Роман Сидоркин – Городской ужас (страница 19)

Глава XIII

Через пару дней Иван в самом деле смог сам встать и дойти до туалета. Но вести жизнь вне стен больницы он бы не смог: тело сбоило и требовало покоя. Врачи рекомендовали остаться под их присмотром ещё неделю.

Владислав не мог столько ждать.

Перед выпиской к ним в палату перевели девушку. У неё было что-то с коленом и бедром, было похоже, что её сбила машина. Она часто плакала, а когда Владислав спросил в чём дело, рассказала, глотая слёзы, что её нога без дорогих имплантов и операций восстановлению не подлежит, а очередь на их бесплатное получение такая, что их можно дождаться только к концу десятилетия. При этом она упомянула о разговоре родителей с врачами: те намекнули, что за определённое «вознаграждение» её место в списках окажется на вершине. Родители девушки не были богатыми, так что едва ли могли потянуть озвученную сумму. Самым мерзким было то, что импланты входят в список медицинских услуг, которые предоставляются бесплатно определённым категориям граждан, и её семья как раз входит в эту категорию. То есть администрация больницы просто вымогала деньги на то, что они и так обязаны сделать. Владислава всегда ужасно задевали такие проявления жадности и слабости людей. Непонятно зачем они нужны в управляющих органах: если хотите много денег – идите в бизнес, там нет прямых обязательств перед обществом, а тут вы берёте ответственность за какую-то, порой за критически важную, часть человеческой судьбы и наживаетесь на этом.

История очень разозлила его, но сейчас ему нужно было решить проблему демонической угрозы, нависшей над его семьёй. Столкновение с Крабусом сузило его жизнь до тесного коридора между жизнью в безумии и смертью и ни тот, ни другой вариант его не устраивал. Впервые в жизни Владислав решил, не рассуждая, идти до конца. Если демоны Москвы решили, что могут делать с жизнью человека что им угодно, то он покажет, что у людей есть своё мнение на этот счёт и с ним нельзя не считаться.

Влад выписался спустя день после того, как Иван сам смог дойти до туалета. Направляясь по коридору к выходу, он увидел двух не старых, но уже почти седых людей: мужчину и женщину. Они держались за руки и молча смотрели на дверь кабинета заведующего травматологическим отделением, профессора медицины Кузнецова Виктора Васильевича – как гласила металлическая табличка на двери. Из-за двери показалась голова молодого человека, видимо помощника, с остатками чёрных волос на черепе, он пригласил их внутрь. Как только они двинулись к двери, из неё вдруг вылезло непонятное мерзкое существо с отрастающими из спины конечностями, подвижным месивом у рта и страшными вылезающими из черепа глазами. Оно пробулькало, что им нужно постоять пока здесь, а само, переваливаясь с одной несуразной конечности на другую, поползло в сторону Влада. Влад с отвращением посторонился, не сводя взгляда с твари. Кузнецов или то, что когда-то им было, сбавил ход, когда поравнялось с Владиславом. Влад вдруг понял, что то, что сейчас перед ним было – не совсем то, что являлось ему ночью, вполне возможно, что это существо не подозревает о своём уродстве. Если так, то ему стоит приберечь тяжёлые взгляды для своих личных демонов. Он отвернулся и снова направился к выходу. Уже у самых дверей, обернувшись, он увидел, что двое выходят из двери кабинета. Он не смог бы сказать точно, потому что был далеко, но они вышли оттуда ещё более иссушёнными, а тварь, которая выползала за ними, похлопывая по плечу, стала ещё более уродливой. Отростки на спине стали чуть длиннее, а вокруг рта появились новые шевелящиеся членики.

На улице было жарко. Июль находился в полном разгаре, и в воздухе витали дым и асфальтовые смолы, так что хотелось передвигаться перебежками от парка до парка – благо их в Москве предостаточно. Владислав шёл, прихрамывая, с палкой в одной руке и смартфоном в другой, в поисках полицейского участка: он должен был узнать причину смерти, установленную при вскрытии, если таковое вообще было. Яндекс-карты на экране показывали, что он всего в двух десятках метров от нужного адреса. Влад огляделся по сторонам: не хватало, чтобы какой-нибудь мотоцикл разрезал его пополам прямо у входа.

Хотя Влад был в потрёпанном состоянии, он удивился оснащённости и внешнему виду участка: это было ультрасовременное здание, отделанное изнутри по последнему слову техники и офисного дизайна. Даже офис его начальника уступал раскинувшейся перед ним картине. На фоне высокотехнологического великолепия из окошка проходной на него глянуло хмурое неприветливое лицо человека в фуражке.

– Здравствуйте, по какому вопросу? – спросил полицейский.

– Здравствуйте, меня зовут Владислав. Недавно умерла моя девушка. Её вещи здесь… Я хотел бы кое-что забрать, – соврал он.

– Паспорт.

Влад положил паспорт в окошко. Через минуту он шагал в указанный ему кабинет.

Внутренняя отделка не уступала оной в прихожей – похоже, владельцы строительной фирмы постеснялась оставлять в карманах слишком много государственных денег. За компьютером сидел совсем молодой человек, с очень сосредоточенным лицом, в его глазах светился высокий интеллект.

– Здравствуйте, чем могу помочь? – не отрываясь от монитора, спросил он.

– Меня зовут Владислав. Недавно умерла моя девушка, я хочу узнать причину её смерти.

Сотрудник оторвал взгляд от монитора и внимательно посмотрел на него.

– Вы были там в ночь смерть Валерии?

Влад удивился, насколько хорошо тот помнил детали.

– Был, я подписывал какие-то бумажки.

– Хорошо, сейчас посмотрим…

Влад никогда не разбирался в погонах и значках госслужащих, но по поведению этого парня понял, что перед ним офицер, хоть и не старшего звания.

– Как к Вам обращаться? – спросил он.

– Младший лейтенант Васильев. Можно Никита.

– Очень приятно.

Младший лейтенант на что-то долго смотрел в мониторе. Потом повернулся к ящикам и стал перебирать желтоватые папки.

– Ага, вот. Сибирская Валерия Николаевна… Тысяча девятьсот девяносто первого года, Екатеринбург. Умерла от неустановленной причины в ночь с четвёртого на шестое июля, в кровати. Вместе с ней был молодой человек – Ваше имя. Не пострадал. Показывает, что обнаружил девушку мёртвой, когда проснулся между двумя и тремя часами ночи. Ничего подозрительного не слышал. Накануне у них был секс. Девушка не подавала никаких признаков болезни или недомогания. Так… Это пропустим. Как Вы поняли, причина смерти до сих пор не установлена.

– А вскрытие проводилось? – удивлённо спросил Влад.

– Ваши отношения с умершей для меня пока загадка, так что я не буду отвечать на этот вопрос. А у Вас есть какие-то соображения на этот счёт?

Следователь говорил очень мягко, но Владислав чувствовал, что тот его сканирует, причём не только его формулировки, но и его мимику, глаза, движения.

– Это не имеет отношения к Вашему расследованию, – с трудом сдерживая раздражение, сказал Влад.

– Извините, – вежливо начал офицер – но это не Вам решать.

– Вы всё равно не поверите, – бросил Влад.

– Ооо, у нас тут много таких, – протянул следователь интонацией повидавшего виды оперативного волка. – Многие ходят и рассказывают о мстящих призраках, разозлённых домовых, а потом выясняется, что он ей изменил, и утюгом его припечатал вовсе не домовой.

– Меня подозревают? – спросил Владислав.

– Конечно. А Вы бы не стали на моём месте?

Влад помолчал. Он понимал, что если бы были серьёзные подозрения в его адрес, то он бы не катался по Подмосковью в поисках сумасшедшего экзорциста, а был бы в какой-нибудь кутузке с правом на адвоката, но даже ничем не подкреплённые подозрения Васильева были неприятны.

– Можете верить, можете – нет, но тут действительно что-то не… Что-то с чем ни Вы, ни я никогда не сталкивались, и я бы сам не поверил, если бы мне о таком сообщили. Но есть способ убедиться в моих словах.

– Поподробней, – попросил Никита.

– Есть один человек, который столкнулся с той же проблемой, что и я.

– Подождите, при чём тут Вы? Вы ведь, кажется, живы, в отличие от Вашей невесты.

– Девушки. Мы не были помолвлены.

– Да, конечно, просто проверяю Вас. Продолжайте, пожалуйста.

– Это сложно объяснить, но возможно, что умерла она из-за меня.

– Продолжайте, – не скрывая загоревшегося интереса попросил Никита.

Влад проглотил это и продолжил.

– Есть кое-что, с чем я столкнулся, что угрожает мне и окружающим, но пока что окружающие страдали больше.

– Кто-то ещё пострадал?

– Мама чуть не заколола отца, пока тот спал, – он буквально выпалил это на одном дыхании.

Следователь нахмурился.

– Продолжайте, – уже не так едко попросил он.

– А я, собственно, всё сказал. Хочу увидеть этого человека, убедиться, что я не схожу с ума и спросить, что он узнал.

– Смотрите. Присядьте сюда, – Никита показал Владу на стул напротив стола, за которым он сам сидел.

– Спасибо, я постою.

– Как хотите.

Тон Васильева был очень мягким, настолько мягким, что Влад начал чувствовать себя в чём-то виноватым.

– Смотрите, – повторил он – мне известно, что вы с Валерией познакомились совсем недавно. Проще говоря, незадолго до её смерти. В течение времени, которое вы были формально знакомы, вы встречались всего три раза – на третий девушка умерла. Сейчас нет ни одной улики, прямо указывающей на Вас, но если Вы, Владислав, откажетесь сотрудничать, я расценю это как помеху следствию. Человеку, который не виноват, незачем мешать следствию, ведь так? Думаю, что так, – он смотрел Владу прямо в глаза – мы знаем, что Вы были там в момент её смерти, а сейчас не хотите раскрыть следствию её причины. При условии, что вы, с ваших же слов, перед этим виделись всего два раза, много общих знакомых у вас с ней быть не могло – значит, что? Вам нужно связаться с Вашим личным знакомым, возможно, сообщником. Я не прав?