Роман Прокофьев – Прозрачные Дороги (страница 55)
И, наконец, серебряная Сага. С одноименным названием — Голубая Стрела. Возможно, она проливала свет на последний полет ар-ринга в старом Единстве. Крайне любопытно, но смотреть ее сейчас не стоило. Сага запросто могла «выключить» меня на пару часов, а в полете это недопустимо, к тому же я не хотел объясняться с Фьюри и экипажем на этот счет. Эйлориан пока оставался моей тайной. Посмотрю, когда выдастся свободная и спокойная минутка. Имелись некоторые надежды, что это произойдет в Либерти.
Еще было восемь Инскрипций, с которыми я уже успел познакомиться. Помимо Паутины Пространства и Синтеза Мощи, имелся золотой Покров Жесткого Света(видимо, аналог того, что защищал Небесный Ястреб) и Люкс-Пожиратель — очень интересный боевой модуль, позволяющий истощать энергетический запас противника. Стигис, вероятно, можно было использовать в роли этакой пиявки, высасывающей более «жирного» врага. Любопытно — и сразу порождало массу интересных тактик…
Серебряные Инскрипции — Вуаль, Огненное Крыло, Печать Курьера, Рассеивающая Линза. Они-то и были мне наиболее интересны, потому что каждую теоретически возможно установить на винтокрыл.
Итак, Вуаль — модуль рунного режима «Гост». Практически в чистом виде — обеспечивает полную невидимость аппарата — в полете, в состоянии покоя — собственно, где угодно. Почти все виды обнаружения пасуют, исключая те, что выше рангом…
Огненное Крыло — Инскрипция, повышающая огненную стойкость. Я не знаю, зачем она была нужна Эйлору, но под ней стигис, наверное, мог запросто пересекать солнечную корону. Невероятные защитные свойства — но только от одной стихии.
Рассеивающая Линза — еще один щит, но послабее Жесткого Света. И, судя по описанию, не активный, а пассивный, то есть не тратящий люкс-энергию для отражения. Возможно, пригодится…
Печать Курьера была наиболее интересной Инскрипцией. Не боевой модуль, не щит, не двигательная система, а что-то вроде… криптографического ключа. Древний протокол идентификации, открывающий доступ к закрытой инфраструктуре Кел: Башням, Ковчегу, Звездам, загадочным «астролитам». Просто… пропуск в места, куда обычным Восходящим вход заказан.
Конечно, за тысячи циклов все могло измениться. Но сам факт… Я держал в руках ключ от дверей, само существование которых вызывало большие вопросы.
Скай:
Пожалуй, да. Печать Курьера и Огненное Крыло — отложим до лучших времен. А вот две другие Инскрипции стоило испытать в деле…
Я сам не заметил, как задремал в ложементе. Смена Фьюри — а после суеты и нервного напряжения Мертвого Города монотонный полет убаюкивал. Проснулся уже, когда мы летели над Янтарными Саваннами — обширной и пустынной локацией в световой зоне Древа Аурантис, отмеченной на картах Альфы как «безопасная зона».
Безопасная — и красивая.
Вечерело. Золотое море травы переливалось всеми оттенками меди, охры и старого янтаря. Редкие рощи странных красноватых деревьев. Скальные останцы причудливой формы, огромные, как острова, похожие на застывших великанов или окаменевших чудовищ. Теплый золотистый свет Аурантиса — одного из трех золотых Древ Заова — сменил холодную синеву Таэлана, и это было… как выйти из морозилки в летний полдень.
— Сэр, у нас тут запланирована посадка, — доложила Фьюри, заметив мое пробуждение. — Смена пилота. Небольшой отдых. И… санитарная остановка.
— Ищи подходящее место, — согласился я.
Через двадцать минут винтокрыл опустился на каменистую площадку неподалеку от одного из останцев. Удобное место — открытый обзор, никаких сюрпризов. Кроме всякой мелочи, ничего живого на десятки километров вокруг. Золотые Саванны в основном использовали для сезонного выгула травоядного скота племена местных кочевников-аурантийцев, но встретиться на бескрайней равнине с ними было непросто…
Выйти из винтокрыла в настоящий мир, вдохнуть теплый воздух — непередаваемое удовольствие! Мы все соскучились по твердой земле, запаху сухой травы, голубому небу… Саванна жила своей жизнью — стрекот насекомых, острокрылые птицы кружили в вышине, ветер гнал золотые волны по травяному морю.
— Здесь относительно безопасно, — сообщила Фьюри. — Опасных растений и агрессивных животных почти нет…
Боевого охранения выставлять не стали. Грохот с блаженным стоном скрылся за ближайшим валуном, Жабник выпускал своих питомцев «погулять», Юки и Кроу разбрелись вокруг винтокрыла.
— Красиво тут, на! — Толян вернулся, плюхнулся на камень. — Екарный бабай! Почти как дома. Только небо… другое. И тени, на! Видели?
Да, это место действительно походило на наш Круг, на Море Трав, но смешанное свечение ближайших Древ придавало горизонту и всему окружающему совершенно сюрреалистический оттенок.
Две световых зоны. Все, и мы тоже, отбрасывали две тени. Небо переливалось разными градиентами: от густого ультрамарина до расплавленного золота, а между ними — полоса белесо-опаловой интерференции, словно кто-то смешал два несовместимых цвета. Скалы с одной стороны отливали охрой, с другой — холодным серебром. Даже наши лица выглядели странно: левая половина — в золотистых тонах, правая — с голубоватым отливом…
— Пограничье, — пояснила Фьюри. — Ореолы Древ накладываются друг на друга. Местные называют такие места «двуликими».
— Фотосинтез тут, наверное, вообще бешеный, — пробормотал Жабник, скармливая Слюну сорванную травинку. — Несколько спектров… Интересно, как местная флора адаптировалась?
Никто ему не ответил. Мы просто стояли и смотрели на этот невозможный пейзаж — золотая степь под двухцветным небом, тени, которые не знали, какими им быть, и огромные силуэты Древ на горизонте, похожие на колонны, подпирающие свод чужого, прекрасного, абсолютно инопланетного мира.
— Знаете, — тихо сказал Кроу. — Когда привыкаешь, забывается, что мы не на Земле. А потом видишь что-то такое… и вспоминаешь.
— Это плохо быть? — спросила Юки.
— Не знаю. Просто… странно.
Да, пожалуй — «странно» подходило лучше всего.
— Аурантийцы называют эти степи Золотым Морем, — сказала Фьюри, глядя на горизонт. — В противовес настоящему, Серебряному. Говорят, если идти по нему достаточно долго, можно дойти до края мира.
— И что там на краю, на?
— Стена. Как и везде.
— Местные опасны?
— Смотря кто. Скотоводы Аурантиса — нет, мирные телепаты, интересный Народ. Аэриты и кайр’элиссы — опасны. Те, что из великих городов Старого Заова, — по-разному. Там есть очень сильные Восходящие…
— А Либерти?
— Либерти — это не Альфа, — покачала головой Фьюри. — Там нет закона.
— В смысле? Вообще? А как же они тогда живут, на?
— Кто сильнее, тот и прав. Есть несколько групп, они делят территорию, ресурсы… С ними лучше не связываться.
— Звучит весело, на! Пощупаем, чем дышат…
— Только осторожнее, прошу. Оружие там носят все, — сказала Фьюри. — И в Либерти никто не вступится за чужаков. Это не Таир, не Небо. Я хочу предупредить… там нужно держать глаза открытыми, а оружие — наготове. Могут быть провокации.
— Фронтир, — усмехнулся я, сделав мысленную заметку — не светить лишний раз дорогими Рунами и Предметами. — Кассиди наверняка понравится.
— И без рикса, на, разберемся…
— Ладно, — поднялся я. — Пока отдыхаете, хочу провести эксперимент с «Грифоном». Фьюри, поможешь?
— Какого рода эксперимент, сэр? — во взгляде Фьюри появилось знакомое подозрение. — Безопасный?
Я открыл Скрижаль…
Проверять Инскрипции нужно было без экипажа и на земле — черт его знает, как они повлияют на нашу технику. По-хорошему, вообще в лаборатории или защищенном ангаре, только где мы его возьмем…
Рассеивающая Линза — самая простая из всех. Чтобы разместить ее, пришлось немного поколдовать, положив руку на корпус и вызывая рунную схему винтокрыла. У Стигиса под Инскрипции существовали вполне материальные гнезда, предусмотренные конструкцией, а наша стала выпуклым рунным глифом на корпусе…
Вспышка. Короткая дрожь. Мигание индикаторов, пульсация энергетических каналов в дарованным Искусностью Взоре. А затем по обшивке растеклось неяркое голубое мерцание, отдаленно напоминающее эффект Экзопокрова.
— Сработало, сэр, — удивленно доложила Фьюри. — Рассеивающая Линза активна…
Я уже видел. Согласно докладу Скай, Инскрипция прекрасно совместилась с земной техникой и должна была обеспечить рассеивание энергетических и рунных атак. До бронзового ранга на семьдесят-восемьдесят процентов, серебро — ослабить как минимум на треть. Из импульсной винтовки шкурку этой птички больше не пробьешь, тут нужно что-нибудь посерьезнее…
Из минусов — с включенной Линзой глохли датчики внешнего обвеса, телеметрия и прочие — щит работал в обе стороны. Неприятно, конечно, но в некоторых случаях можно и пережить.
— Пробуем вторую?
Фьюри молча кивнула — результат ее явно впечатлил.
Вуаль сложнее и опаснее — потому что это была активная Инскрипция, требующая люкс-энергии. Я понятия не имел, как это будет работать с земной техникой, но артефактный «Грифон» сам по себе содержал Звездную Кровь, а если что-то пойдет не так, Руну всегда можно отремонтировать. В случае крайней необходимости — и перезарядить…