Роман Никитин – София и её волшебные приключения (страница 2)

Нужно было идти дальше. Но как перебраться на другой остров? Её тропинка обрывалась у края. София посмотрела вниз – там, далеко-далеко, клубилась белая облачная бездна. Страшно.

И тут она услышала пение.

Оно было тихим, мелодичным, оно не нарушало тишину, а скорее было её частью. Пение лилось откуда-то сверху. София подняла голову и увидела её.

На ближайшем, маленьком островке, на ветке серебристого дерева сидела Птица. Она была небольшой, размером с ворону, но её красота заставила Софию замереть. Перья её переливались таким глубоким, насыщенным синим цветом, какого девочка никогда не видела в жизни. Это был цвет южного неба перед грозой, цвет морской глубины, цвет драгоценного сапфира. Глаза у Птицы были чёрные, блестящие, как бусинки, и смотрели они прямо на Софию, с добрым и мудрым спокойствием.

– Здравствуй, – сказала Птица. Голос у неё был нежный, но в нём чувствовалась огромная сила. – Я ждала тебя, София.

София от изумления открыла рот. Птица говорила! Но почему-то это не показалось ей странным. В этом мире всё было возможно.

– Ты… меня ждали? – запинаясь, спросила девочка. – Но откуда вы знаете, как меня зовут?

Синяя Птица склонила голову набок, и в её глазах заплясали смешинки.

– Я знаю много имён. Но твоё я узнала сразу. Оно означает «мудрость». А мудрость, знаешь ли, редко заглядывает в такие места. Обычно сюда приходят только те, кто умеет мечтать. А ты умеешь. Твоя комната полна мечтами, они светятся, как маленькие солнышки.

София вспомнила свои рисунки и покраснела.

– Это просто так… для себя…

– Для себя – это самое главное, – серьёзно сказала Птица. – Мечта, о которой никому не рассказываешь, – самая сильная. Но просто мечтать мало. Ты зачем пришла сюда?

– Я… я не знаю, – честно призналась София. – Дверь открылась, и я вошла. Я хочу увидеть всё это! – она обвела рукой парящие острова. – Это же так красиво! Как в сказке!

– Всё, что ты видишь, когда-то было чьей-то мечтой, – ответила Птица, перелетев на ветку поближе к Софии. – Каждый остров, каждая звёздочка, каждая травинка. Видишь вон тот большой остров, с хрустальным дворцом? – она указала крылом на перевёрнутую каплю. – Это Мечта одного архитектора, который очень хотел построить дом, который бы парил в воздухе и отражал небо. Он рисовал чертежи всю жизнь, но так и не смог воплотить свою задумку в вашем мире. Тогда его мечта пришла сюда.

– А тот, маленький, с одним единственным цветком? – спросила София, указывая на крошечный клочок суши, на котором росла алая роза необычайной красоты.

– Это девочка из твоего города. Она мечтала, чтобы её мама выздоровела, и каждый день дарила ей по одному рисунку цветка. Мама выздоровела, а мечта девочки о красоте и любви расцвела здесь вечным цветком.

София задумалась. Оказывается, мечты не исчезают бесследно. Они живут здесь, в этом удивительном мире.

– А моя мечта… – начала она и запнулась. – У меня их много. Я хочу научиться красиво играть на пианино, чтобы не просто гаммы, а так, чтобы все плакали. Хочу подружиться с Аней, мы поссорились из-за ерунды. Хочу, чтобы у нас был кот. Хочу… – она подняла глаза к звёздному небу, – хочу научиться летать.

Синяя Птица внимательно слушала, склонив голову.

– Хорошие мечты. Добрые. А что ты делаешь для того, чтобы они сбылись?

Вопрос застал Софию врасплох.

– Ну… я рисую котов. И про летание тоже рисую. А на пианино я хожу, меня мама заставляет.

– А ты сама? – спросила Птица. – Садишься за инструмент с желанием, или просто отбываешь нудные сорок минут, глядя на часы?

София вспомнила сегодняшний урок и покраснела ещё гуще. Она ненавидела гаммы. Ей хотелось играть красивые мелодии, те, что звучат в мультфильмах, а не однообразные упражнения.

– Понимаешь, София, – Птица легко вспорхнула и села прямо на облачную дорогу, в нескольких шагах от девочки. – Этот мир – это сад. Но сад, в который нужно приходить с лейкой и лопатой. Просто посадить семечко мало. Нужно его поливать, рыхлить землю, беречь от холода. Твои мечты – это семена. А лейка, лопата и твоё заботливое солнышко – это твоя вера в себя и твой труд.

– Вера в себя? – переспросила София. – Это как?

– Это когда ты говоришь не «у меня не получится», а «я попробую, и у меня всё выйдет, даже если не сразу». Когда ты не бросаешь начатое, потому что трудно. Когда ты ищешь способ, а не причину отказаться.

Птица взмахнула крылом, и в воздухе закружились тысячи маленьких светящихся пылинок. Они собрались в небольшой вихрь, и перед Софией предстало объёмное изображение: она сама, сидящая за пианино. Только это была другая София. Она играла легко и вдохновенно, пальцы сами порхали по клавишам, а из-под них лилась такая прекрасная мелодия, что у девочки защипало в носу. Рядом стояла мама и улыбалась, вытирая слёзы счастья. А в углу комнаты, на картонном домике, лежал пушистый рыжий кот и довольно жмурился.

– Видишь? – прошептала Птица. – Это твоя мечта, которая уже почти готова распуститься. Но посмотри сюда.

Картинка сменилась. Та же София сидит за пианино, но её плечи опущены, она смотрит в одну точку, пальцы вяло нажимают клавиши. Рядом стоит учительница и недовольно поджимает губы. В комнате пусто и серо. Кота нет. Аня проходит мимо окна и даже не смотрит вверх.

– А это твоя мечта, если ты перестанешь в неё верить и ничего не будешь делать. Она засохнет, как цветок без воды. И никогда не попадёт в этот прекрасный сад.

Изображение исчезло, рассыпавшись искрами. София стояла, потрясённая. Она вдруг ясно увидела разницу. В первом видении она была счастливой, во втором – просто существовала.

– Но как поверить в себя, если у меня не получается? – голос её дрогнул. – В математике вон тройка, с Аней поссорилась, гаммы эти дурацкие…

– А ты когда-нибудь пробовала садиться и играть гаммы не потому, что надо, а потому, что хочешь, чтобы твои пальцы стали быстрыми и послушными, чтобы потом они могли танцевать на клавишах любую мелодию? – спросила Птица. – Вера в себя – это не когда у тебя всё получается сразу. Это когда ты знаешь: «Я справлюсь с трудностями, потому что я сильная и упорная». А с Аней… ты уже пробовала подойти и поговорить первой? Объяснить, что ты не хотела её обидеть?

София молчала. Она не пробовала. Она ждала, что Аня подойдёт первой.

– Чтобы мечта сбылась, иногда нужно сделать первый шаг самой, – мягко сказала Птица. – Протянуть руку. Сказать: «Прости». Сделать трудное упражнение в десятый раз. Это и есть твоя лейка и лопатка.

В этот момент где-то далеко, на самом краю неба, раздался тихий, мелодичный звон. Он был похож на звук хрустального колокольчика. Синяя Птица насторожилась.

– Тебе пора, София. Время в вашем мире течёт иначе. Ты уже здесь довольно долго. Твоя мама скоро придёт проведать тебя.

– Но я не хочу уходить! – воскликнула девочка. – Я ещё столько не видела! Я хочу к тому хрустальному дворцу, хочу увидеть все острова!

– Увидишь, – пообещала Птица. – Если захочешь. Если будешь помнить наш разговор. Дверь будет открываться для тебя. Но только при одном условии.

– При каком?

– Каждый раз, когда ты захочешь вернуться сюда, ты должна будешь принести с собой маленькое доказательство того, что ты работаешь над своей мечтой. Что ты не просто ждёшь чуда, а делаешь его своими руками. Сегодня ты пришла сюда просто так, по случайности. Дверь открылась, потому что твоя мечта уже стала очень большой и яркой. Но чтобы войти снова, нужен ключ.

– Какой ключ? – спросила София, боясь пошевелиться.

– Ключ – это твой поступок. Сделай что-нибудь, что приблизит твою мечту. Помирись с Аней. Выучи самую трудную гамму. Нарисуй кота, которого ты хочешь, и повесь рисунок на видное место, чтобы каждый день видеть его и знать, что он появится. А потом приходи. Дверь будет там же.

Птица взмахнула крыльями, и они начали светиться ярким синим светом. Свет окутал Софию, и ей стало тепло и спокойно.

– Подожди! – крикнула София. – А как тебя зовут?

– Меня зовут Си-Си, – ответила Птица, и голос её звучал уже отовсюду. – Я хранительница этого сада. И я буду ждать тебя. Помни: мечты не сбываются сами собой. Они сбываются теми, кто в них верит и кто готов ради них стараться.

Свет стал совсем ослепительным. София зажмурилась. Она почувствовала, как её ноги снова коснулись чего-то твёрдого и привычного – ковра в её комнате.

Она открыла глаза.

Она стояла посреди своей комнаты. Рюкзак валялся в углу, на столе горела настольная лампа, за окном моросил всё тот же дождь. София бросилась к шкафу. Он стоял на месте, плотно придвинутый к стене. Никакого зазора, никакого света. София даже попыталась толкнуть его, надеясь, что он сдвинется, но дубовый гигант даже не шелохнулся.

Неужели всё это ей приснилось? Такой яркий, такой настоящий сон?

Она опустилась на кровать, чувствуя странную пустоту и одновременно – необыкновенный подъём. Нет, это не мог быть сон. Она слишком отчётливо помнила голос Си-Си, её переливающиеся перья, вкус облачного воздуха и парящие в бесконечности острова.

София перевела взгляд на пианино, стоящее у другой стены. Инструмент сиротливо поблёскивал чёрным лаком в свете уличных фонарей.

– Гаммы, значит, – тихо сказала София сама себе.

Она встала, подошла к пианино и откинула тяжёлую крышку клавиатуры. Холодные белые и чёрные клавиши ждали. София вспомнила видение: как она играет, и мелодия льётся легко и свободно. Пальцы у той, другой Софии, были такими быстрыми и ловкими.