Роман Никитин – Август на улице Виноградной (страница 6)
Из кухни донёсся звон посуды.
Мир продолжал жить своей жизнью.
А внутри Вари что-то медленно начинало сдвигаться с места.
— А ты? — спросила она, чтобы вернуть разговор в безопасное русло. — Ты всё ещё здесь живёшь?
— Да.
— Никогда не хотела спросить почему?
— Хотела.
— И?
Она чуть улыбнулась.
— Мне казалось, ты уедешь первым из всех.
Андрей задумчиво посмотрел в окно.
— Я тоже так думал.
— И что случилось?
Он слегка пожал плечами.
— В какой-то момент понял, что не хочу жить в месте, где всё время хочется уехать куда-то ещё.
Варя молчала.
Потому что эта фраза почему-то попала прямо в сердце.
Он повернулся к ней.
— А ещё здесь остались вещи, которые мне дороги.
И вот теперь между ними впервые за вечер повисла по-настоящему опасная пауза.
Тихая.
Тёплая.
Слишком личная.
Варя почувствовала, как сердце начинает биться быстрее.
И в этот момент мама громко уронила что-то на кухне.
Они оба одновременно вздрогнули и рассмеялись.
Напряжение рассыпалось.
Но не исчезло.
Андрей посмотрел на часы и медленно поднялся.
— Ладно. Не буду мешать вашему великому возвращению.
— Ты не мешаешь.
Она сказала это слишком быстро.
И сразу почувствовала, как щеки предательски становятся горячими.
Андрей заметил.
Конечно заметил.
Но ничего не сказал.
Только снова улыбнулся — едва заметно, одним уголком губ.
— Завтра зайду ещё, — произнёс он уже у двери.
И почему-то это прозвучало не как обычная вежливость.
Колокольчик тихо звякнул снова.
Дверь закрылась.
А Варя ещё несколько секунд стояла неподвижно, глядя на пустой вход.
Потом мама медленно выглянула из кухни.
— Даже не начинай, — сразу сказала Варя.
Мама невинно подняла брови.
— Я вообще ничего не сказала.
— Но подумала.
— Конечно подумала.
Варя закрыла лицо ладонями и тихо застонала.
А мама вдруг улыбнулась очень мягко и неожиданно тихо сказала:
— Знаешь… он всё это время иногда спрашивал о тебе.
И вот после этой фразы вечер внезапно перестал быть спокойным.
Глава 4
Улица, которой скоро не будет
Ночью Варя долго не могла уснуть.
Вентилятор тихо гудел где-то в углу комнаты, за окном время от времени проезжали машины, лаяла собака у соседей, а тёплый воздух всё никак не становился прохладнее.
Но дело было не в жаре.
Она лежала на спине и смотрела в потолок, где в темноте едва угадывалась та самая трещина-молния, сохранившаяся ещё с её детства.
«Он всё это время иногда спрашивал о тебе».
Мама сказала это так спокойно, будто речь шла о погоде.
А Варя после этой фразы словно снова потеряла внутреннее равновесие.
Глупо.
Очень глупо.
Им уже не семнадцать.
Прошло столько лет, у каждого своя жизнь, свои ошибки, свои люди.