Роман Елиава – Речной детектив (страница 12)

Когда они поднялись на пароход и вошли в свою шикарную, по меркам этого парохода, двухкомнатную каюту, Всеволод, как бы невзначай, спросил сестру:

– Ты ничего не хочешь мне сказать?

– Ты о чём? Не понимаю тебя.

– Ну, ты пригласила этого Ивана Ивановича на прогулку, а теперь приглашаешь на ужин?

– Ах, вот ты о чём, – покраснела Ольга, – мне кажется, он – приятный человек, хороший собеседник. Почему бы нам с ним не познакомиться ближе. Поездка долгая, это займет нас. Я вижу, что Вы с ним нашли общий язык, он примерно твой ровесник, вот я и пригласила его на ужин.

– Вот как! И это всё?

– Да всё, – пожала плечами девушка. – А что?

– Нет, ничего, – дипломатично решил отступить Всеволод.

Ужин проходил для девушки в той же нервозности, что и прогулка. Она что-то говорила, спрашивала и отвечала, периодически теряя нить разговора, понимая, что выглядит при этом совершенно нелепо. Ольга пыталась взять себя в руки, но получалось это с трудом.

«Почему он на меня не смотрит? – думала она, сидя напротив Ивана. – Господи! Всё же просто – я ему не нравлюсь. Я – уродина, а он – красавец. На что я надеюсь? Что у меня вообще в голове? Нужно с этим заканчивать. Он мне не пара. Мне это не нужно. Поужинаем и всё. Почему он всё время смотрит на Севу, я же не какая-то там уродина. Ну, посмотри на меня!»

Когда ужин закончился, и Трегубов ушёл первым, у девушки невольно вырвался вздох облегчения.

– Что такое? – Сева как-то странно на неё посмотрел.

– Душно здесь, – ответила Ольга брату, – пожалуй, я перед сном подышу, а ты иди, не жди меня.

Всеволод ушёл, а Ольга вышла на палубу. Уже стемнело, и стало прохладно. У бортика стояли носатый господин, который спорил ранее с покойным князем, и черноволосый мужчина в черном, который ранее сидел за одним столиком с Трегубовым. Черноволосый что-то монотонно объяснял носатому. Снизу доносились радостные вскрики – на нижней палубе гуляла шумная компания. Когда черноволосый ушёл, то носатый господин перегнулся через перила и посмотрел вниз.

– Ну как прикажите отдыхать в таком шуме? – спросил он Ольгу и, не дождавшись ответа, ушел в сторону кормы, тихо бормоча себе под нос, – что за пароход, что за люди?

Навстречу ему прошла пожилая пара, им пришлось посторониться, поскольку злобный господин шёл прямо на них и не собирался уступать дорогу. Ольга тоже решила прогуляться и пошла вслед за ним. Она миновала пожилую пару, уступив им дорогу, и увидела, что навстречу идёт художник. Вид у него был странный, а рыжие кудри трепал ветер. В этом момент в тишине послышался громкий всплеск, снизу кто-то истошно закричал:

– Человек за бортом!

Ольга и художник остановились и стали смотреть за борт. Крики слышались по всему кораблю, двое человек с нижней палубы спрыгнули в воду. Пароход застопорил ход, а матросы стали спускать лодку.

– Что случилось? – Ольга услышала знакомый голос.

– Кажется, человек упал за борт, – ответила она Грише Коновалову.

– Вот незадача, как говорится, надеюсь его спасут.

– Я тоже.

– Нашёл его, сюда! – послышался крик из воды.

Все пассажиры собрались вдоль борта и наблюдали, как в спущенную шлюпку втащили тело, а затем пловцов. Затем матросы вскарабкались по канатам и подняли лодку снова на борт. Люди продолжали стоять.

– Снизу на верхнюю палубу поднялся неприятный носатый господин:

– Мертвый, – сказал он в воздух.

– Как, совсем? – спросил он.

– Мертвее не бывает.

– Но кто это? – спросил Этьен.

Иван

Весь ужин Ивану было не по себе. Девушка не спускала с него глаз и смотрела так, как будто то он был диковинкой, или у него на голове выросли рога. Он старался не смотреть на Ольгу, а поддерживать разговор с её братом потому, что девушка вела себя очень странно, говорила невпопад и, зачастую, какие-то глупости. Брат тоже был не без странностей, Иван быстро вычислил ряд вопросов, обсуждать которые Всеволод тщательно избегает, а именно, чем занимаются их родители, где живут, а также некоторые периоды прошлого тоже были табуированы. Трегубов продумал и задал несколько контрольных вопросов, чтобы убедиться, что это ему не мерещится в силу своей профессиональной подозрительности. «Интересно, что они скрывают и почему, – подумал он, – люди обычно откровенны со случайными знакомыми, которых они больше никогда не увидят, хотя бы по самой сути, без подробностей. Здесь же чувствовались какие-то тайны. Ну, да бог с ними! Он сойдёт в Казани и никогда больше их не увидит».

Иван откланялся и решил сразу пойти спать. Не выходя на палубу, Трегубов по внутреннему коридору прошёл в свою каюту и достаточно быстро погрузился в сон. Через какое-то время его разбудили крики, но Иван перевернулся на другой бок и снова заснул. Разбудил его осторожный, но настойчивый стук в дверь.

– Кто там? – спросил он недовольно.

– Шеин, доктор, – услышал он в ответ.

– Я уже лег спать, что Вы хотели?

– Вас просит к себе капитан, это срочно.

– Капитан? – удивился Трегубов. – Зачем?

– Одевайтесь, сами увидите. Это важно.

Заинтригованный Иван вздохнул и начал одеваться. Михаил Александрович ждал его в коридоре. К удивлению Ивана, доктор повёл его не на мостик. Далеко идти не пришлось. Они остановились у одной из кают второго класса, и Шеин постучал. Дверь открыли, и они вошли. В каюте были капитан и ещё кто-то из экипажа. Но взгляд Ивана сразу упал на тело, лежащее на кровати. То, что это – труп, было сразу понятно по освещенному электрической лампой неподвижному лицу, которое уже приобрело какой-то землистый оттенок. Щеки у князя Кобылина запали, а бакенбарды и усы слиплись.

– Иван Иванович, мы вас сюда пригласили, как представителя полиции на борту парохода.

– Не совсем понимаю? – недоуменно спросил Иван.

– Это – насильственная смерть, – сказал Шеин из-за спины Трегубова.

– Его что, утопили? – Иван обратил внимание, что одежда была мокрой и на пол натекли лужи.

– Да, но сначала задушили, – доктор вышел вперёд и отвернул ворот рубахи Кобылина.

Трегубов тоже сделал шаг и наклонился. На шее был виден отчётливый красный рубец.

– Думаю, воды в лёгких нет, его выбросили за борт уже мёртвым.

– Вы уверены? – уточнил Иван, хотя смысла в его вопросе не было.

– Да, – ответил Михаил Александрович, – орудие убийства – какая-то тонкая веревка или шнур, я просмотрел всю шею, но более точно не могу сказать, текстура непонятна.

Трегубов выпрямился:

– Я всё же не совсем полицейский, но на судне есть настоящий агент сыскной полиции.

– Кто он, в каком классе? – живо спросил капитан.

– Синицын Сергей Иванович. В каком классе, не знаю, и он может быть не под своим именем. Я его случайно встретил. Он невысокий, примерно аршин и пять или шесть вершков, фигура обычная. Глаза серые, нос прямой, расширяется к губам, губы тонкие, подбородок маленький, на голове залысины, уши слегка оттопырены.

Капитан кивнул члену экипажа:

– Всё слышал? Найдите этого агента. Странно, что он сам не появился, когда всё это приключилось. Столько шума и крика было.

– Может, был занят, может спит, а мог и выйти в Корчева или Кимре, – предположил Трегубов.

– В Корчева точно никто не сходил, – покачал головой капитан. – Подождём, может, его сейчас приведут.

– Давно это случилось? – спросил Иван.

– Нет, буквально полчаса назад, – ответил Шеин.

– Кто его обнаружил? Он же в воду упал?

– Он с верхней палубы упал, где-то в районе кормы, – ответил Алексей Николаевич. – На нижней палубе плотницкая артель гуляла, они заметили, как он падал, и двое сразу прыгнули за ним, за борт, спасать. Повезло. Если бы не это, сложно бы было. Пока разобрались бы, что к чему, пока спустили шлюпку, пароход бы ушел с места падения, а течение отнесло тело. Да и ночь наступает, как в темноте найдешь?

– Получается, что убийца спланировал, чтобы все подумали, что князь упал в воду и утонул? – предположил доктор.

– Получатся, что так, – согласился Иван.

В дверь постучали, вернулся ушедший ранее матрос:

– Нет такого господина на корабле, – сообщил он.

– Не может быть, – не поверил Трегубов. – Может, спит в какой каюте? Я же спал.