Роман Костенко – Арена: Уровень первый (страница 38)

На пути между городами опасно гулять без оружия, поэтому господин разрешил поехать нам в наших доспехах и с нашим оружием.

Мы с Гордоном разделились и взяли на себя по три орка. Я, недолго думая, кинул в одного из них магический шар и напал с мечом на двух оставшихся. По правде говоря, они пытались защищаться, но против моего волшебного меча ничего противопоставить не могли. Я подсек одному из них ногу и полоснул его по шее. Второй орк начал атаковать. Как и третий, который поднялся после моего магического шара. Но я не стал давать ему шанс подняться надолго и снова запустил в него магию.

Я остался один на один с орком, который орудовал топором. Он, своими замахами, больше крушил мебель таверны, чем попадал по мне. Мне приходилось отбивать всего один удар из трех. Я видел, что он начал уставать, поэтому отбил его топор в сторону и пронзил шею насквозь. Третий орк с мечом кинулся на меня, будто после смерти двух его товарищей он почувствовал уверенность в себе. Я с легкостью отбил его удар, ударил его ногой в живот и полоснул мечом, но тот успел увернуться. Хоть кто-то умеет двигаться. Но это ему не помогло. Следующую его же атаку я использовал, чтобы отбить его меч в сторону и пронзить его грудь.

Закончив со своими тремя орками, я увидел, что Гордон справился только с одним и двое других наседают на него. Тяжело быть целителем не на арене, когда у тебя еще такой маленький уровень. Я помог Гордону. Одного его орка я пронзил в спину. Меня не волнует честность нынешней битвы – важна только победа, при чем быстрая. Второго убил Гордон, когда тот отвлекся на меня. Десять минут и шестеро орков Гауды превратились в обычные трупы.

— Что дальше? — спросил Гордон, жадно глотая воздух.

— Как что? Валим отсюда, пока городская стража не прибежала. А то придется и от них отделаться.

Мы выбежали из таверны и помчались на край города, где стояла наша повозка. Выбегая из здания я краем глаза заметил, как к нам подходили еще орки. Их было уже около тридцати. Может мы и с ними бы справились, но устраивать снова кровавую бойню в центре города я не хотел. Мы с Гордоном бежали, как только могли со всех ног. Но я слышал, как где-то позади за нами была погоня. Орки расталкивали людей на своем пути, пытаясь за нами угнаться.

Догнать тренированных гладиаторов тоже самое, что и всегда передвигаться ползком в кругосветном путешествии – невозможно. Мы с Гордоном очень быстро добежали до своей повозки, сели в нее и уехали из Латура обратно в Ситрур.

И снова мы в пути. И снова вдвоем. И снова в тишине.

Гордон также думает о семье, только теперь он переживает не о ее чести и здоровье, а о жизни. Что с ней сделают, когда остальные орки, что держат их у себя, узнают о гибели Гауда? Гордон был вместе с человеком из Зеленого пламени, когда передавали смертельную записку. То есть со мной. Разумно предположить, что Гордон в этом замешан. Всем плевать на то, что он просто оказался не том месте не в то время.

Когда нам оставалось до лудуса каких-то полчаса, на нашей дороге появился вооруженный отряд. Я уже начал разминать руки и ноги, понимая, что сейчас-то можно устраивать любые сражения, использовать любую магию и очень много убивать. Нет свидетелей – нет ограничений. Но, к сожалению, мой пыл остыл сразу же, как я увидел человека, который выходил из толпы в тени. Лица видно не было под капюшоном, но печатка на пальце поблескивала в лунном свете.

— Виктор. Слезай со своего бродячего пьедестала и подойти ко мне, — послышался знакомый голос.

— Медведь! — крикнул я, спрыгивая с повозки. — Что это было такое в городе?

— Что-то произошло?

— Письмо было отравлено. Гауда мертв…

— Мертв? — Медведь довольно причмокнул. — Значит все сделано так, как надо.

— Как надо? Ты подставить меня захотел?

— Закрой свой рот и не ори. Если бы я хотел тебя подставить, то явно использовал бы для этого не тупых орков, а кого-то поумнее и посильнее. Это была в первую очередь твоя проверка. Мне нужно было знать, что ты не заглянешь в письмо из любопытства или корыстных побуждений. Раз ты жив, а Гауда мертв, то я тебя поздравляю – первое испытание на пути к нашему доверию ты прошел.

Вот так поворот. Меня еще и испытывают на верность. Это же что за бесчувственные роботы у них работают в организации, что первым же заданием устраивают смертельные ловушки на любопытство? Я ведь действительно хотел посмотреть, что в письме, но удержался. С трудом, правда, но теперь вижу, что не зря. Главное, что из этого я понял, что использовать Зеленое пламя в своих целях будет гораздо тяжелее, чем я думал.

— Ладно. Я тебя понял. Что с моей проблемой?

— В лудусе узнаешь все новости. Продолжай путь в него. И я жду от тебя выполнения второго задания.

— Скажи, почему ты мне не дал никакие задания при нашем первом разговоре в… условленном месте? Тогда ты сказал, что ждешь от меня только завершения первого уровня.

— Тогда ты был еще не готов. Тебе нужен был стимул. Поэтому мы просто ждали, когда он у тебя появится.

Медведь ушел во тьму вместе со своими людьми. Я, кстати, этот момент не совсем понял. Я не видел никакого транспорта, никаких ярких свечений, вообще ничего. Что за магию они используют? Может Малика была права, когда говорила, что все запретное для них не чуждо? Проклятый эфир и все подобное? Я начинаю боятся это Зеленое пламя.

— Виктор, кто это были? — спросил Гордон шепотом, потому что тоже не понял, куда они все делись.

— Эти ребята гораздо страшнее, чем те, которым ты задолжал денег. Поэтому лучше тебе не знать, кто это такие.

Гордон неуверенно кивнул в знак согласия.

Мы продолжили путь до лудуса, но я уже не обращал внимания на страдания моего попутчика. Я думал лишь о Медведе и… Как их там Гауда называл? Зеленые? Мне нравится. Звучит кратко и лаконично, чтобы не проговаривать всегда Зеленое пламя. Так вот, я думал о Медведе и Зеленых. Кто они такие, если решают вопросы за сутки, используют неизвестную магию и легко убивают представителей приступных синдикатов другого мира?

Малика будет счастлива узнать эту историю. Но про Клауса я ей не скажу. Не могу признаться во втором задании. Не расскажу до его выполнения, а потом признаюсь. Она должна меня понять. Или она меня проклянет. Одно из двух. Все или ничего.

По прибытию в лудус, гладиаторы уже отошли ко сну и тренировочная площадка была пуста. Меня не было здесь всего день и я уже смотрю на нее, как-то… по-домашнему, что ли. Весь этот мир становится мне роднее моего собственного. Там меня никто и ничто не ждет, когда здесь же мне есть ради чего жить. Плохие мысли. Нужно от них избавиться, а то я ненароком еще решу отказаться от моей цели в угоду жизни в новом мире. А так ли это плохо? Нет. Не буду об этом думать.

Когда мы прошли ворота лудуса и попали на тренировочную площадку к нам на встречу вышел Руша. Он, как всегда улыбался. И никогда не было понятно, это улыбка радости или пакости?!

— Я вас уже заждался. Пару часов назад пришел гонец и принес письмо для Гордона. Судя по печати, оно из Граустада. Из дома.

Лицо Гордона в миг стало испуганным. Он выхватил письмо из рук Руши, достал его из конверта и принялся читать. Я видел, как он становился все грустнее и грустнее, а по его щекам стекало все больше слез. Он упал на песок и зарыдал.

Я подобрал письмо, которое выпало из его рук и прочитал его. В нем говорилось, что сегодня всю его семью нашли мертвыми. Их тела плыли по канализации и застряли в решетчатых фильтрах. Тела была свежие, поэтому сразу установили, что убили их сегодня.

Я виноват в смерти его семьи. Или не я? Не я послал себя в Латур. Не я решил отправить со мной спутника. И не я выбрал в спутники именно Гордона. Но тем не менее все эти три вещи будто с самого начала говорили, что со мной вместе поедет Гордон. Зеленые и это подстроили? Чтобы орки Гауды решили, что виноваты не Зеленые, а Гордон? Что он решил им отомстить? Я не удивлюсь, если это окажется правдой. Со стороны Гауды виноват Гордон, со стороны Гордона виноват я, а со стороны Зеленых я молодец, что выполнил задание, но они как были не приделах, так и остались. На них ничего не указывает. Скорее всего и в письме, переданном Гауде все было написано не от лица Зеленых, а от лица Гордона. Или моего. В общем, они как будто вообще не связаны с этим делом. Подстава на подставе и подставой подставлено.

Глава 21

В Столице каждый день начинается с проблем. И почему-то все эти проблемы липнут именно ко мне. Сегодня же у всех праздник. Всех, кроме меня. Прошло ровно десять лет с того дня, как Митгард приклонил колено перед Литейной империей во главе с императором Вулианом Магном. В моем родном мире сейчас на улицах запускают салюты, по телевизорам наместник благодарит императора за его дальновидность, что он присоединил наш отсталый мир к просвещенной империи, а в каждом доме накрывают праздничный стол. И только простые граждане Митгарда знают, что на самом деле это траур, а не праздник. И за нелепым праздничным столом поднимают рюмки с водкой и выпивают их не чокаясь.

Утром на завтраке у меня совершенно не было настроения. Все готовились к тренировке, а я сидел за столом в обеденной зоне и просто ковырял свою кашу, как первоклассник. Мне не зачем тренироваться, потому что никто еще не дал ответ по поводу моего дальнейшего участия в играх.