Роман Шмыков – На ночь глядя (страница 25)
Я вышла из купе, укутавшись в любимую шаль. Её связала бабушка и насильно отправила со мной, чтобы не мёрзла. Шаль очень тёплая и нежная на ощупь, а в общем коридоре вагона было прохладно. Я успела встать поближе к окну, чтобы толпа обычных пассажиров не загородила вид на предмет главного труда моей нынешней жизни. Состав вышел на округлое подножие горы, с которого видно гигантский кратер, он медленно вращается по своей оси. До сих пор от Большого Серого Диска тянутся заунывные мелодии, чем-то напоминающие монотонную игру на рояле. Все ноты шли в правильном порядке, но от их медленности мурашки пробежались у всех. Что-то жуткое, загробное, заставляющее ощутить то, что и словами не опишешь. Я осталась последней, кто ещё наблюдал за чудом природы, к которому не приложило рук человечество до поры до времени, и отлипла от окон лишь когда поезд скрылся в тоннеле. По всему вагону зажглись ночники.
Я вернулась к себе. Угрюмый справочник лежал на столе, заполненный моими разноцветными закладками и наклейками с пометками, чтобы было легче ориентироваться в огромном талмуде. Легла на койку, смотря куда-то между тусклых ламп на потолке. Хорошо, что институт выкупил для меня одной целое купе, и не придётся постоянно видеть чьи-то ноги и руки, свисающие сверху. Всегда было некомфортно засыпать, когда рядом есть кто-то ещё. Кажется, хозяйка квартиры говорила, что мне выделено место в отдельной комнате от Диска. Это хорошо, расположу там всё необходимое для исследований, а в спальне совью сонное гнёздышко.
Задремала в полутьме длинного тоннеля и очнулась, когда состав выпрыгнул на свет бескрайних полей Полуденной Степи. Здесь всегда светит солнце, либо отражается от луны достаточно сильно, чтобы несколько десятков квадратных километров выглядели так, словно сейчас полдень. Помню, в третьем классе я написала сочинение об этом месте, представляя, как здесь бегают вымышленные животные, такие как Летучие Копытцы, Снежные Спуны и Рогоносы. За сочинение поставили четыре, и я обиделась на учительницу за то, что вместо похвалы получила шквал критики. Видите ли, в Полуденной Степи никогда никто не жил, и запрещено о подобных чудесах природы помышлять что-то самовольно. До сих пор не понимаю мыслей старших, когда дети выдумывают своё. В таком случае наука никогда бы не продвинулась в области изучения Дисков. И как же ещё тогда жить бок о бок с тем, что так интересно выглядит, но настолько неизвестно работает?
Я достала тетрадь и записала подобную мысль как ключевые предложения. Вполне возможно, что использую это для вступительного слова, текст которого всё никак не могу придумать. Уже и диплом практически готов, а введение до сих пор ждёт своего часа, чтобы родиться у меня в голове. Не думала, что буду писать начало работы после того, как уже почти закончу сам диплом. Поставила значок Нокс у этого абзаца, чтобы точно не забыть. Крестик в кружке, прямо как учили на первых курсах, чтобы быстрее писать конспекты и не тратить время на длинные формулировки и имена призраков. Транспаремонтенивисы — долго же я пыталась запомнить их личный символ, до этого стараясь их хотя бы укорачивать до аббревиатур. Но и тут преподаватели снижали оценки. Видите ли, сокращать названия духов нельзя, якобы это великое неуважение и к ним, и к науке. Знали бы они, как я на самом деле люблю всё, что связано с Дисками, так никогда бы такого обо мне не подумали. Я же только для скорости так делала, не более.
Пришло сообщение от папы. Я его даже не записала «Папа», а просто поставила значок фиолетового сердечка. Я любила его, даже вопреки тому, что отец оставил нас с мамой когда-то, сказав, что ради науки, но потом оказалось, что он ушёл к другой женщине. Всё было настолько банально, что именно
Пришло второе сообщение с пометкой фиолетового сердечка, и от него я очнулась, глубоко до этого погружённая в детство. Потные ладони еле удержали телефон, постоянно норовящий выскользнуть из пальцев. Я думала обо всём сразу, и ни одной мысли о том, как ответить на «Поздравляю, ты умничка».
Мама уже давно с ним не общалась, её как никого другого можно понять. И я, порой тайно, а порой и не очень, поддерживаю с отцом связь. Мы не встречались очень давно, но иногда созваниваемся по видео. Он отрастил длинные седые усы и обрился наголо. Папа показывал своего сына от второй жены. Он хорошенький, но я совру, если начну отрицать свою ревность. Открыла список сообщений и диалог с папой. Поздравление было вторым, и в отрыве от общего контекста конечно выглядело странно, но всё встало на свои места, когда прочитала предшествующий текст. Папа сказал, что бабушка ему обо всём поведала. О моей учёбе и бесконечном рвении к науке, о теме диплома и предстоящей практике на Диске. От его слов складывалось впечатление, словно он сидит рядом и еле подбирает формулировки. Всегда подобное давалось ему с трудом, и чаще всего папа хлопал меня по плечу или гладил по спине, иногда целовал в лоб, безмолвно, словно я глухая. Не хватало его советов, появившихся слишком поздно. Надеюсь, его новый ребёнок получает то, чего когда-то не досталось мне.
«Спасибо за поздравление…»
Нет, не так.
«Спасибо за всё, пап. Твоя Вика»
Ничего другого напечатать не смогла. Слёзы сдавили горло, и только сейчас вылезли наружу волнение и страх, до этого околачивающиеся где-то рядом, но никогда не подходящие близко. Неприятный холодок по спине и дрожь в пальцах. Я же еду одна! Я буду одна на Диске, и он будет только моей ответственностью, большей ничьей!
Новый тоннель снова проглотил поезд и тут же выклюнул. Как смена кадров, и картинка перед глазами и за стеклом купе уже другая. Я отвлеклась, отложив телефон. Папа прочитал сообщение, но ничего не ответил. Да и я вряд ли чего-то жду. Подняла справочник и открыла на случайной странице, это всегда помогало отвлечься, если мысли в черепушке совсем уж теряли контроль, погружая в такое состояние, что и дышать трудно. Мама говорила, что в подобные моменты надо присесть и осмотреться вокруг, называя предметы своими именами. Плацебо или нет, но это действовало, а ещё случайная страница справочника — вот лекарство от ужаса, иногда проникающего в тело слишком внезапно.
«Воздушные Вапоры. Встречаются исключительно на белых Дисках, сопровождая своё появление тихим шипением, словно пар рвётся наружу через свисток чайника.
Молчаливы, иногда поют, но без слов — одна мелодия, не более того. Крайне дружелюбны, однако слишком неспокойны. Могу раскидывать вещи, переставлять предметы в пределах небольшого радиуса, не слишком превышающего радиус самого Диска. Не представляют опасности, лишь приносят суматоху в жизнь тех Стражей, что были приставлены к Диску Воздушных Вапоров»
Сняла шаль. В купе стало душновато, я еле дотянулась с кровати до окна, не выпуская из одной руки справочник, а другой поворачивая створки форточки. Прохладный воздух прорвался сквозь щель между деревянными рамами и молниеносным сквозняком пробежался вокруг.
«Воздушные Вапоры при жизни любили сладкое, но могут разреветься, осознав, что после смерти уже не способны вкусить желанного лакомства. Плачущий Вапор кружится вокруг своей оси, заставляя вращаться и Диск под собой, что уже может привести к более глобальным последствиям, чем расшалившийся дух. См п.8 Главы 4»
Я перелистнула на указанную страницу, предварительно определив её номер в оглавлении, находящемся в конце и почти стёршемся под огромным слоем других страниц.
«п8. Закрученные Диски.
Закрученные Диски представляют собой вырвавшийся из-под контроля портал, способный работать в двух направлениях. И цвет Диска уже не так важен, так как может пропустить через себя духа любого уровня и наименования. Закрученный Диск требует немедленного оповещения Совета Безопасности Полей Мёртвых, они же просто ПЛ, и вызова ближайшего Стража для помощи в закрытии портала либо приостановке его действия до приезда представителей Совета. Ни в коем случае не разрешается единоличное обращение с Закрученным Диском. Последствия могут быть слишком катастрофичными и необратимыми, чтобы представлялось возможным подобное самовольное действие»
Ну вот, с облачных Воздушных Вапоров на Закрученные Диски. Хотела отвлечься, а теперь снова как-то некомфортно, боязно. Не люблю, когда так. Я налепила новую наклейку на страницу с Закрученными Дисками и закрыла справочник, отложив его на дальний край столика. Спиной прижалась к стенке и достала плейер из сумки. Старый, кнопочный, люблю его безмерно, ведь такого ни у кого нет, а этот ещё и работает просто отлично. Старичку почти с десяток лет, а песни на нём играют как на любом современном проигрывателе. Я запустила случайное воспроизведение, попалась TORRES. Обожаю её всем сердцем, влюблена буквально в её голос и музыкальную поэзию. Просто чудесная.