Роман Кашин – Дар Пыльной Розы (страница 3)
– Увидишь Фиолетовые врата, они прячутся среди многих других ворот, их можно узнать только по Саду горгулий и тайным знакам, это руны Звезда и Умертвие, вот такие…
И магистр, кряхтя, опустился на колено. Он старательно рисовал, стирая лишние штрихи и ругаясь сквозь зубы, если тревожил свою якобы застарелую подагру. Через площадку проходили люди, но никто не смел мешать приличному господину в дорогой одежде сходить с ума. Иначе по какой же еще причине человеку с нашивками магистрата Школы встанет перед оборванным мальчишкой на колено и будет чиркать в пыли?
Пару минут спустя Свен уже находился почти на самой вершине. Эту огромную лестницу, вделанную прямо в стену и ведущую в Верхний город, где располагалось здание магической школы, в народе называли Осадной. Говорят, ее создал колдовством демон Миллегаар во время случившихся беспорядков в Нижнем городе. Правда ли это, сказать было трудно – лестница состояла из огромных деревянных балок, но такие использовали и обычные строители, не только демоны…
Впрочем, так или иначе, а магистры Школы без острой необходимости на эту лестницу не вставали. Что, кстати, заставляло другими глазами взглянуть на поведение Тарпера, уж его-то никто не заставит лишний раз поднять зад, а уж тем более начать «считать бабки» – «считающими бабки» называли всех ремесленников, которые вынуждены ежедневно подниматься по Осадной лестнице в Верхний город и обратно, обслуживая знать и особенно служителей Магической школы, являющейся залогом богатства и могущества всего города-государства. Причем здесь «бабки»? В эту игру играли дети и городская беднота. Играющие ставили бабки (высушенные позвонки) на ступени лестницы, а водящий прыгал на одной ноге, стараясь сбить только верхние. С легкой руки сумасшедшего Осмония, «считать бабки» принялись все в городе, кто ради пропитания ежедневно считал ступени Осадной лестницы. Ты поднимаешься по лестнице, гнешь спину и сушишь позвонки, ты и другие бедолаги, а Смерть играет – ждет и гогоча выбивает пяткой пятерку или даже «вист». Безносой игрунье все позвонки в мире как игровые «бабки», и на ее лице всегда будет улыбка на все зубы…
Голова почти прошла, полная тьма и гулкая тишина успокаивали. Воспоминания потекли, будто кто-то волшебным ключом открывал заповедные двери, одну за другой. Юноша быстро восстанавливал в памяти события, предшествующие его… похищению? исчезновению?
Да, славные костяные бабки, солнце, теплые деревянные перила, звук, с которым голуби, подлетают к рукам и трутся шеями о пальцы в надежде на подачку… теперешний Свен, сидящий во тьме, мог только мечтать о том, чтобы снова ступить на те ступени и стащить пару жареных рыбешек. Нет, это не те воспоминания, которые помогут выбраться. Впрочем, сейчас любое лыко в общий плетень. С этими мыслями Свен, скривя губы в невеселой усмешке, поискал и нашел глубоко за пазухой пару счастливых игровых бабок, сделанных из волчьих позвонков, – свое детское сокровище, последнее воспоминание о родном севере. Если дело пойдет совсем плохо, эти позвонки можно будет зажать в руке или привязать к поясу. Тогда вальгерии, слетаясь на шепот покидающей тело души, быстро узнают в нем северянина, определят на радужные сходни Нагльфара и посадят на весла рядом с бабу… ой нет! пляши весло, меси звездное тесто, плыви ладья в последний путь.
Мантия (майстер настоял на том, чтобы Свен надел ее немедленно и не снимал) оказалась сильно велика, весь оставшийся подъем ее полы немилосердно полоскались в пыли, вздуваясь под ветром и сбиваясь о балюстраду и грязные ноги поденных работников. Последние шли рядом молча, без обычных прибауток и все время оглядываясь. Действительно, какая нелегкая занесла молодого лорда в магической робе считать бабки с простым людом на лестнице и где он так выпачкал руки и лицо?
С самого расставания с Тарпером у юноши нарастало беспокойство. Шутка ли, вечно раздражительный, брезгливый и злобный толстяк не только забрал у Свена немаленькую корзину, но и сам (!) взялся занести ее на кухню. Лишь бы Свен (которого он еще недавно хотел пороть на конюшне) побыстрее облачился в дорогущую робу и оказался в святая святых, в школе магии. Этого не могло произойти ни при каких обстоятельствах, а значит, впереди маячило нечто неопределенное, связанное с магией, то есть бесконечно опасное и не сулящее Свену в общем ничего хорошего. Но не идти было нельзя, запорет ведь.
Пальцы скользнули по неровности на ступеньке, и пятка в тупоносом тканевом башмаке, больно стукнулась о каменный выступ. Оххх! юноша зашипел и согнулся, потираю ушиб, от боли проступили слезы. Рука, между тем, спешно проверила полы мантию, все ли в порядке, не зацепил ли он ненароком бесценную ткань. Если что, расплатой за нее будет собственная шкура, такая роба стоила двоих таких, как он сам, да и то бы еще торговались.
На миг возникло желание подобрать полы и перевязать у пояса. Возникло – и тут же пропало, перед глазами Свена стояло испуганное потное лицо Тарпера и его слова про «немедленно» и «стрелой». Сомнения и страх заразительны, оба ходят на тонких ногах, а отдыхать могут только на кончиках швейных игл. Поэтому, кстати, умная хозяйка всегда держит иглы носом в футляре. Идея снять мантию и надеть только у Фиолетовых врат показалась еще более рискованной. Свен содрогнулся, нет, как-нибудь уж дойду в ней, магия здания на раз высосет душу, не зря же Тарпер говорил, что помогает мне против воли, да еще и статуэтку дал?! Этот только против воли доброе дело и сделает, ей-богу.
Вдруг на глаза скорчившегося от боли юноши попались ростки молодого чеснока. Растеньице высунуло жизнерадостные сиреневые метелочки прямо из-под массивных ступенек, и они весело болтались под теплым, напоенным запахами близлежащих кухонь ветерком. «Чеснок защитит…» вспомнились ему слова ведьмы, и рука сама потянулась за зеленые стеблями, пальцы сомкнулись, их тут же окропило пахучим соком. Сзади с удивленным возгласом отпрянула молодая горничная, носящая цвета герба знатной и богатой семьи Кальциусов, и выругался какой-то мастеровой с котомкой. Но на этом и все, мантия Школы Энцериум защитила своего носителя от неприятностей!
Уже позади массивные кованые ворота и караулка Первой осадной башни. Именно отсюда сто лет назад в верхний город ворвались отряды восставших ремесленников, начался знаменитый Железный бунт. На его подавлении многие маги сделали себе имена. Уильям Сверкающих одежд, Сорганрод Старый, Бескариотт Птичий посох – маги древних веков, они сделали так, что за одну ночь прорвавшаяся голытьба, мародеры и поджигатели исчезли бесследно. Утром стража отлавливала уже только отдельных бунтовщиков. На допросах пойманные дрожали и соглашались на любое наказание, лишь бы их не отдавали магам. Маги же, как и подобает хранителям запретного знания, хранили молчание, только потребовали от города передать им в вечное владение часть небольшого плато, откуда мрачноватое здание магической школы и поныне огромное смотрит на ракинувшуюся лоскутным одеялом панорму Нижнего города с его рынками, мастерскими и торговыми дворами. Как завоеватель на свои новые владения.
А вот и она сама, Школа магии и тайного малефициума, Гранд-Энцериум!
Кап-кап! Огромная холодная капля вывела Свена из забытья, смачно щелкнув по макушке и пролившись за ухо и шиворот. Сколько он тут уже сидит? Спина от сырого камня занемела, при попытке потянуться его худые лопатки жалобно скрипнули, будто бы вторя звуку удара капли о затылок – хрусть, треньк! В царящей вокруг тишине звук показался неприлично громким. С таким же звуком распахнулись перед ним Фиолетовые врата, мелькнув инкрустированными изображениями звезд, Солнца и кубков, и старик привратник в поношенной ливрее невозмутимо поклонился стоящему перед ним простолюдину в чужой дорогой мантии. Но что было с ним до этого?
Свен плохо помнил, как обошел здание Школы и нашел нужный вход. Подходы хорошо охранялись, а выложенные камнем торпки всегда вели не туда, куда казалось – настоящий лабиринт! Ему пришлось пару раз вернуться, проходя, он видел прекрасно ухоженную декоративную террасу. Под пламенеющими ветками какого-то экзотического плюща и дикого винограда она, как выяснилось, скрывала пару аккуратных маленьких ворот, вделанных прямо в стену. Никаких проблем с проходом внутрь у Свена не возникло, эти (как, впрочем, и последующие) двери открылись по первому стуку. Его почтительно впускали внутрь и провожали взмахом руки в абсолютном молчании. Может, все служители внутренних садов глухонемые? Но нет, один из них что-то шепнул на ухо другому, и оба рассмеялись ему вслед, звякнув лезвиями смертоносных гвизарм. Наверное, смеялись над деревенщиной, который несет во дворец соцветия чеснока… Проклиная совет ведьмы, Свен судорожно вцепился в эти стебли, опасаясь оставить после себя хоть малую толику мусора на этих безупречно чистых дорожках.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.