Роман Голованов – Батюшка Ипполит (страница 31)
Про смерть старца
Мы продолжали собирать пожертвования с кружкой и после смерти батюшки. При его жизни года два только я собирала. Уже батюшки не было, я еще стояла долго. Я при батюшке только стояла сколько, наверное, только два года при батюшке постояла. А потом уже стояла так, как… ну, как батюшка благословил, так и стояла, стояла.
Батюшка болел, и мы молились за него. Все у нас было его благословением, и мы чувствовали, что он рядом. И понимали, что наша помощь, наш труд во имя веры.
День его похорон запомнился необычным очень крупным снегом, хлопьями такими, и в небе был большой солнечный круг, он виден только на территории обители, а когда мы прошли несколько метров за нее, то этого круга не стало видно.
Привезли какие-то маленькие розочки такие, полумертвые уже. Я думаю: Господи, ну что батюшке поставили. А когда к батюшке поставили, эти розы вдруг ожили, прямо вот ожили, и стали свежие, как будто их только сорвали.
Я и сейчас прошу отца Ипполита о помощи, отец Власий мне так благословил. И моя подруга тоже замечает, что когда обращается к нему, то потом дела хорошо идут. Отец Ипполит изменил мою жизнь. Сидела бы, как и все, на лавочке, наверное. У меня и у дочки, конечно, все поменялось. У внучки даже и с учебой совершенно все пошло по-другому, когда она приехала от батюшки. Некоторые сравнивают батюшку с Николаем Угодником. Я не дерзаю так говорить.
Он все время говорил, что во всех нуждах проси Николая Угодничка, и он всегда поможет.
И вот, иногда с послушания едешь, сил нет, маршруток нет, Николая Угодника просишь, батюшку просишь и смотришь — раз, откуда-то вообще пустая машина является. Как-то вот, понимаете, все так как-то управлялось. И когда просишь, конечно, помогает. И Николай Угодничек помогает, и батюшка помогает.
Старец явился в гробу с открытым лицом
Дни, когда преставился старец и его погребли, были необычными. Это был престольный праздник нашего мужского монастыря в Беслане. Мы готовились, накрывали столы. Я ночевал в монастыре и услышал, как эконом монастыря под утро говорил по телефону. Мы поняли, что это был звонок их Рыльска о том, что старец умер.
Быстро организовали автобус и поехали в Рыльск.
Зима, было очень холодно, и луна в ореоле стояла. Мы пошли в храм прощаться. Я смотрю, лежит батюшка во гробе, а лицо открыто. Я слышал, что старца Николая Гурьянова тоже хоронили с открытым лицом. И когда приложился к батюшкиной руке, она была мягкая. Как у живого человека, не холодная.
Я собирался сделать фотографии и пока прособирался, уже стали выносить гроб. Смотрю, а лицо закрыто. Обошли крестным ходом вокруг храма, в небе был свет, как будто радуга стояла. И потом я стал у матушки Нонны спрашивать: «Почему у батюшки лицо не было закрыто?» — «Как не было закрыто? Было». Я говорю: «Нет, не было закрыто. Я же сам видел, мы с тобой вместе шли». — «Нет, его лицо было закрыто».
Потом до меня дошло, что батюшка так утешил меня, показал свое лицо. А я так печалился, что не приехал к нему, когда он благословил мне приехать.
Про смерть старца и сон с батюшкой
Я знаю, что нельзя верить сновидениям, но хочу рассказать об одном памятном сне накануне батюшкиной смерти.
Мы как раз обсуждали в монастыре, как привезти его в Осетию, мечтали об этом. И вот я увидела его во сне в пасхальном облачении, в рясе и клобуке, с крестом в украшениях. И в моем сне он шел ко мне в развевающейся мантии. Радостный, пасхальный, и я во сне понимаю, что он приехал в Осетию. И я бегу к нему навстречу, говорю: «Батюшка, вы приехали в Осетию. Вы приехали…» А он говорит:
«Я пришел с тобой попрощаться. Я пришел с тобой попрощаться, принес тебе подарок». И подарил мне во сне скрипку в футляре.
В этот день я узнала, что батюшка впал в кому.
Батюшка умер на престол в Беслане, а похоронили его на Рыльский престол. Батюшка смертью своей соединил Осетию и Рыльский монастырь.
Когда прикладывалась к его руке, она была теплая. Абсолютно живая рука была, и было такое чувство, что он свое тепло для нас хранил. Как будто ждал нас, осетин, как бы это самонадеянно ни казалось. Людей было очень много. Было очень торжественно. Удивительное сияние было вокруг солнца, такие кольца. И долго очень держалось.
Было ощущение и Пасхи, и одновременно какой-то великой скорби, потому что мы так устроены, мы почувствовали себя осиротевшими. Нужно было прожить еще какое-то время, чтобы понять, что физическое присутствие не определяет твоего духовного отца на земле.
Все мы там были, его дети. Мы батюшку погребали. Гроб его несли монахи и Рыльского монастыря, и Бесланского мужского монастыря, и многие другие батюшки. И было видно, что он всем отец.
Я очень по нему скучаю. Когда рядом такой духовный отец, то ты можешь оставаться ребенком, сколько бы тебе ни было лет. Духовным ребенком. Если у тебя есть доверие к старцу, то ты вообще живешь как в раю. Потому что любой вопрос можно задать и сразу получить ответ. И когда в одно мгновение ты остаешься без такой поддержки, то это чувство потери равновесия во вселенском масштабе.
Я помню свое состояние, когда батюшка скончался, я мысленно говорила: «Батюшка, как ты мог? Меня только постригли. И к кому мне теперь идти? Кому мне задавать вопросы? Что мне делать?.. И я помню абсолютно четко в голове голос его: «Всегда смотри на Матерь Божию и думай о том, как бы поступила Она».
Я не всегда выполняю это послушание, но это безапелляционная правда. Если любой свой поступок, мысль или действие соотнести с тем, как, наверное, поступила бы Богородица… Я не сравниваю, я просто понимаю, что любая наша страсть, она растворяется рядом с Ее милостью и милосердием, и смирением, и кротостью, и любовью, и… ты сразу остываешь и понимаешь, что все эти твои «правды бесконечные», они просто пыль.
Я постоянно чувствую присутствие батюшки
Со времени ухода батюшки я постоянно чувствую его присутствие, заботу, любовь — это все остается с нами. Мы, конечно, не до конца послушны ему, но все равно это ощущаем.
Как-то меня упрекнули, что мы не к Богу пришли сюда, а к человеку. Да, это правда. Но в этом человеке мы увидели отблеск Божественного света, поэтому пришли к нему, а через него к Богу. Кто-то приходит через скорби, кто-то через болезни, как написано в Евангелии, кто-то через что-то еще. Мы пришли через человека.
После смерти батюшки меня спрашивали: «Неужели вот такие люди, как бомжи, наркоманы, бывшие преступники жили в монастыре и кто-то исправился?» — Конечно, да. А для примера, вот даже я сам. Ведь я тоже был как бомж, только духовный. Но кроме этого, конечно, много было разных реальных историй, когда жизни людей менялись.
Посмертные чудеса
Батюшки не стало 17 декабря 2002 года. Похоронили его на Николая Чудотворца — это престольный праздник и любимый святой старца. И казалось, со смертью старца над Рыльским монастырем наступила непроглядная ночь. Ученики батюшки осиротели. Остались одни. Без своего духовного отца. Тут ты понимаешь, что переживали апостолы, когда с ними рядом не стало Спасителя. Кто заступится? Что делать? Куда идти? Кто даст совет?
Но даже после самой страшной и темной ночи наступает рассвет. Вечная жизнь. И старец Ипполит озарил дорогу своей святостью. Солнце засветило вновь. Уже утром. Старец лишь сменил келью. Он жив. Вечно жив. И всегда рядом. Каждую секунду. И Господь явил через него свои чудеса, число которых невозможно сосчитать. В этой главе мы собрали воспоминания и истории наших героев.
«На могилке батюшки сундучок, как у Матронушки»
Старец Ипполит обладал уникальным, редчайшим в наши дни даром исцеления. Сам он, тогда еще юный послушник Сергей Халин, в Глинской пустыни был исцелен ныне прославленным преподобным Адроником (Лукашом) от крупозного воспаления легких. Отец Адроник на три дня затворился в келье с юным Сергием Халиным и исцелил его.
Будучи исцеленным однажды, батюшка Ипполит всю свою жизнь лечил и душу и тело приходивших к нему. Целитель! Когда я спрашивал его: «Как молиться за монахов?» Он говорил: «Молитесь целителю Пантелеимону». Я помню, кто-то из родственников приезжал в Рыльский монастырь с фотографией отца Ипполита. Он был в Канаде, и на фотографии изображена глава целителя Пантелеимона. Ковчег с это главой — и старец Ипполит рядом. Святой целитель…
Вот сегодня я вспоминаю те дни, когда, будучи студентом, я ходил на Даниловское кладбище, где была похоронена блаженная Матрона, и люди оставляли ей свои записки-прошения. Тогда она не была еще канонизирована.
И вот сегодня на могилку батюшки Ипполита так же приходит народ, и так же как блаженной Матронушке, пишет ему свои прошения. Это как молитва, как моление, записанное на бумаге. Вся могилка раньше была в этих записках. А сейчас поставили специально сундучок, и люди отправляют записки туда. Туда, где нет связи, как при жизни батюшки Ипполита, еще в отсутствии интернета и телефона. У батюшки Ипполита никогда не было никакого телефона. Начинали только писать ему от руки на бумаге письмо, и очень часто происходили чудеса. Еще не отправленное письмо получал духовной почтой старец Ипполит — и проблема разрешалась.