Роман Силантьев – 100 самых известных «русских мусульман» (страница 34)

«Знакомые мусульмане предложили ему помощь в обмен на использование его имени. Конечно, не исполнили своих обещаний. Он рассказывал, что от него требовали публичной борьбы с христианством, но он, как мог, уклонялся. Близко узнав современный ислам, бывший батюшка принес покаяние. Он был воссоединен с Христом как мирянин. Он хотел публично покаяться, но побоялся мести магометан».308

Таким образом, как минимум трем священникам (Полосину, Сохину и Кисилеву) за переход в ислам были предложены материальные блага, но лишь в случае Полосина они поступили хоть в каком-то размере. По всей видимости, в середине нулевых существовал особый спрос на перешедших в ислам православных священников, подо что был выделен некоторый бюджет. Другое дело, что деньги из этого бюджета по большей части разворовали.

В вышеописанную группу с некоторой натяжкой можно добавить и бывшего раввина махачкалинской синагоги Мойшу Кривицкого. Считается, что он принял ислам в 1998 году после сравнительного изучения Торы и Корана, затем отсидел по 222 статье УК РФ, вышел на свободу и женился на дагестанке309. Другое дело, что информации об этом человеке очень мало, в его биографии есть странности, и в еврейской общине его не знают310. Так что не исключено, что Кривицкий стал одним из вымышленных персонажей в пропаганде новообращенных мусульман. Действительно, известно немало случаев, когда известным людям случайно или умышленно приписывалось принятие ислама.

«Произошедшие переходы бывших православных священников не следует рассматривать как некий «знак», «характерную тенденцию нового времени» или симптом «кризиса православия». Это частные случаи, представляющие определенный интерес и важные для исследования психологии поведения конкретной личности, не более того. Они могут рассматриваться как следствие социальных пертурбаций российского общества, затронувших не только экономическую сферу, но и сферу внутренних переживаний человека, в изменившихся условиях ищущего путь к гармонии и порой находящего его вне традиционных национально-религиозных установок», – предположил профессор Сергей Фирсов, и с ним можно согласиться311.

Со своей стороны могу заметить, что из четырех вышеперечисленных священников в исламе официально остался один лишь Вячеслав-Али Полосин, в искренности религиозных чувств которого существуют серьезные сомнения.

Спортсмены

Многие люди, воспитанные в традициях православной культуры, приняли ислам в спортивных секциях, под влиянием занимавшихся вместе с ними мусульман. Некоторые из них стали известными спортсменами либо популяризаторами физической культуры.

Наибольшую известность из неофитов-спортсменов получил Артем Чеботарев из Саратова. Он родился в 1988 году в селе Степное Саратовской области и вероятно, воспитывался в традициях ислама с детства, поскольку его мать и дядя-тренер Едильбай Казиев были казахами312.

К 2016 году Артем Чеботарев стал четырехкратным чемпионом России, чемпионом Европы, бронзовым призером чемпионата мира, заслуженным мастером спорта. О своем пути к исламу он публично не говорил, что также свидетельствует в пользу гипотезы о его давней приверженности мусульманской религии.

Чеботарев всегда подчеркивал свою религиозность и тесно общался с активом ДУМ Саратовской области, где у него оказалось немало болельщиков313.

Троеборец Роман Гаврусик родился в 1982 году в Норильске, откуда впоследствии переехал в Красноярск. Является чемпионом России по пауэрлифтингу (силовому троеборью) среди юниоров (2005 год), серебряным призером чемпионата России (2007 год), абсолютным чемпионом Сибири (2007 год). Мастер спорта международного класса. Занимается силовым экстримом – таскает колонны автомобилей и составы поездов.

Скорее всего, Роман принял ислам под влиянием известного экстремиста-нурсиста и дзюдоиста Андрея Дедкова, взяв мусульманское имя Кахарман (богатырь). В 2010 году он выступил подписантом заявления о нарушении нрав общины нурсистов в Красноярске, членом которой сам, предположительно, является314.

Политики

Имя самого высокопоставленного российского чиновника, принявшего ислам, главы Кизлярского района Дагестана Андрея Виноградова стало широко известно после его ареста. 27 июля 2015 года Виноградов был задержан в результате спецоперации и сейчас ожидает суда. Бывшего главу района обвиняют в убийстве, посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительных органов и финансировании терроризма. Следствие полагает, что Виноградов является одним из руководителей устойчивого организованного преступного сообщества, созданного для занятия бандитизмом, осуществления заказных убийств, преступлений экономической направленности и финансирования незаконных вооруженных формирований.

Виноградов родился в 1982 году в городе Минеральные Воды. С 2007 года работал водителем главы Кизлярского района Сагида Муртазалиева, к которому вошел в доверие и в знак лояльности принял ислам. С 25 марта 2008 года по 19 мая 2009 года был начальником Кизлярской автостанции, а в июне 2009 года был назначен на должность исполняющего обязанности заместителя главы администрации Кизлярского района республики Дагестан, затем стал первым заместителем главы района. В 2010 году Виноградов сменил ушедшего на повышение Сагида Муртазалиева и пять лет управлял районом, не теряя связей со своим патроном.

В 2015 году правоохранители начали расследование деятельности созданной Муртазалиевым организованной преступной группировки. В сентябре того же года Басманный суд Москвы заочно санкционировал арест Сагида Муртазалиева, однако ему удалось скрыться в Объединенных Арабских Эмиратах. А вот Виноградов скрыться не успел. То, что он перешел в ислам под воздействием членов преступной группировки, вполне типично для целого ряда террористов315.

Самый известный и скандальный политик-неофит Абдул-Вахед Ниязов (Вадим Медведев) единственный среди прочих «русских мусульман» был удостоен отдельной книги. В 2010 году в серии «Жизнь примечательных аферистов» вышла посвященная ему монография «Мошенник от шайтана, или как сделать деньги на исламе». Эта яркая личность действительно заслужила такой чести, поскольку по целому ряду параметров превзошла литературного героя Остапа Бендера, с которым Ниязова периодически сравнивали.

Вадим Валерианович Медведев, впоследствии известный как Абдул-Вахед Валидович Ниязов, родился 23 апреля 1969 года в городе Таре Омской области. Его национальность доподлинно неизвестна, хотя сам он настаивает на чисто татарском происхождении. По всей видимости, Ниязов родился в смешанном русско-татарском или еврейско-татарском браке. Во всяком случае, такое мнение сложилось у мусульман, в той среде, где он вращался.

После окончания средней школы он служил в строительных войсках на БАМе. В 1990 году поступил на дневное отделение Московского историко-архивного института, но был отчислен с первого курса за неуспеваемость.

Благодаря женитьбе на родственнице муфтия Талгата Таджуддина Медведев-Ниязов принял ислам и решил принять активное участие в его распространении. В апреле 1991 года при финансовой поддержке посольства Саудовской Аравии в Москве он создал Исламский культурный центр города Москвы, в 1993 году переименованный в Исламский культурный центр России, став его генеральным директором, а впоследствии – президентом. Осенью 1991 года Ниязов попытался отбить Исламский культурный центр города Москвы у будущего муфтия Равиля Гайнутдина, однако потерпел неудачу316.

Война Ниязова с Гайнутдином продолжалась достаточно долго. Обе стороны пытались сорвать проекты друг друга и не стесняясь рассылали гневные письма по всем инстанциям.

«Наше духовное управление неоднократно в различных инстанциях ставило вопрос о крайне негативном воздействии Исламского культурного центра России и его самозванного директора А.-В. Ниязова (больше известного как Вадим Валерианович) в деятельность нашего муфтията – официального религиозного органа, являющегося одним из наиболее влиятельных и авторитетных религиозных объединений мусульман РФ. Прибегая к различного рода махинациям и закулисным интригам А. В. Ниязов, используя в своей неблаговидной деятельности финансовую поддержку различных зарубежных исламских центров, уже не первый год пытается создать параллельную религиозную структуру в обход официальных религиозных каналов. ИКЦР занимается подготовкой религиозных кадров, назначает «имамов» и утверждает «муфтиев» и т. д. Если эти амбициозные планы ему и его зарубежным «друзьям» удастся реализовать, это внесет раскол и накалит и без того напряженную ситуацию внутри многомиллионной мусульманской уммы России. Исходя из общих интересов сохранения мира и спокойствия, а также искренне желая упрочения межнационального и межконфессионального согласия, президиум ДУМЦЕР настоятельно просит ускорить тщательную экспертизу деятельности ИКЦР и привести ее в соответствие с существующими нормативными актами РФ», – писал муфтий Равиль Гайнутдин вице-премьеру Сергею Шахраю в 1995 году317.

В феврале 1994 года Ниязов участвовал в организации Высшего координационного центра духовных управлений мусульман России (ВКЦДУМР) и был избран заместителем председателя исполкома. В 1995 он был инициатором создания Союза мусульман России, став его сопредседателем и председателем исполкома. С 1997 года – вакиль (управляющий делами) ДУМАЧР.