Роман Перельштейн – Костер Померанца и Миркиной. Эссе, лекций, стихи (страница 6)
Форм поклонения Ему так же много, как листьев на дереве, но за отдельными листьями надо увидеть целое дерево, за многообразием форм – тот единый дух, тот единый океан, в котором рано или поздно утонут все палки.
Американский кришнаитский гуру Радханатха Свами в конце своих духовных поисков пришел к следующему выводу: «Все люди, поразившие меня своей духовностью, были стойкими приверженцами какого-то одного духовного пути»34. Глубина же духовных познаний тех искателей истины, которые черпали как можно больше из разных традиций и от разных учителей, Радханатху не впечатляла.
Да, Померанц и Миркина не исповедуют какой-то один духовный путь. Они не указывают никакого пути, они сами являются путем. О таких вещах следует говорить как с огромной осторожностью, так и со всей возможной определенностью. Тот, кто является путем, не может возвеличивать себя, ибо он только путь во что-то гораздо большее, чем он сам. Христос называл Себя путем и дверью, но это открытый всем путь и всегда открытая дверь. Его слова свидетельствуют о великом смирении. – Он только путь к Отцу. Вот это «только» Его приверженцы, путающие палец, указывающий на Луну, с самой Луной, очень часто опускают. Может показаться, что мы умаляем перст, служащий указателем. Вовсе нет. Значение перста указующего столь велико, что даже и представить себе трудно! Нужно только глядеть в ту сторону, в которую перст указывает, а иначе мы предаем и Луну, и перст. Христос говорит о Себе не как о чем-то законченном и закрытом, а как об открытой двери, как о пути, не имеющем конца. Им можно пройти. Через Него можно пройти. «Я есмь дверь, кто войдет Мною, тот спасется» (Ин. 10:9). Он говорит о Себе как о Том, через Чье сердце пролит Свет. Он – дорога туда, куда могут и должны прийти все.
Великое счастье быть стойким приверженцем одного духовного пути, вовсе не надо менять его, надо только идти этим путем в глубину, а не оставаться на поверхности. И тогда ты выходишь за пределы системы верований. Померанц и Миркина не устают напоминать об этом. Им вторит Экхарт Толле: «Растет число последователей традиционных религий, сумевших освободиться от отождествления себя с системой форм, догм и жестких убеждений, сумевших открыть глубину в себе и одновременно с этим – исходную глубину, таящуюся в их духовной традиции»35.
Померанцу и Миркиной никогда бы не пришло в голову создать новую религию или реформировать старую. И они бы никогда не стали во главе секты, настолько чужды им коллективные формы поклонения преимущественно пальцу, который указывает на Истину. И сами они никогда не претендовали на роль такого пальца. Но вся их жизнь есть устремленность к Истине. Мы только ученики, говорят они. Не идите за нами, говорят они, идите сквозь нас к тому свету, которым вы сами являетесь на глубине.
Один из адресатов Миркиной поднял в письме вопрос о создании духовного общества и спросил, что она об этом думает. Вот что ответила Зинаида Александровна.
Если сказать правду, я верю только в одно общество – «где двое или трое соберутся во имя Мое, там и Я с вами». Я верю в то, что идет спонтанно, изнутри. Я верю не в создание какой-либо организации – здесь всегда кто-то организует извне, я верю в создание самого себя изнутри. Если встает свет изнутри, он, как солнце из тьмы, светит всем. Кто сможет, тот увидит. Это очень трудный путь, для которого иногда нет другого выхода, кроме распятия. Это надо знать, на это надо идти и хорошо помнить, что только поэтому носишь нагрудный крестик. Я, правда, ношу его не на груди, а в груди. Но это мое чувство, у Вас может быть другое. Иногда могут получаться хорошие общества, как, например, орден Святого Франциска. Всё так. И все-таки это не мой путь. Мой путь – собирание света внутри, а кто увидит – тот загорится.
Замечательная оговорка: «Но это мое чувство, у Вас может быть другое». На такую оговорку способен только духовно зрелый человек. А вот духовный подросток всегда очень категоричен.
На вопрос, в чем сущность религии, далай-лама XIV ответил: «Главное – это любовь в сердце, а метафизические теории, буддийская и христианская, дело второстепенное». Но всегда находятся люди, которые не останавливаются на подобных ответах. Им хочется получить информацию посущественней. С завидным упорством они интересуются: какого вы вероисповедания, Григорий Померанц? Духовное
В семидесятые годы Померанц и Миркина познакомились с писателем Георгием Баллом. Послушав стихи Зинаиды Александровны, Балл, обратившись к ней, сказал удивительную вещь: «Я от вас ничего не ждал. Я от вас ждал, – повернулся он к Григорию Соломоновичу, – у вас прекрасное лицо. Вы орган, – указал он на Миркину, – а вы, – обратился Балл к Померанцу, – пространство для органа». Слова эти стали семейным преданием. Быть пространством для органа не менее важно, чем быть самим органом. Голос и пространство, в котором звучит голос, не отделимы друг от друга.
Пришло время напомнить о кредо Померанца и Миркиной. Оно никак не принижает те или иные ритуальные практики и религиозные обряды, оно просто совершенно про другое: «Глубина каждой из великих религий ближе к глубине другой великой религии, чем к собственной поверхности». Из этого не следует, что все религии одинаковы. У каждой свое неповторимое лицо. И слава Богу! «Если жить на глубине, – продолжают Померанц и Миркина, – то между великими религиями возможен диалог, основанный на том, что Святой Дух отпечатал себя в каждой из великих цивилизаций: христианской, мусульманской, южноазиатской, индийской и дальневосточной. В каждой из них по-своему выражена некая высшая точка зрения»36. А слова, образы, символы, которыми эта точка зрения выражена, могут быть разными.
Согласно библейскому преданию, когда-то человечество было одним народом и говорило на одном языке, но как только народы решили «сделать себе имя», Господь отнял у них тот единственный язык, на котором они славили не себя, а Бога в себе, и именно поэтому понимали друг друга. Духовное
Слова Силуана Афонского: «Держи твой ум во аде – и не отчаивайся» – были ключевыми для Григория Соломоновича. Да, ад никто не отменял. И даже если в твоей душе нет ада, тебе его всегда могут устроить. А вот за отчаяние отвечаешь ты сам. Извне отчаяние не приходит. Оно поднимается только изнутри. Или поднимается Бог и говорит: «Не отчаивайся, я с Тобой». И Бог говорит это не на том или ином языке, а – светом, всегда светом, и лишь потом мы облекаем этот свет в слова. И если слова продолжают светиться, то человек благодарно молчит или слагает гимн жизни. А если слова гаснут, то человек начинает заносчиво доктринерствовать.
Григорий Померанц называл ХХI век эпохой Святого Духа потому, что он почувствовал – воздух, которым мы дышим, хоть и медленно, но становится чище. Человеческий дух эволюционирует не только благодаря праведникам, но и благодаря людям, делающим первые шаги на пути к самоисцелению. Однако есть и другой ответ. И он более соответствует померанцевскому трезвомыслию. Сейчас нам не на что больше рассчитывать. Только на Святой Дух. Нет другой опоры. Все утопии себя исчерпали. Либо мы научимся падать и держаться ни на чем, как птица и звезда, либо мы просто исчезнем.
Я воспринимаю слова Померанца не только как предупреждение, но и как благословение.
Евгений Мышкин и его спектакль «История их любви»
Мое знакомство с калининградским режиссером и драматургом Евгением Мышкиным состоялось в доме Померанца, но уже после кончины Григория Соломоновича. Евгений пришел вместе с педагогом-новатором, руководителем студии «Солнечный Сад» Игорем Киршиным. Мышкина и Киршина связывала многолетняя дружба. Зинаида Александровна, как всегда, очень радушно принимала гостей, и гости были счастливы провести этот вечер с ней, в дорогом для них доме. Мы держали в руках только что переизданный цикл лекций Померанца под общим названием «Собирание себя». Книга эта сыграла большую роль в нашей жизни. Наверное поэтому между мною и Женей, между мною и Игорем с первых минут разговора завязалась дружба. Был выписан огромный кредит доверия. Мы внимательно присматривались друг к другу, и, конечно, было страшно ошибиться, но Померанц и Миркина – их творчество, их судьба – уже расчистили дорогу для нашего братства.
Спустя год Женя Мышкин снова приехал в Москву, но на этот раз со своей спутницей, актрисой театра «Третий этаж» Викторией Балабиной. И снова нас принимала Зинаида Александровна. Кажется, именно тогда я узнал о существовании спектакля «История их любви», посвященного чете мудрецов. В спектакле звучали стихи Зинаиды Александровны. На сцене ее представляла Вика. А Женя воссоздавал образ Померанца. Едва ли Мышкин и Балабина могли поставить перед собой более сложную художественную и духовную задачу, но, по слову апостола, «совершенная любовь изгоняет страх».