Роман Елиава – Речной детектив (страница 29)

Они зашли в каюту, и Ольга постучала в комнату брата.

– Сева, это я.

Ответа не последовало, девушка открыла дверь и заглянула внутрь.

– Никого, – сказала она растерянно.

Иван

– Пойдёмте поищем его на палубе, – предложил Иван.

Они вышли. На палубе было темно, хоть и горело несколько электрических ламп. Трегубов посмотрел налево в сторону носа и увидел две, приглушенно разговаривающие, фигуры у лестницы на нижнюю палубу. Матрос и недоверчивый купец. Вряд ли ищущий уединения человек направился бы в их сторону. Иван решил, что Всеволод либо мог выйти на другую сторону, на левый борт, или пойти на корму. Шансов, что он пошёл на корму, было в два раза больше, поэтому Трегубов направился именно туда. Девушка молча последовала за ним. Иван угадал. Всеволод был там. Он стоял к ним спиной.

– Сева! – вскрикнула девушка, и молодой человек повернулся.

Даже в тусклом свете ламп и луны было заметно, как он бледен.

– Ольга, что ты тут делаешь? Иди в каюту, уже ночь.

– А ты? Пойдём со мной!

– Мне нужно подумать, извини. Оставь меня одного.

– Сева, я знаю, что у тебя револьвер.

Всеволод приподнял правую руку и посмотрел на оружие.

– Ну и что?

– Доктор запретил тебе иметь при себе оружие, разве ты не помнишь?! – испуганно воскликнула девушка.

– Помню, но это ничего не значит, всё изменилось, – голос Севы выдавал внутреннее волнение.

– Что, что изменилось? – Ольга сделала шаг к брату.

– Всё началось опять, не подходи, – Всеволод поднял оружие и поднёс к своей голове.

Ольга обернулась к Ивану, не зная, что делать дальше. Трегубов тоже сделал шаг вперёд и заговорил:

– Всеволод, послушайте, чтобы ни случилось, ничего не изменилось. Вас любит Ваша сестра, Ваша семья, Вы ещё молоды. Давайте отложим револьвер и поговорим, просто обсудим ситуацию, всегда есть какой-нибудь выход, и мы его вместе найдём.

– Выхода нет! Вы просто не знаете! Мне нельзя жить! Я – убийца! Вы таких ловите и сажаете в тюрьму. Но я туда не хочу! Я не хочу в тюрьму и не хочу никому причинить вред.

– Что Вы такое говорите? – не понял Трегубов. – О чём Вы говорите? Вы – не убийца.

– Это я уронил лампу на том корабле, а потом они все сгорели. Мне очень хотелось посмотреть, как загорится пламя. Мне часто этого хочется, и не всегда я могу сдерживать себя. А потом, – в голосе молодого человека послышались рыдания, – они бегали вокруг, горели и кричали.

– Сева, что ты такое говоришь, я не понимаю тебя, – Ольга сделала ещё один шаг к нему.

– Не подходи! Раньше они каждую ночь кричали у меня в голове, – Всеволод прислонил револьвер к виску и зажмурился. Но сейчас они молчат, и я не хочу, чтобы это всё началось опять.

– Сева, нет, пожалуйста, прекрати, о чём ты? – навзрыд запричитала Ольга.

Её брат снова открыл глаза, посмотрел на неё и уже спокойно сказал:

– Ты тоже не понимаешь меня. Говорю же, что это началось снова. Я придумал это путешествие, сам того не понимая, чтобы сделать это снова. Взял с собой тебя, чтобы родители меня отпустили. Я разлил нефть на этом корабле. Если бы мне не помешали, я снова бы всех сжег. Всех и тебя тоже! Сжег бы свою сестру. Это сильнее моей воли. Мне нельзя жить!

У Ивана от этого признания похолодели руки, он понял, какой участи все они избежали совершенно случайно.

– Сева! – Ольга, рыдая, сделала последний шаг к брату.

– Нет, – сказал он и нажал на курок.

Звук выстрела раскатился по ночной реке. Всеволод начал заваливаться навзничь, через борт. Ольга схватила его, но брат был крупнее, а у нее не хватало сил. Трегубов попытался схватить девушку за подол платья, но оно порвалось. Брат с сестрой перевалились через ограждение.

– Чёрт!

Трегубов посмотрел на клочок платья в своей руке, а затем в темноту за бортом. Недолго думая, а, вернее, совсем не думая, он прыгнул через борт на лету крича:

– Человек за бортом!

Когда он погрузился под воду, он подумал, что кричал зря, лучше было бы наоборот набрать воздуха. Всплывая, он сбросил пиджак и освободился от ботинок. Вокруг была темнота. Пароход удалялся от него световым пятном в этой самой темноте. На нём слышались голоса. Уже хорошо, значит, выстрел привлёк внимание. Иван надеялся, что его крик тоже был услышан. Однако, сейчас не до этого. Он отвернулся от парохода и стал всматриваться в противоположную сторону. Луна не давала достаточно света, чтобы хорошо рассмотреть поверхность реки. Наконец, ему показалось, что он слышит всплеск. Иван мощными гребками быстро поплыл на звук. Хорошо, что платье на ней было белое. Он заметил девушку в последний момент, она перестала барахтаться и ушла под воду. Иван, схватив за косу, вытащил её голову на поверхность. Оставаясь на месте, Трегубов оглянулся, чтобы определить, в какой стороне пароход. Судно было далеко, но перестало удаляться. Остановились?

– Я здесь, – закричал Трегубов.

– В ответ он услышал приглушенные возгласы.

Иван решил экономить силы и стал, не торопясь, грести в сторону парохода, держа голову девушки над водой. Через некоторое время он отчетливо услышал голос капитана:

– Иван Иванович?

– Я тут, – отозвался Иван.

Матросы сначала втащили в шлюпку девушку, а затем Ивана, который обессилел и не смог самостоятельно в неё забраться. Увидев, что Ольга не дышит, кто-то из матросов перевернул её и резко нажал двумя руками. Изо рта Ольги полилась вода, девушка начала кашлять.

– Жива! – обрадовался капитан, который тоже сидел в шлюпке. – Но что случилось?

Вопрос был обращен к Трегубову. Иван пошмыгал носом, чтобы выиграть время. Всё было очень непросто с этой парочкой. Вспомнились последние слова Гриши. Неужели он знал про брата? Иван решил пока придержать информацию у себя.

– Не знаю, – ответил он, – услышал выстрел, выскочил, смотрю – барышня падает, я за ней и нырнул.

– Молодец! – сказал капитан, – вовремя. Но Вы могли погибнуть, это было опрометчиво! Скажите спасибо Николаю Харитоновичу, это он услышал, как Вы крикнули, что человек за бортом.

Иван подумал: «Как удивительно, что от таких случайностей может зависеть жизнь человека. Если бы Николай Харитонович не был таким недоверчивым, никто бы и не узнал, что они с Ольгой оказались в воде. Кто бы мог подумать, что они не утонут, благодаря этому сварливому человеку».

– Ужасное плавание, ужасное, – покачал головой капитан, когда они вплотную приблизились к кораблю, – думаю, заново освятить пароход.

– Не помешает, – согласился, промокший и дрожащий на холодном ветру, Иван. Он смотрел на девушку, которая начала приходить в себя.