Роман Грудиёв – Тайна тёмного леса (страница 5)

– Уходите! – кричал им мужчина. Его голос дрожал от боли и слёз.

Огонь подходил как к ним, так и к нему. Женщина не могла бросить его одного, но и дочь оставить тоже не могла. Комнату заполонил чёрный как ночь дым. В конце концов они развернулись и направились к выходу из дома. Мама закрыла Пауле глаза и прикрыла рот – чтобы та не дышала угарным газом или же чтобы не был слышен её душераздирающий плач.

Мужчина продолжал лежать и провожать взглядом своих любимых женщин. Главное – что они будут жить. Будь иначе, их смерть он бы всё равно не пережил. Огонь окончательно подошёл к нему, он поглотил мужчину. Тяжёлые, нечеловеческие крики эхом разносились по всему дому. Его всего трясло, голова полностью опустела, все мысли были лишь о боли, что он испытывал. Мучения отчима закончились. Он умер в объятиях злостного огня.

Пока девушки подходили к выходу из дома, дверь выбивали люди в форме. Отчётливо их не было видно – пространство будто искажалось. Женщина больше не могла идти, она еле перетаскивала ноги, уже заваливалась на дочь чуть ли не всем телом. Позаботившись о дочке, она совсем забыла позаботиться о себе. Мама надышалась дыма, повалилась на пол, оттолкнув дочь подальше к двери. Теперь она совсем ничего не могла поделать. Единственное, что она могла – это хриплым голосом сказать: «Береги себя, я люблю тебя». Мужчины, выбив дверь, первым делом забрали девочку и унесли её на улицу. Паула кричала и тянулась к маме. Ей не хотелось покидать её, не хотелось терять её. Единственным желанием сейчас было лечь рядом и умереть – настолько ей было больно.

Девочка сидела на кушетке, укутанная в тёплый плед, и смотрела на потухающий дом, в котором она сегодня потеряла родителей. Потеряла всё, что имела. Вокруг суетились пожарные и медики, где-то вдали были слышны сирены полицейской машины. Возле соседнего дома одиноко стоял силуэт, наблюдавший за всем происходящим, и спустя время он пропал.

Сейчас Паула – взрослая девочка, которая живёт самостоятельно. Пусть и не так счастливо и богато, как могла бы, но – живёт. Всю жизнь её мучает вопрос: «Почему произошёл пожар и от кого мама пыталась защитить её?» Надеюсь, в будущем она найдёт ответы на свои вопросы.

И могла ли Шерил всё это им рассказать? Нет. Поэтому она будет хранить молчание. Если Паула захочет, то сама расскажет.

– Сейчас Пауле восемнадцать лет, живёт она одна. Родителей у неё нет, они погибли, когда она была маленькой. Училась она в нашей школе на класс меньше моего, там мы с ней и познакомились. Она прекрасный человек, – Шерил говорила о своей подруге с лаской и сочувствием в голосе.

– Бедняжка, очень жалко её. Я уверена, что она очень классная, – поддержала её малышка Джесси.

– Ага, ты ещё забыла добавить, что она… – попыталась вставить свои пять центов Эйми, но Шерил её перебила:

– Что она, что? Не такая, как ты? – с брезгливостью ответила она.

Эйми злостно прорычала, но не стала продолжать диалог, потому что понимала: Шерил всё равно останется права. Как всегда…

– Ладно, ребят, было приятно пройтись с вами. До скорой встречи! – попрощался Марк и, обняв всех, ушёл домой.

Весь оставшийся путь они прошли незаметно, время пролетело быстро из-за увлекательных разговоров. Подходя к своим домам, компания заранее попрощалась. Возле дома семьи Уильямс они окончательно остановились. Шерил была благодарна ребятам за прогулку и сказала, что была рада новому знакомству. Она пожелала спокойной ночи и приобняла Джесси, а затем и Алекса, заодно слегка чмокнув его в щёку.

– До встречи, – улыбнувшись, сказала девушка и направилась к себе домой с сестрой за руку.

Джесс медленно повернулась в сторону брата и начала дёргать бровями, на что Алекс лишь закатил глаза. Дома их как будто не ждали, и даже никто не заметил, что дети задержались. Почему они до сих пор волнуются за хладнокровность родителей, когда должны уже были привыкнуть? Да потому что родители не должны быть такими. Дети не видели от них внимания, заботы и любви. Значит, дети им безразличны? Вот из-за подобных мыслей им и становилось грустно в такие моменты.

Дети легли спать раньше, чем обычно. Они уснули почти сразу после прихода домой. Дальше дни шли рутинно: школа, друзья, дом. В выходные родители также не проводили с ними время. Зато Эйми была рада приходить в гости к Джесси на ночёвки. Пусть Алекс ворчал, что ему приходится терпеть их посиделки, но у него просто не было выбора.

Компания собиралась почти каждый день – это всё же стало их маленькой традицией. Прошло чуть больше, чем полтора месяца. Буквально недавно был День труда – и вот уже скоро Хэллоуин. Как же быстро летит время. За этот период дети так и не смогли познакомиться с Паулой, но всё впереди. Нас ждёт новый день и новая история…

Глава третья. Забытое прошлое

За эти полтора месяца, что пролетели как одно мгновение, ребята заметно сблизились – словно каждый день, проведённый вместе, становился маленькой частью чего-то большого и настоящего.

Начнем, пожалуй, с Джесси и Эйми.

Девочки быстро стали не просто подругами – лучшими. Теми, кто понимает друг друга с полуслова, кто может смеяться над чем-то, непонятным остальным, и кому можно доверить самое сокровенное.

В школе они старались встречаться как можно чаще. Эйми говорила о мальчиках, сплетнях, расставаниях и влюблённостях, пересыпая всё это язвительными шутками. Джесси же, напротив, была увлечена модой и украшениями – и с каждым днём её интерес рос. История Шерил вдохновила её так сильно, что она с головой погрузилась в этот мир, вглядываясь в отражение в зеркале с новым вниманием, как будто наконец увидела себя по-настоящему.

На ночёвках подруги превращали комнату в мини-салон красоты: красили губы, подводили глаза, клеили блёстки вместо стрелок. Свет от ночника отбивался в них, будто звёзды вспыхивали прямо у ресниц.

Но появляться на публике в таком виде всё равно боялись. Внутри ещё жила та самая школьная неуверенность – а вдруг осудят?

Эйми часто приносила из дома ножницы, нитки и обрезки тканей. Они вместе выдумывали украшения, шили резинки для волос, подшивали рукава, клеили стразы – всё это выглядело дёшево, наивно, но по-детски стильно. И в этом была своя душа, свой шарм.

Тем временем, Марк стал проводить с Эйми меньше времени.

Между ними будто что-то надломилось. Не ругались, но чувствовалась напряжённость – как прохладный ветер в ясный день: его не видно, но он есть. Может, поссорились, а может… просто выросли чуть дальше друг от друга.

От скуки Марк начал больше времени проводить с Алексом, и тот был не против – Джесси теперь почти всё свободное время проводила с новой подругой.

Марк и Алекс играли в мяч возле дома, иногда просто сидели на траве, слушая, как шуршит ветер в кронах деревьев. Они делились воспоминаниями, говорили о будущем, о страхах, о мечтах – немного неловко, но по-настоящему. Это была дружба – без пафоса, но с теплом.

Шерил тоже изменилась.

Она стала открытее, разговорчивее. Порой встречала Джесси после школы, расспрашивала о её днях, с искренним восторгом слушала о новых идеях, похвала её звучала не наигранно, а как признание.

Не забывала и про Алекса – интересовалась, как обстоят дела дома, как ладят Джесси и Эйми.

Ей было приятно проводить с ними время – и это ощущение было взаимным.

Шерил, впрочем, не отказывалась и от своей прежней жизни.

Паулы и Саймана в её жизни по-прежнему было много: вечеринки, танцы, разговоры до утра. Она как будто балансировала между двумя мирами – шумным и взрослым, и тихим, но по-детски настоящим.

– Дети? Ну уж нет, – скривив губы, бросала она, будто это слово само по себе было диагнозом.

Так они и не пересекались. До определённого момента.

Хэллоуин подкрадывался незаметно, как и положено этому празднику – вкрадчиво, в оранжевом свете витрин, в шелесте костюмов, в приторном запахе карамели и дыме свечей. Подростки заранее обсуждали, где и как проведут вечер – идея погулять всей компанией родилась сама собой.

Алекс и Джесси стояли у дома Эйми, поглядывая на крыльцо.

Сумерки сгустились, воздух становился прохладным. Где-то вдалеке скулил ветер, и где-то хохотали переодетые дети. Всё вокруг будто замирало в ожидании чего-то – странного, волшебного, пугающего.

Спустя минут десять дверь отворилась, и на крыльцо вышли Эйми и её сестра.

Они выглядели ярко и по-праздничному: в глазах блестел огонь азарта, на губах играли улыбки.

Ребята успели лишь обменяться приветствиями, как вдруг…

Громкий крик с другого конца улицы разрезал вечернюю тишину, заставив всех вздрогнуть и обернуться.

– Шерил!

К ним неторопливо, с грацией хищной кошки, приближалась девушка.

Высокая, с выразительными чертами лица, в меру полная, но излучающая уверенность и стиль. У неё были чёрные, крашеные волосы, собранные в низкий хвост, идеально выровненная чёлка, чёрный смокинг по фигуре, и ногти – длинные, чёрные, блестящие.

Всё в одном цвете, от макушки до каблуков. И, чёрт подери, ей это не просто шло – она выглядела как будто родилась в этом образе.

– Паула! – с радостной улыбкой воскликнула Шерил и поспешила ей навстречу. – Я рада, что ты пришла!

Они крепко обнялись, а Паула уже окидывала взглядом всех присутствующих. В её взгляде не было смущения или стеснения – только оценка. Она словно невидимой линейкой мерила их с головы до ног.