Роман Путилов – Вне зоны доступа (страница 10)

— Мужчины! — завопила Елена Всеволдовна: — Вы что стоите⁈ Помогите мне! Это маньяк какой-то голым здесь сидит, меня сюда заманил и изнасиловать пытается!

Парни растерянно переглянулись и вовсе замерли, не спеша мне на помощь.

— Да вы что, дебилы что ли? — в бешенстве заорал я: — Эта тварь с подельником меня неделю связанным в подвале держала, а сегодня хочет меня, под дулом пистолета, в ЗАГС отвезти и замуж за меня выйти, а потом меня травануть и все мое имущество себе забрать…

— В ЗАГС? — Тупо переспросил Давид: — А как же Иринка? Мне показалось, что она тебя…

— А! — в полнейшем неистовстве заорал я, поняв, что мне проще придушить свою нареченную, а потом во всем объясниться, чем пытаться перекричать ее вопли об изнасиловании и голом маньяке.

Слава Богу, Брагин оказался более сообразительным или лучше знал меня, или был сегодня виноват в их опоздании, уж не знаю куда и чувствовал за собой вину. Он выдернул Елену из моего захвата. Пристегнул ее наручниками к ножке металлического стола, после чего привалился к стене, тяжело дыша.

— Там, на улице, кстати, ее подельник где-то бродит…

В это время заскрипели и захлопнулись створки ворот, и судя по звукам, кто-то накинул замок на петли ворот с той стороны, а несколько секунд спустя, в вентиляционном отверстии сбоку от ворот раздался искаженный, но вполне узнаваемый, голос Генки:

— Отдайте Леночку, сволочи!

Глава 6

Глава шестая.

Просто карма.

Сентябрь 1995 года. Город. Гараж Маркиной.

— Гриша, вызывай милицию, скажи, что женщину в гараже втроем насилуют! — заорала Елена и попыталась разорвать корсет своего праздничного платья, но одной рукой у нее это плохо получалось, пуговки просто расстегнулись до пупа, явив миру кружевное белье и аппетитный бюст.

— Не ори дура, милиция уже здесь. Витя, покажи тете «ксиву». — я устало облокотился на верстак с инструментами: — Теперь вам с Гришкой хана пришла. За похищение человека…

— Не было никакого похищения, товарищи милиционеры, у нас свадьба сегодня намечена. Он просто извращенец и сказал, что будет жить в гараже…

— Ты что тут лепечешь, дура? — у меня начался «отходняк», меня начало периодически трясти, и я с трудом подбирал слова: — Сейчас милиция приедет, а там эксперты не брезгливые, найдут и остатки мочи, где я, связанный, под себя ходил, и остатки скотча и веревок, которыми вы меня пеленали, с остатками моей кожи. Следы на руках и ногах от веревок еще долго будут видны…Короче, вам конец, моя дорогая.

— Гриша, не надо милиции…- заорала неугомонная Елена: — Это менты и надо с ними договариваться. Ты знаешь, где у меня деньги спрятаны, неси сюда…

— Да Леночка, сейчас принесу. — покладисто откликнулся отставник, но вместо того. чтобы бегом выполнять указания своей любовницы, он продолжал возиться с чем-то возле гаража.

— Гриша, мне долго ждать! — через несколько минут не выдержала моя нареченная, перейдя на визг.

— Сейчас, моя рыбонька. — наконец-то шаги мужика стихли вдали.

— И сколько там денег? — голосом скучающего джентльмена, поинтересовался я, посчитав, что продолжать финансовые переговоры голым — это моветон, и начав натягивать брюки. Да и ребята странно стали посматривать в мою сторону.

— Миллион. — выдохнула Елена.

— Ну. Это ребятам миллион. Премия за молчание. — согласился я: — А я лично что получу как плату за твою жизнь?

— Какую — мою жизнь? Ты что несешь…- начала заводиться моя невеста, но быстро заткнулась, когда я взял с верстака топор.

— Ты хотела меня убить и забрать все мое имущество, для этого вчера возила к нотариусу…- я повернулся к ошарашенным парням и утвердительно кивнул головой: — Да, да. Привязали ногами к креслу инвалидному, а ее любовник Гришка у меня, у почки, все время ножик держал.

— И вовсе не все время…- начала спорить моя невеста, пока я не поднес ржавое лезвие топора к ее белой шее.

— Не соблазняй меня раньше времени, а то я до свадьбы не дотяну, голову тебе откромсаю.

— Да про какую свадьбу вы все время говорите⁈ — взорвался Давид.

— А вы не поняли? Эта красотка — профессиональная «черная вдова». Выходит замуж за инвалидов, особенно любит инвалидов войны с квартирами, их в последние годы Союза хорошо обеспечивали. Потом, на короткое время окружает их уходом и лаской, оформляет на себя, по завещанию, все имущество, чтобы детишки и прочие родственники, если они имеются, ни на что не претендовали, а потом муж скоропостижно умирает, а так как ветераны — уже люди нездоровые, то из-за большого количества болячек их никто на вскрытие, для определения причины смерти, не отправляет, вот дама через шесть месяцев вступает в право наследства, меняет паспорт на новый и снова завидная невеста, не балованная и практически не целованная. А так как мы с ней повстречались, когда я тоже был фактическим инвалидом, и она мне осталась должна денег стоимостью, хоть небольшой, но машины, женщина и решила времени не терять и оприходовать меня. Даже украла у меня паспорт, и с каким-то типом, на меня похожим, отнесла заявление в ЗАГС, с регистрацией на сегодняшнее число. Кстати, парни, вы оба на регистрацию приглашены. Но, я встал на ноги. Да, еще она на участке Иринку встретила, попыталась моему бухгалтеру волосы выдрать, но сама была побита, да еще мой паспорт потеряла, когда с участка убегала. В результате, Елена Всеволдовна решила, что игра свеч не стоит. Но, пока она со мной заигрывала, взревновал ее любовник — Гриша который вечером напал на меня у калитки дачи, пока я с ключом возился, и чем-то отоварил по голове, привез сюда, видимо не знал, что со мной делать, или просто нерешительный, без ее команды ни на что не способен. Короче, когда я там связанный лежал, закиданный сверху мешками из-под картошки, эта мадам сюда приперлась, решив, что Гришка сюда бабу привел, ну и случайно меня нашла. По своему практическому мышлению женщина решила, что это судьба, и сказала Гришке меня неделю колотить до свадьбы, чтобы я не смел ерепениться, а вчера меня свозила к нотариусу, чтобы завещание я на нее оформил, параллельно, как я понимаю, проникнув на мой участок и вновь похитив из домика мой паспорт и инвалидную коляску, чтобы меня к ней привязать ногами, а Гришка будет все время у моей спины ножик держать. Только бы дернулся, Григорий бы меня сразу в почку или печень ткнул, а там кто будет разбираться? Закричали «Инвалиду плохо!», и покатили в тихий уголок, чтобы я спокойно там сдох. Да, Елена Всеволдовна?

— Хорошо, я поняла…- женщина отвела глаза: — Скажите сколько, и я отдам.

— Мне от вас уже ничего не надо. — я пожал плечами: — Вы забыли? Мы вчера с вами, в знак нашей неземной любви, оформили документы, что все мое — оно твое, и наоборот. И кто из нас этот день переживет, тому все и достанется, вообще все. Вы еще час назад рассчитывали, что это будете вы, но теперь все поменялось местами. Так что, мне от вас ничего не надо. Я сам все заберу.

Я посмотрел на парней и вызверился на них:

— И не надо на меня смотреть такими глазами! Кто из вас пройдет то, что я от этих тварей претерпел, с тем я и буду вопросы морали обсуждать. А пока «the show must go on», шоу продолжается! У нас с этой теткой через два часа свадьба!

Буквально через несколько минут я понял, насколько я был самонадеян, считая себя вершителем чужих судеб, сидя в запертом на замок гараже.

За запертыми воротами раздался характерный звук мотора «Запорожца», шуршание шин по асфальту, хлопок закрываемой двери и чьи-то шаги.

— Гришка, это ты? Ты почему так долго? — вновь завелась Елена Всеволдовна: — Давай быстрее открывай, а то меня тут убивать собрались!

— А ты знаешь, Леночка, это, наверное, будет правильно…- Судя по шумному пыхтению Григория, он возле ворот занимался какой-то тяжелой физической работой.

— Что правильно? Ты что, Гришка, совсем дурак…

Елена Всеволдовна не договорила. На улице движок «Запора» взревел, резко увеличивая обороты, а из трубы вентиляции, что располагалась сбоку и выше проема ворот, попер вонючий дым…или не дым?

— Сука! Он нас выхлопными газами отравить хочет! — заорал я, и мы, все трое, под заполошный визг Елены Всеволдовны, бросились на запертые ворота. Но они от нашего слаженного удара лишь слегка качнулись, а под бетонной потолочной плитой уже собиралось темное и зловещее марево выхлопных газов.

— Надо найти что-то узкое и длинное и выжить из вентиляционной трубы шланг, через который он нас травит! И отстегните от наручников эту дуру, и пусть она заткнется! — я стал шарить по верстаку, пытаясь найти что-то, чем можно было сковырнуть металлические сетки с вентиляционных труб. Сетки мы сковырнули, вот только стены со стороны ворот были толстые, сложенные из бетонных блоков, и мы не могли дотянуться до пробок, которыми заткнул вентиляцию коварный Гришка — инструменты, находившиеся в гараже в отверстия не входили, наши крики заглушало бодрое тарахтение двигателя запорожцы и музыка, издаваемая радиоприемником автомобиля. Дышать становилось все тяжелей, а в голове начали путаться мысли и нарастать паника, казалось, что я перестаю владеть руками, а ноги подгибаются.

— Парни, навались на ворота, из-за всех сил!

Продетая в проушины ворот дужка навесного замка, если толкать ворота изнутри, давало маленький, в несколько миллиметров зазор, к которому я и прижался губами и носом, стоя на четвереньках, так как ноги меня держали плохо и жадно вдыхая уличный воздух… Где-то выше меня кто-то пыхтел, надеюсь, парни услышали меня, и воспользовались единственным способом дышать… И я имел глупость спросить об этом. Громко. Ребята отозвались, они стояли надо мной, зависнув в неудобных позах и тоже дышали через узенькую щель. Но меня услышали не только Давид и Витька.