Роман Клещёв – Полярная звезда (страница 1)
Роман Клещёв
Полярная звезда
- Полярная звезда -
- В соответствии с действующим законодательством РСФСР, точка…
Печатная машинка отстукивала звонко, уже не так действуя на нервы.
- А как правильно Аркадий Иванович, в соответствие или в соответствии?
- А хоть как пиши, всё равно.
Лампа, покачиваясь на чёрном проводе, освещала небольшой кабинет, обшитый пластиковыми панелями древесной фактуры и островки полировки стола. Он был завален бланками. Алюминиевый шкаф с картонными папками и оранжевым электрочайником иногда вибрировал, видимо закреплен был кое-как. В помещении слышался гул, натужный откуда-то из-под пола, и ощущалось парящее движение. Пространство плыло, покачиваясь, за узким стеклом подёрнутым пёстрой изморозью - синие очертания заснеженных сопок. Было прохладно. Настенный термометр - деревянный якорёк с надписью «Сочи-89» едва дотягивал до отметки в двадцать градусов. Секретарь-делопроизводитель Лариса накрыла плечи пуховой шалью и временами шумно дышала на побелевшие пальцы, прокручивая обручальное кольцо. Взмахивала головой по привычке, хотя с полгода как носила каштановую химию.
Забренчал телефон, пылившийся на полке.
- Погоди Ларис. Да! – Крылов, взяв трубку, повернулся к ней мятой спиной несвежей сорочки.
- Аркадий Иванович!
- Да, слушаю…!
- Алло, Аркадий Иванович?!
- Да-а!
- Бл..дь… Спутник что ли уходит…? - бормотал кому-то звонящий, и снова прокричал - Алло!
- Да! Говорите, слышу я Вас! – отзывался в трубку Крылов.
- Аркадий Иваныч! Это Слепухин… Сергей Петрович, из 102-й, «Северной дали»!
- Ого!.. Да! Рад слышать Сергей Петрович…!
- Вот теперь хорошо слышно…! Подскажи-ка мне коллега, если не секрет у вас с топливом как теперь?!
- Да какой там секрет?! Пока хватает, катимся…! - усмехнулся, - Куда-то…!
- Вам хорошо…! А мы вот стоим!
- Да ты что?! А как так? Почему?!
- А вот та-ак…! Немного не дошли до Смолянки! И теперь…! Ищем керосин, повсюду… Можно сказать, на общественных началах…!
- Хм-м...! Понимаю! Тоже бывало! Чем бы мог помочь, Сергей Петрович?! Мы много южнее, километров триста-четыреста, наверное, да ещё и восточней…!
- Да я знаю! Вопросов нет…! Меня другое интересует…! Людей отправил на спецмашинах, надеюсь, добудут, хотя бы до Смолянки доползти, уже удача…! Меня другое интересует…! Сколько вам давали в прошлом месяце и сколько обещали в следующем, по графику?! Мы же вроде как параллельным курсом идём…! Я насколько знаю…
- Ну… В прошлом месяце сто шестьдесят…! На следующий, считай через неделю-полторы если двинем обратно, там, будет где-то двести…! С заходом в Снежнореченск…!
- Понятно…! А авиация у вас какая?! Чем её заправляешь?!
- Нету!
- Как? Вообще?! Без наблюдения идёте, без вертушки?!
- Потеряли к сожалению! Разбился...! Так и идём…! Сами…!
- Понятно…! Ладно! Буду сейчас звонить в Чулун, воякам...! Погода как назло хуже некуда! Буран!
- Ну… Удачи Вам, Сергей Петрович!
- Ага…! До свиданья!
- Счастливо…!
Крылов подцепил с края стола пачку папирос, тряхнул и, чиркнув, закурил, взмахнув спичкой. Фиолетовые щупальца облепили лицо:
- Ну что Ларис, давай продолжим? Время идёт.
Она подвинула к пишущей машинке специальную кружку с пластиковой крышкой. Опечаленные глаза покрылись влажной поволокой, выражая беспокойную преданность. Зеленоватые тени и дурацкая помада, навевали сходство с персонажем циркового представления. Да ещё эта химия… Казалось, она готова упасть на стол, зарыдать, а потом вскочить и кинуться ему на грудь:
- А Вам не страшно?
- Отчего?
- Прёмся куда-то во мраке, в холоде… Как слепые котята… Всюду лёд… Я… Я спать не могу… - голос дрожал, она опустила веки.
- Да… Как-то не особо, Ларис… - он бесшумно шагнул к окну, «уходя с её прицела».
Открыв глаза, она увидела вместо исчезнувшего Крылова всё тот же календарь на 1991 год с рыжим пуделем, высунувшим язык.
- Вам сейчас звонили…? У них что-то случилось?
«Всё-же сказывается недостаточная психологическая подготовка… У неё уже бывали приступы паники» - подумал Крылов, начиная жалеть о том, что не сообщал об этом в отдел реабилитации Программы.
- И, да и нет, Лариса. С топливом ситуация… Но… Найдут, надеюсь… Страна богатая. Выкрутятся. - он затянулся папиросой, разглядывая без интереса уже различимо проплывающие в окне снежные барханы. Темнота за окном отступала, - Давай-ка писать дальше…
- А если нет?
- Что?
- Если не выкрутятся…?
- Лариса… Скажите, у Вас есть семья…? Дети? - он обернулся к ней, естественно зная ответ.
Она потянулась к носовому платку:
- Конечно, есть.
- А где?
- Там. В Оренбурге.
- Думайте о них… Чаще, - он улыбнулся, шагнул к ней, отыскивая взглядом пепельницу, - И всё будет хорошо… Супруг где трудится?
- На оборонке.
- Ну. Это же прекрасно! ...
Через полчаса Крылов отчеканивал по алюминиевой решётке узкого коридора, всё ближе приближался к угарной взвеси солярки и мазута, по стенам тянулись, провисая от собственной тяжести провода, силовые кабели, перемежавшиеся массивными коробами электрощитов, трещащими блоками-модулями. Пройдя к шумящему машинному отделению, он привычно юркнул в узкий ход с табличкой: «Только сотрудники тех. персонала».
За алюминиевой дверцей располагался душный полутёмный моторный отсек, рядом очень быстро вращался шкив огромного генератора, тут же урчал исполинских размеров редуктор и гудело электрооборудование. Огромный двенадцати цилиндровый тепловозный дизель занимал половину помещения. Двое чумазых мужиков сидели на корточках под лампочкой, протянутой на удлинителе и о чем-то жестикулируя, спорили, из-за шума их не было слышно, механизмы работали очень гулко и громко. Рядом валялись гаечные ключи, болгарка, растрепанный журнал учёта показателей, измерительный прибор со шкалой. Крылов решил не мешать дизелистам, убедившись, что тестирование подачи горючего проходит в штатном режиме, покинул комнату и отправился в рубку…
Первая остановка за несколько дней, суровых и непогожих – довольно приятное событие. Раннее утро ознаменовалось международным женским днём - Восьмое марта. Однако праздничным оно не казалось, скорее серым. Солнце карабкалось блеклой тарелкой, прячась за белесой пеленой. В окнах – надоевшие до чёртиков снега, накрывшие безжизненные равнины, суровая тундра, продуваемая всеми ветрами.
Именно в этот день сотрудникам станции в том числе и дамам предстояло начало новой кропотливой работы. С востока из окон станции открывался унылый, но оживленный вид на посёлок Увентурли, извилисто растянувшийся по левому берегу замерзшей речки Ковчашиха. С высоты четвёртого этажа из окон рубки, остекленной с применением современных изоляционных систем и электроподогрева, глазу было за что зацепиться: при полном почти отсутствии деревьев, огромной кляксой впереди «толпился» частный сектор, невзрачный. По углам и в центре поднимались над дворами и улицами серые двухэтажки, в основном бревенчатые, кое-где - силикат. По частоколам бетонных опор громоздилась паутина электрических проводов. Несколько панелек эшелоном тянулось вдоль побережья. Какое-то предприятие чадило белесым шлейфом, щедро тарахтело и насвистывало компрессорами. Густо чадили трубы печей. Повсеместно торчали покусанные угольные пирамидки под снежными шапками. Оно и понятно, за хребтом – шахта начала века, звалась «Долина золотоискателей имени 50-й годовщины Октября».
Крылов, склонив голову, шагнул через овальный проём в помещение рубки, глянул на пустующий капитанский мостик… Тарахтела рация, Штурман Вася неподвижно сидел у пульта в больших наушниках и коричневой меховой жилетке, похожий на чебурашку. Техник Иваныч, стоя на стремянке в синем берете и очках, открутив алюминиевую решётку, сунул в рот маленький фонарик и сосредоточенно ковырялся отверткой в недрах проводки потолка. Водитель-оператор Степан Ильич крутился в кресле, глядя на электронное табло и кнопки, по рации переговаривался с технической службой и дизелистами:
- … снова зелёная… Теперь оранжевая… Да… Опять зелёная… Теперь оранжевая… Говорю теперь оранжевая… Да… Снова зелёная….
- Даров мужики…
В ответ Крылов услышал от подчинённых нечто вроде приветствия.
- Степан Ильич, закончил? Докладывай…
- Ну что… Увентурли... Посёлок городского типа… Добрались с нарушением графика, опозданием на четыре с половиной часа. Но это в пределах нормы с такими осадками…