Роман Краснов – «Куда смеяться? или В поисках рофла» (страница 23)
Электрохимия: «Возмужав, я взглянул на жизнь открытыми глазами, засмеялся и с тех пор не перестаю…» Жиза!
Риторика: Не забывайте, что это писал мужчина. Мамкин бунтарь…
Кьеркегор тем не менее удерживал ее интерес, не отпуская из тисков познания.
Электрохимия: Читаем дальше.
Взгляд бегал от абзаца к абзацу в поисках сгустков не смыслов, но ощущений.
Драма: «Моя жизнь совершенно бессмысленна». Понимаю его…
Электрохимия: И горжусь этим!
Логика: Дурочка…
Слово «Скука» приковало ее внимание, и она залпом прочла афоризм. По мере обработки прочитанного восторг познания заполнял в ней каждую клеточку пустого пространства. Беседа с человеком посредством текста пришлась ей по вкусу.
Концептуализация: «Моя душа подобна Мертвому морю, через которое не перелететь ни одной птице – достигнув середины, она бессильно падает в объятия смерти». So deep… поделиться бы с кем-нибудь этой шизой…
Электрохимия: «Тест на подконтрольное быдло».
Она залилась хохотом на всю комнату.
Логика: Как это здесь оказалось?
Электрохимия: А это не отсюда…
Риторика и Авторитет: Клоун.
Электрохимия: Смешно же! Это важно!
После афоризмов она столкнулась с историей обольстителя, затянувшего ее в ткань текста еще на пару часов. Эта часть трактата вернула ее на землю.
Риторика: Какой же гондон все-таки! Штуки – это его оружие против нас, неужели все это время было не очевидно?
Логика: Это всего лишь писанина какого-то шиза, жившего двести лет назад, успокойся, маня…
Риторика: А что в жизни не также работает? Эти хитрые мудаки так и делают! А у этого почти получилось…
Авторитет: Нами завладеть! Ну, уж нет, он слишком много о себе возомнил…
Логика: Просто не бери в голову!
Риторика: Нет! Его нужно проучить, жестоко наказать этого гетераста… но как?
Авторитет: Его же оружием!
Глаза ее скользнули по названию следующей части трактата: «Гармоническое развитие в человеческой личности эстетических и этических начал».
Память: Опять эти тупые слова для претенциозного быдла.
Электрохимия: Много букав.
Она заглянула в начало текста. Оно гласило: «Мой друг! Не раз я говорил тебе и вновь повторяю, вернее, восклицаю: выбор необходим, решайся…»
Логика: Похоже на какой-то развод. Он что, тренер личностного роста?
Огромная непреодолимая стена подобного текста вытолкнула ее из трактата.
Концептуализация: Кароче, если захочу хлебнуть воды, сделаю это как обычно.
– Елена, сгоняй в магазин, я забыла сигарет купить! – мама вытеснила этот диалог назад – вглубь телесного.
Сергею приносил удовольствие размеренный учебный процесс, начинавшийся медленными, раскатистыми волнами лекций и текший все быстрее и быстрее, приближаясь к новогодней сессии. Единственный, кто меньше всего вызывал раздражение у него, это Глеб. Он всегда говорил свое мнение прямо, и его требования были просты и понятны. Он не пытался выглядеть хорошим другом, а просто просил о том, что ему было угодно, делая это нечасто. К тому же, благодаря ему, Сергей познакомился со средством, помогающим снять напряжение и избавиться от раздражения без вреда для здоровья, как могло показаться на первый взгляд. Как и обычно Глеб заехал за ним.
– Здорова, – пожали они друг другу руки и Глеб спросил: «Как дела?»
– Да вот, новую эпоху по зарубежке начали проходить, – Сергей стал разворачивать клубок лекций и семинаров, не придавая значения стремительно сменяющимся декорациям за окном. Глеб, молча, выслушал поток информации, пытаясь выказывать интерес зрительным контактом. Сам же он думал, поскорее бы показать другу свой сюрприз. Сейчас еще чуть-чуть, и у этого говорящего радио сядет батарейка.
– И как тебе? Интересно? – Глеб не отрывал взгляда от дороги. В уголке рта сквозила лукавая улыбка.
– Если я тебе все это рассказываю, как ты думаешь? – Сергей заметил невнимательность Глеба, но не стал показывать неприязнь, так как понимал, что Глеб не будет церемониться, как Антон.
– Серег, давненько ты что-то не шутил. Помню, в школе ты мог часами одну шутку растягивать и повторять. А щас такой серьезный, жуть. Тебе нужно расслабиться.
– Ладно, чего там у тебя? – Серега завертел головой, пытаясь сообразить, где они уже едут, – Куда мы вообще?
Глеб засиял улыбкой сильнее: «Узнаешь скоро» И действительно очень скоро они заехали в лес неподалеку и остановились возле грабовой рощи. Глеб принялся надевать перчатки с крапинками как у строителей.
– Че ты делать такое собрался? – Серега смотрел на него с недоумением.
– Просто жди здесь, ща приду. – Глеб вышел из машины и пошел в лес.
Серега вспомнил последние попытки кореша раздобыть легкой наркоты вроде травы, отчего подсознательно готовил себя к интересному опыту, но по сути не знал, что его пугало больше: сама возможность быть раскрытым бабушкой или опасность употребления наркотиков. «А что, если меня все-таки спалят?» – взволнованно думал он. Не зная, как действует трава, Серега не мог полностью расслабиться. Он пытался просчитать каждую деталь: сколько действует трава, как он будет выглядеть со стороны, лучше ли подстраховаться, оставшись у Глеба на ночь…
Еще в школе Сереге на уроках ОБЖ показывали видео об ужасающих последствиях наркотиков: все тело гнило, тело коробило в ломке, рассудок мутнел, и человек превращался в бездумное животное. Все это тогда произвело на Сережу такое впечатление, что ему пришлось упасть в обморок, чтобы этого не видеть. Глеб же сегодня не выглядел угрожающе, наоборот – он располагал к себе. Друг же не может навредить, но на крайний случай он решил постелить себе соломку. Вот он собственно проступает в лесной чаще по локоть в земле с недовольной миной на лице, залазит в машину с тяжелой отдышкой и крупными каплями пота на лице.
– Хм… А ты тоже будешь? – Серега решил удостовериться. Теперь можно было расслабиться, возложив ответственность за свою жизнь на плечи друга. Он еще никогда не подводил.
– «Конечно» Сказал бы я тебе, если нашел че-нибудь, блять!
– Не нашел?
– Весь лес перерыл, ноль, голяк нахуй! Кладмен пидор, сука! – Глеб стягивал перчатки и раздраженно бросал в траву.
– Пошли тогда хоть погуляем что-ли… – предложил Серега, выходя из машины. Глеб нехотя поднялся и двинулся за ним, еле волоча ноги. Где-то вдали пели птицы, перебивая мерный шепот верхушек деревьев, слегка колыхаемых ветром. Солнечные лучи играли на их лицах сквозь кроны высоких берез и грабов. Глеб что-то гневно строчил в телефоне.
– Жалобу подам, деньги хоть вернут, может…– он запнулся о карягу и чуть не вьехал лицом в пень сбоку тропинки. Серега подцепил его за локоть.
– Вернут, если живым, хотя бы тропинку эту перейдешь! – Серега ощутил увеличение тяги, и потянул друга сильнее, – Да че тебя к земле тянет-то!
– Пжди! – буркнул Глеб, срывая какие-то черные ягоды с куста возле тропинки. Измазав рот черникой или чем-то вроде того, он давил лыбу.
– Думаешь вставит?
– Думаю, тебе стоит попробовать, вроде норм – Глеб набрал горсть ягод и протянул Сереге. Черные планеты отражали от гладкой поверхности солнце и выглядели аппетитно. Серега почувствовал кислый привкус на языке и давящую сухость в горле, но через минуту наступило сладкое подобное крыжовнику послевкусие.
– У Карины на даче че-то похожее пробовал, черника или как-то так, – Глеб умазал в черном соке ягод и руки.
– Как там у вас с ней?
– Да… – он поморщился, втянув шею в плечи и наклонив голову влево, – Вроде норм, последнее время правда, она все чаще просит меня кончать в нее. Мне нравится, конечно… но
– К потомству готовится.
– Вот именно! Надо будет с ней поговорить еще об этом… не знаю я, че-то как-то… рановато.
– Можно ли к этому вообще подготовиться? – будто сам себя спрашивал Серега вслух.
– Да конечно, ты че? – Лыбился Глеб недоуменно, но наткнувшись взглядом на серьезную Серегину мину, тоже постепенно поровнялся с ним в выражении лица.
– Че-то как-то идти тяжело стало, не замечаешь? – Серега будто на плечах держал весь этот лес, и гравитация сосредоточилась на нем, вот-вот создав портал в иную реальность. Чувствовал он себя сейчас примерно так.
– Есть такое – Глеб прокашлялся. Они приближались к машине.
Пока один негодовал внутри себя, другой – размяк в кресле автомобиля, слабо сопротивляясь натягивающейся улыбке. Глеб повернул лицо к корешу и начал посмеиваться.
– Че палишь? – Серега заразился смехом