба.
Я осмотрелся и подошел к торговцу часами. Толстый мужик с запорожскими усами дружелюбно показал на витрину. Но я покачал головой и протянул свои часы.
– Сколько хотите?– нахмурился мужик, тщательно осматривая необычные часы.
– Сами видите, новые. Просто деньги очень нужны.
– Так сколько?
– Пятерку.
Торговец даже прыснул от смеха:
– Китайская подделка. Дам два рубля. Поверьте, больше здесь никто не даст!
– Хорошо, давайте хоть два рубля.
Другого выхода не было, пришлось задешево уступить часы.
Получив вожделенные два рубля, я сразу поспешил к лохотронщикам. Сзади рыжей тети стоял спортивный парень с квадратной челюстью в красно-синем «Адидасе».
Мордастый колхозник только что проиграл два рубля, шмыгнул носом и пробормотал: « Эх, лучше бы пивка купил на эти деньги…»
Девушка-студентка в очках тоже проиграла рубль, пошарила в недрах кошелька и печально вздохнула.
Милиционер стоял неподалеку, но похоже он совершенно не замечал, что здесь облапошивают наивных советских граждан. Похоже прикормленный, сученыш…
Рыжая окинула пытливым взглядом толпу:
– Товарищи, неужели больше нет желающих?
– Пожалуй… попробую попытать удачу…– улыбнулся я и протянул мятый рубль.
– Подходи, не робей, сразу выиграй пять рублей! – улыбнулась рыжая и приоткрыла окошко в черном ящике.– Тяните шары!
Я пошарил в ящике, но сразу не торопился вытаскивать руку.
– Давайте уже, что вы там все щупаете…– разволновалась тетка.
Я гордо извлек из чрева ящика два красных шара. Народ возле лохотрона восторженно охнул. Паренек в «Адидасе» нехорошо покосился, но Рыжая без проблем протянула новенькую синюю пятерку.
– Вот видите, товарищи?! Человек на ваших глазах только что выиграл пять рублей!
– Четыре,– пробормотал я.– Пожалуй, попробую еще раз!
Снова пошарил в ящике, но на этот раз вытянул красный и синий. Рыжая, за вычетом попытки, отчитала два желтых бумажных рубля и грустно произнесла:
– К сожалению, у нас дается только две попытки.
Похоже она что-то заподозрила.
– В правилах вовсе не указывается, что дается только две попытки! – твердо произнес я. – Бог любит троицу!
Посетители рынка стали кучнее собираться возле лохоторона. Мордастый колхозник сразу же поддержал меня:
– Да-да, у вас не указано в правилах количество попыток! Пусть хоть пять раз играет!
Милиционер обернулся на шум, однако даже не сдвинулся с места.
– Ну хорошо…– кивнула Рыжая. Она уже заметно нервничала.
Я немного пошарил в ящике и снова вытянул два красных шара. Толпа снова возликовала, однако к парнишке в «Адидасе» подошел еще один верзила с полным отсутствием интеллекта на физиономии, зато с крепкой бицухой. Оба не сводили с меня настороженных злых глаз. Такие без всякого зазрения совести будут бить больно, и возможно даже ногами. Я решил больше не испытывать судьбу. Забрал выигрыш и быстро покинул рынок.
Как ни крути, честно заработанная десятка в кармане!
Прежде чем отправиться в общежитие на Козловского, я прошел два квартала и очутился в нашем старом дворике. В том самом, где мы с мамой и братом жили до середины девяностых.
Во дворе на скамейке сидели вездесуще старушки, но я узнал только Евдокию Сергеевну Воробьеву, которая знала всю подноготную о каждом человеке во дворе. Наверняка у бабульки имелся в квартире целый архив. В центре двора небольшая площадка с горками и каруселями, где играли дети. Я осмотрелся и замер, даже чуть не подкосились ноги. В тени тополя стояла молодая мама с уже заметным животиком из-под вязаной кофты. А на площадке бегал пятилетний Витька, старший брат…
На негнущихся ногах я подошел и взглянул на маму. Какая же она молодая… совсем без морщинок. Темно-русые волосы собраны в пучок на затылке. Взгляд слегка настороженный и уставший. Она быстро взглянула на меня и тут же отвела взгляд.
Я замешкался и кивнул на Витьку:
– Ваш?
Мама кивнула и окликнула:
– Витя, пойдем! Нам уже пора…
– Ну ма-ам… можно я еще немного поиграю…
– Пойдем я сказала!
Удивительно вот так увидеть старшего брата, своего защитника в школе – в состоянии сопливого детства. Витька закончит военное училище и дослужится до майора. В 2012 году, после странных реформ военного министра Сердюкова, Виктор уйдет в отставку и откроет вместе с бывшим сослуживцем частное охранное агентство «Ратник». И его дела сразу пойдут в гору. В 2020 году брата неожиданно понесет в политику, сейчас он даже заседает в Областной Думе.
Мама взяла Витьку за руку и они быстро направились к дому. Брат недовольно ворчал, но все же послушно шагал рядом..
Неужели я чем-то напугал маму? Вот дурачок… Я остановился и провел по щеке, ощутив двухдневную щетину.
Родной двор. Деревянный грибок, песочница, качели. За той беседкой я впервые серьезно подрался с Генкой из третьего подъезда, не поделив вкладыши от жвачки… Эх, далекое босоногое детство!
Я еще немного постоял и направился к трамвайной остановке. Пока ждал трамвай, читал цветные афиши на стене: «Впервые в городе Московский цирк на воде». «В музее искусств выставка кошек» «11 сентября впервые в нашем городе выступает знаменитая рок-группа «Круиз» и Виктор Гаина»
Неподалеку стояли два настоящих «металлиста» в кожаных клепанных куртках – безрукавках и блестящих железных цепях на шеях. Оба парнишки не старше восемнадцати. Ничего, в армию пойдут – там из них точно всю дурь выбьют. Не то что бы я презирал молодежные движения и субкультуры: панки, хиппи, металлисты, просто считал, что для этого должны существовать специальные клубы или места сборищ. Зачем металлистам или панкам появляться в общественных местах и смущать странным видом неокрепшие детские умы? Пусть тусуются в своем ареале, как нудисты, есть же у них специальные пляжи…
Да, молодежные субкультуры различных направлений и течений в середине восьмидесятых развивались чрезвычайно бурно. Думаю здесь не последнюю роль сыграла перестройка. Всего несколько лет назад все жили ровно, горланили пионерские песни, в институтах учили марксизм-ленинизм, и тут неожиданно приоткрылся железный занавес. Телемосты с Америкой, западные фильмы и музыка… Молодежь, которая всегда имела бунтарский дух – сразу почувствовала перемены в обществе. Большинство подростков 80-х перебесились тем же рокерским движением и повзрослев, стали вполне достойными людьми, а некоторые так и не повзрослели, оставшись бунтарями на всю жизнь…
В общаге на Козловского оказалось удивительно тихо. Людмила Петровна, строгая пятидесятилетняя комендантша, сразу смягчилась, узнав что я от Сан Саныча. Я улыбнулся и осторожно положил на стол пятерку авансом. Комендантша сразу спрятала деньги в ящик стола и пробормотала:
– Отдельной комнаты в общежитии сейчас нет. Поживите пока в двести пятой. Кстати, ваш сосед уже вернулся с работы.
Я кивнул и поднялся по лестнице. Дверь оказалась приоткрыта. Я постучал и заглянул внутрь. Комната просторная, с высокими потолками и большими окнами, пополам разделена большим желтым шкафом. В углу трещал черно-белый «Рекорд», на экране показывали документальный фильм о путешественниках. Стайки пингвинов важно и неторопливо расхаживали по ледовому побережью. Оператор издалека показал северного монстра – белого крупного медведя. Юрий Сенкевич за кадром рассказывал о невообразимо тяжелом климате жизни в местных северных широтах.