Роман Прокофьев – Колония Альфа (страница 9)
— Теоретически способы есть, — не согласился с ним ученый. — Но любая попытка повредить Оси, скорее всего, приведет к нашему уничтожению. И, возможно, к уничтожению всей колонии…
— Вы понимаете, что она пытается сказать?
— На три сотых процента, — ответил Рашидов. — Да, Корни?
— Мы проанализировали все двадцать три проявления, — ответил ученый. — Похоже, она непроизвольно транслирует что-то, проходящее через нее. Чужой сигнал. Но сам факт проявлений и сигналы рунного интерфейса Оси говорят о том, что она жива и ее сознание связано с Башней. Вероятно, ее анима захвачена и удерживается этой системой, и для освобождения необходимо каким-то образом разблокировать Ось.
— Так, — сказал я, уже понимая, зачем меня сюда привели. — И чего же вы хотите от меня?
— Ты выдвинул условие, было принято решение его удовлетворить, — сказал Рашидов. — Не знаю точно, как работает твоя триггерная блокада, но сейчас ты можешь встретиться с координатором Мартинс только здесь. Это первое. Второе заключается в протоколах твоих допросов. Согласно им ты умеешь взаимодействовать с кел-интерфейсами подобного рода — устройствами перемещения, стазис-саркофагами и другими рунными механизмами, в том числе древнейшего происхождения. И третий момент — твоя Скрижаль содержит несколько Рун, назначение которых неизвестно, но интерпретации наших специалистов сходятся — они происходят из эпохи, предшествующей Расколу.
— О, так это он, — научник с профессиональным любопытством оглядел меня с головы до ног. — Стигис, куча редчайших Инскрипций, сломанный механизм Надзора! Знаете, что вы — настоящий бриллиант, сэр? Я — Корни Рэнвуд, эксперт в этой области.
— Сигурд Морозов, — сквозь зубы процедил я, ничуть не обрадованный последним откровением. Да, они хорошенько вытряхнули меня, просветили Скрижаль и даже по косвенным данным (невозможно защитить Печатями всю память) сделали множество интересных выводов.
— Какого уровня ваши Навыки Наречия Кел, Мыслеформ и Рунной Артефакции?
— Серебро, — коротко ответил я.
— О! Сможете клонировать нам…
— Корни, позже, — мягко, но непреклонно прервал его Олег Рашидов. — Так вот, Сигурд… Есть мнение, что ты можешь помочь разрешить нам эту проблему. Кроме того, увидеть Аврору в твоих же интересах, разве нет? Вин-вин, как говорил мой папаша… Что скажешь?
Вин-вин… Я хмуро смотрел на него — потому что эти товарищи, возомнив себя пупом не только Земли, но и Единства, залезли туда, куда лезть точно не стоило. И я был совсем не уверен, что смогу «разрешить проблему», потому что управляющие Оси Башни — механизм немного другого уровня, нежели Саркофаги Бесконечного Сна, Колонна Ветров или Стигис, хотя некоторый опыт у меня, несомненно, имелся. Кроме того, Хитрейшему или его альтер эго вряд ли понадобилась бы моя помощь в подобном вопросе, так что, возможно, это еще одна проверка. Потому что помочь им в заблокированном состоянии нельзя, и Рашидов должен это прекрасно понимать… С другой стороны, если я получу доступ к Скрижали, это открывает множество интересных вариантов — начиная с тактического отступления в Домен и заканчивая… мне не хотелось бы этого, но стоило помнить, что есть Руна Экзо-Банши, которая может устроить тут настоящую бойню…
Я молча поднял руки, показывая зеленые индикаторы на браслетах.
— Ну, мы думали, что ты можешь просто объяснить, в чем проблема, — не растерялся координатор. — Разве нет?
— Нет. Вы наверняка в курсе, как управляются рунные механизмы, — сказал я. — Для того, чтобы я выяснил, что произошло с координатором Мартинс, мне нужна Скрижаль и звездные способности.
— Тогда послушай меня внимательно, Сигурд, — Рашидов вдруг сбросил маску, и из-под нее проступил жесткий, немигающий взгляд хищника. — Бомба в твоем позвоночнике — непростая. Она с А-фактором. Это значит, что при активации она либо разрушит твое энио, либо вызовет мощнейший азур-шок. Ты не сможешь провести инкарнацию, по меньшей мере — не сможешь сделать ее быстро. Это первое. Второе — ты видел Привратника. Любые агрессивные действия в этом зале вызовут гнев Наблюдателя…
Это означало «да», хотя хорошего в сказанном, конечно, было мало. Но по крайней мере мне могли снять оковы — раньше, чем я надеялся. Это уже начало сотрудничества — хоть и не того, на которое я рассчитывал.
Зеленые огоньки превратились в мигающие алые, а затем — потухли, хотя физически браслеты оставались на мне. И одновременно Звездная Кровь снова хлынула по энергетическим жилам — знакомый обжигающий поток, от которого я уже успел отвыкнуть. Скрижаль, Атрибуты и Навыки, привычные, как сердцебиение и звездные спектры восприятия снова были со мной.
— Напоминаю, Сигурд, — координатор, чье Восхождение лучилось серебром, наблюдал за мной с видом человека, держащего палец на спусковом крючке. — Без глупостей, пожалуйста.
— Я понял. Не мешай.
Под Взором Создателя мир раскрылся, обнажая свою анатомию. Множество рунных фреймов трепетало вокруг — движущийся орнамент превратился в элементы сложнейшей, исполинской схемы, и я видел связи между ними, соединяющие руны в контуры, контуры — в узлы, бывшие частью одной системы. Стены Зала Осей были покрыты слоями этих контуров, наложенных друг на друга, как чертежи, — десятки, если не сотни слоев, конструкция такой сложности, что у меня заныло в висках от попытки разобрать ее плетение. Мой золотой Навык — всего одна звезда, я видел структуру, но ощущал себя подмастерьем, умеющим лишь мешать глину с водой — и разглядывающим готический собор.
Оси.
Семь конструкций, которые я принял за командные кресла, оказались частью одного небесного механизма, вплетенных в его неизмеримо сложное устройство. Каждая — нечто вроде ствола дерева, чьи корни тысячью отростков тянулись вглубь иллиумовых конструкций, дальше, дальше, намного дальше, чем я мог представить. К колоссальным древним устройствам, огненным и водяным артериями, транспортным системам, фабрикаторам, защитным механизмам, точкам портальной сети и климатическим регуляторам, а также предметам и явлениям, названия которым я не мог подобрать. Скай, с немыслимой скоростью и точностью анализируя и декодируя увиденное, наконец произнесла:
Аврора была права — Оси оказались ключами, а масштаб был таков, что осмыслить его не представлялось возможным даже с помощью когитора. Немудрено, что ученые Альфы расшифровали всего три сотых процента — здесь содержалось информации на годы работы.
Я подошел к Оси, внутри которой была заключена Аврора Мартинс, перешагивая через ворохи окружающих ее кабелей.
Иллиумовый саркофаг непроницаем, но на импульс мыслеформ мысль-поле артефакта отозвалось оранжевым плетением странных символов. Скай расшифровала их:
Оператор задействован Осью (Стражи? Защиты?).
Доступ запрещен.
Плотнейшая вязь удерживающих контуров. Я попробовал в ней разобраться, пытаясь сформировать запрос на освобождение «оператора» или прерывание процедуры, но это было бесполезно — рунный механизм не признавал меня хозяином. Но зато я разглядел кое-что — отпечаток в структуре Оси, чьи паттерны совпадали кое с чем знакомым, хотя бы по форме конструкции.
— Что скажешь? — спросил Рашидов, следующий за мной на расстоянии трех шагов.
— Командный мостик, — бросил я. — Ось заблокирована. Как она вообще смогла к ней подключиться? Тут нужен ключ.
Рашидов и Корни обменялись взглядами, координатор неохотно кивнул, и ученый сказал:
— Вы правы, сэр, нужен ключ. У координатора Мартинс он был — мы нашли его в Башне, среди старых… останков.
— Руна? Инскрипция? — спросил я, уже предвидя ответ.
— Да. Печать Стражи.
Я так и думал, что Оси требовали некой авторизации. Значит, Инскрипции. Очень любопытно, учитывая, что у меня в Скрижали хранилась Печать Курьера. Руна Эйлориана, ар-ринга, курьера-дозорного… Я полагал, что Печать — нечто вроде опознавательного знака. Но, возможно, функции этой Инскрипции разнообразны и она сможет послужить ключом?
— Вы разобрались в назначении Осей? Как вы их называете?
— Частично, сэр. Если считать справа налево, то это Стража, Потоки, Надзор, Созидание, Забвение, Пути, Твердь…
Пути…
Ось Путей. Она спала, как и все остальные, — с погасшими, но не разрушенными контурами. Древний механизм в режиме ожидания, готовый включиться, если кто-то повернет ключ.
— Что ты собираешься делать, Сигурд?
Я не ответил координатору, изучая платформу. Углубление в иллиумовом алтаре действительно походило на пилотское ложе Стигиса, по бокам — восемь невидимых, но явных пазов для… ключей доступа? Усилителей? Инскрипций? Они сами по себе были запечатаны, но у меня имелась Рука Теней, и контур выбранной ячейки послушно засветился.
Работает.
— Сигурд! — голос Рашидова налился сталью.
— Спокойно, координатор. Ось Авроры невозможно разблокировать снаружи. Для этого нужен доступ, которого нет. Но можно попробовать подключиться к этой системе изнутри. У меня есть нечто вроде ключа.
Зачем еще меня привели? Рашидов (или тот, кто за ним стоял) хотел проверить способности «аномалии» в контролируемой среде. Зал Осей — идеальная лаборатория, Привратник контролирует агрессию, бомба блокирует побег, а наблюдение за моим взаимодействием с кел-механизмами расскажет больше, чем любой допрос. «Под мою личную ответственность» — это означает личную инициативу координатора. Кроме того — они в отчаянии, им необходимо вытащить Аврору из этой штуки, она им нужна не меньше, чем мне…