Роман Путилов – Вне зоны доступа (страница 26)

Я вчера думал, когда удобнее перехватить курьера Сливы — утром или вечером, и решил, что лучше утром, с деньгами и чеками с наркотой. На добрый десяток точек, я не уверен, что знаю все торговые места «антикваров», он должен везти не менее ста «чеков» с героином, а значит, на достаточно будет просто перехватить машину и изъять дурь. Если задержанный курьер будет строить свою защиту на аргументе, что такое количество наркотиков он приобрел для личного потребления, кроме искреннего смеха всего состава суда его ничего хорошего не ждет.

Через двадцать минут я отставил в сторону пустой стакан и поднялся, пора было выезжать.

Все встали, в том числе и Наглый.

_ А ты куда? — удивился я: — ты же после больницы? Сиди здесь или на диванчик приляг, отдыхай.

Лицо парня непроизвольно исказила гримаса:

— Громов если бы ты знал, где у меня это сидение и лежание?

Шадов провел ребром ладони по шее и продолжил:

— Уже не могу, тошнит от безделья, с вами поеду, если можно.

— С камерой справишься? — я достал из футляра «Самсунг» и протянул оперу: — В стороне стой и все снимай на камеру, в драку не лезь.

Из шкафа я достал форменный бушлат и фуражку — с реки точно будет тянуть сырой холодный ветер. Наглый, пока мы пили чай, успел дозвониться по обоим телефонным номерам и узнать, что деньги бухгалтерия выплатит ему через неделю или две, вместе с очередной заработной плате, так как его рубли сейчас хранятся на загадочном депоненте и достать их оттуда практически невозможно. Подруга его на малой родине не появлялась и ничего не передавала, времена сейчас тяжелые и кроме родительского благословения родители обнищавшему сыну ничем помочь не могут. В этих условиях сидеть целый день в кабинете для Наглого, возможно, было неполезно, а так хоть свежим воздухом подышит.

Город. Правый берег. Речная пристань.

Речная пристань — место в городе известное, в первую очередь, как мощный транспортный узел, где сошлись маршруты автобусов, идущих в южные пригороды, троллейбусов, проходящих по Главному проспекту до северной окраины Города, ветки метро и железнодорожной ветки, что уходит в сторону двух алтайских регионов и на Кузбасс. А если прибавить к этому билетные кассы речных трамвайчиков и огромный парк над набережной…

В общем, здесь всегда было не протолкнуться от спешащих пассажиров и праздной публики. Наши машины при припарковали не доезжая двухсот метров до главной парковки напротив вестибюля метро, на, пока свободной, стоянке театра «Старая Лачуга», а к метро направили наблюдателя с красной бейсболкой в руках… Остальные коротали время в машинах с работающими двигателями, готовые в любой момент… Вот только сегодня мой ангел –хранитель взял заслуженный выходной, и все пошло не по плану. Салатового цвета «Москвич» я узнал, когда он еще стоял на светофоре. Чтобы через минуту свернуть в нашу сторону, вот только наш наблюдатель стоял на обочине, с красной бейсболкой на голове, что означало, что на стоянке у метро отсутствует машина «антикваров». Казалось бы — бывает, что поделать, в следующий раз, вот только до следующего раза я ждать не мог — пять оперов, двое проверенных понятых, две машины, не факт, что завтра я вновь соберу такие силы. А если ехать за «москвичом» до следующей точки, велика вероятность, что они нас заметят. О последствиях не хотелось даже думать. У меня всего два месяца до выборов, а я должен за этот короткий срок героически обойти всех конкурентов.

— Едем за зеленым «москвичом», что сейчас мимо нас проедет, как свернет к метро — зажимаем его на стоянке и берем штурмом, а если не свернет, то делай, как я! — крикнул я, сидящему за рулем казенной «шестерки» Небогатову, дождался его ответного кивка и прыгнул на водительское место своей машины.

«Москвич» с тракторным треском прокатился мимо нас, и я вклинился сразу за ним, вызвав хор возмущенных сигналов других водителей.

Стоянка у метро была забита машинами и народом, и салатного цвета машина, не сориентировавшись в обстановке, свернула на тротуар, а через несколько секунд я подпер его с кормы и опера, азартно сопя, полезли наружу. Видимо, водитель «москвича» что-то почувствовал, так как машина курьера внезапно прыгнула вперед, разгоняя людей звуком клаксона, повернула, практически задев стену здания, рванула вперед, не обращая внимания на разбегающихся людей и… уперлась в морду отдельской шестерки. Все, приехали граждане, сливайте воду — слева и справа плотно стояли припаркованные машины, а корму надежно подпер я мордой своей «копейки».

— Двери открывай, милиция! — Артур, кипящий от переизбытка адреналина в крови, рвал на себя двери «москвича», а позади него стоял Наглый в моей форме, и снимал происходящее на камеру, олицетворяя своей фигурой закон и порядок.

Пришлось мне надавить на плечо Артура, вынуждая его отойти от двери, после чего постучать корочкой открытого удостоверения по водительскому стеклу: — Добрый день, уголовный розыск, отделение по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, плановая проверка, прошу разблокировать дверь автомобиля.

Пара секунд времени на обмыслить, после чего я елейным голосом сообщил, что в случае противодействия законному требованию работника милиции, я могу применить силу.

Опять полное игнорирование — за темными окнами москвича видно, что перемещаются какие-то тени, раздался звук включения передачи. Неужели решили таранить наши машины? Медлить больше было нельзя.

— Вот теперь можно. — я кивнул Артуру и шагнул назад.

Вот нравится мне наша кувалдочка — с короткой ручкой, но увесистая, удобная к хранению и перевозке. Артур с одного удара вынес водительское стекло и мелкие осколки осыпались на брюки ошалевшего водителя «Москвича», который инстинктивно прикрылся от водопада осыпающихся осколков, а толпа за нашими спинами радостно ахнула, ведь не каждый день увидишь такой боевик.

— Открываем двери, а то все стекла вынесем к…- я наклонился к окну и оглядел сидящих в салоне людей. Никакой ошибки не было, три бойца криминального фронта в своей униформе.

Под камеру мы выволокли трех типов в спортивных костюмах, уложив их мордами на асфальт и крепко сцепив руки наручниками, слава Богу, не в советское время живем, сейчас наручники купить не проблема, затем, под объективом камеры и при понятых мы вытащило с заднего сиденья спортивную сумку, из которой, на капот москвича вытряхнул пакет с чеками, завернутыми в фольгу и пачки денег.

Двадцать минут ушло на пересчет купюр и упаковку пакетиков с наркотой, после чего мы небольшой колонной из трех машин тронулись в сторону родного отделения.

Дорожный район. Отделение по борьбе с незаконным оборотом наркотиков.

Пока изъятые упаковки с порошком кремового цвета катались через весь Город в кримлабораторию, для проведения экспресс –анализа, я, по очереди, беседовал с задержанными, загружая их мозги пустыми вопросами «за жизнь» и пытаясь понять, с кем можно о чем-то разговаривать, а кто к убеждению полностью глух.

Проблемой было то, что в нашем отделении не было камер, поэтому пришлось растаскивать двоих — курьера и водителя по разным кабинетам, а охранника приковывать за руку к трубе отопления в коридоре.

'Из расшифровки аудиозаписи системы акустического контроля помещения.

Секретно.

В двух экз.

1 экз — в дело №….,

2 экз — в лит. дело.

1 голос — установлен, как ст. о/у ОУР Громов П. Н.

2 голос — не уст.

1 голос: — Ну что, подумал?

2 г: — А что мне думать, начальник, я же сказал, не моя это сумка и я не при делах.

1 г: — За рулем ты был?

2 г: — Ну я…

1 г: — Машина твоя?

2 г: — Ну не совсем моя, я ее взял на время…

1 г: — Водитель ты?

2 г: — Водитель я

1 г: — Ну значит, по закону, если твои приятели сумку своей не признают, то пацана своего ты увидишь лет через двенадцать, хотя, уверен, к тому времени у него новый папка будет.

2 г: — Это что за срока такие? Я убил кого, что -ли?

1 г: — Ну восемь лет за пятьдесят грамм героина, и плюс на зоне лет пять добавят за организацию массовых беспорядков…

2 г: — Каких беспорядков, ты что гонишь, начальник?

1 г: — Ну ты же крутой? В авторитете же?

2 г: — Ну, пацаны меня уважают…

1 г: — А скажи, как ты вообще на Пристани оказался?

2 г: — Ну, я со знакомыми пацанами пересекся на Гробах, и мы решили на Пристань скататься, с девчонками познакомиться…

1 г: — У тебя же жена с мальцом грудным сидит, какие девчонки?

2 г: — А это-то тут при чем? Что мне. с ней что ли сидеть? Ну, в общем, пересеклись мы у двенадцатой шараги…Ай! За что, начальник?

1 г: — А это, чтобы ты больше не врал мне в лицо? Я же говорил, что ты крутой, но тупой. Если вас трое, и вы заранее не договорились, то поверь, мы обязательно правду выясним. А ты обязательно на зоне еще срок схлопочешь, ты мне поверь. Так где вы встретились?

2 г: — Начальник, а можно я сяду, а то ноги болят.

1 г: — Да я бы не против, но у нас стул сломанный, ты с него точно упадешь. Ты постой пока, а если устал, то расскажи, чья сумка и вперед, на свободу с чистой совестью. Будешь уже сегодня пиво пить и вспоминать сегодняшнее утро, как страшный сон. Так что, где ты сегодня со своими друзьями встретился?

2 г: — А пацаны что говорят? Где мы пересеклись'

К обеду мы накрепко привязали курьера к сумке. На бумажках, которые были подложены под резинки, скрепляющие пачки денег, и где были написаны имена, на какую точку «антикваров» какую пачку отдавать, «сыграли» хорошо читаемые «пальчики» нарколыги, и хотя он и адвокат в один голос кричали, что это трагическое стечение обстоятельств. А еще туповатый водитель «москвича» «случайно» узнал, кто их «слил». Для этого его ввели в кабинет в тот момент, когда я, стоя спиной к входной двери, просил поблагодарить некого Илью за сегодня. Кто такой Илья? Совершенно случайно, один из двух «антикваров», которые сегодня опоздали приехать на их точку у Пристани, как раз и звали Илья. Вот такое редкое имя. А узнал я имена опоздавших жуликов всего лишь дозвонившись до постового милиционера со станции метро «Пристань», который мне сразу и сказал, что, что золото и медали с антиквариатом возле его станции принимают у населения Илья и Саша. Вот пусть Слива и разбирается, почему опоздали его закупщики и не связан ли Илья с операми.