Роман Елиава – Хроники планеты монстров (страница 2)

Наша экспедиция стала возможной только после изготовления двигателя Пульмана – Андерсона. На основе эффекта Пульмана конструкторское бюро Андерсона разработало субсветовой двигатель.

Нашей миссией была разведка. Мы должны были высадиться на экзопланете земного типа и отправить «Надежду» назад, ожидая новый большой корабль с поселенцами. Второй корабль назывался «Ковчег», он только проектировался. Наш корабль «Надежда» представлял, по сути, большой дом, который отстегивался от непосредственно несущей части и мог сотни лет автономно работать на ядерном генераторе. Мы должны были подтвердить, что планета пригодна к заселению.

Выбранная планета находилась в более чем ста световых километрах от Земли, поэтому был нужен анабиоз, консервация. Аппараты DC, которые были разработаны к тому времени, проверялись прямо на нас. Времени не было.

Около двухсот лет в капсуле, в которой создавался искусственный микроклимат, включая давление, симулирующее силу тяжести. Вот, что нам предстояло. А потом либо мы на «Новой Земле», либо нет. О последнем не хотелось думать.

Ученые считали: вероятность того, что планета похожа на Землю, очень велика. Планету открыли давно, еще с помощью телескопа NASA «Кеплер». Этот телескоп работал с 2009 по 2013 год. Он помог обнаружить более трех тысяч экзопланет, то есть, планет, находящихся за пределами солнечной системы. А самая первая планета была открыта в конце двадцатого века у оранжевого субгиганта Гамма Цефея. Нашей целью была тоже оранжевая звезда, только уже карлик по размеру. Она находилась в созвездии Паруса, самая большая звезда которого названа в честь астронавта Роджера Чаффи. К описанию этого созвездия приложил свой сухой математический ум в восемнадцатом столетии мой соотечественник Николя Лакойль. Он занимался составлением карты звезд Южного полушария и преобразовал созвездие с романтическим названием «Корабль Арго» в три созвездия с названиями Парус, Киль и Корма. Хочу оставить без комментариев такой творческий подход Николя, но, тем не менее, его вклад в астрономию неоспорим.

Итак, нашей целью была планета, вращающаяся вокруг оранжевого карлика. Чтобы было понятно, оранжевый карлик – это нечто среднее между красным карликом и желтым карликом, каковым является наше Солнце. Среднее с точки зрения светимости и размеров. Наш оранжевый карлик был семь десятых от размера Солнца и столько же от его светимости. Возможно, что вокруг него вращалось еще несколько планет, но после исследований «Кеплера», подтверждена была только одна. Планета была твердой, бывают еще газообразные. В солнечной системе таких четыре. Размер планеты был около полутора от земного, и находилась она ближе к звезде, чем Земля к Солнцу, в зоне, характеризуемой возможностью жизни. У планеты была атмосфера и, предположительно, вода на поверхности.

Она была выбрана после нескольких лет бурных споров ученых из достаточно большого списка. В этот список входили около трехсот планет нашей галактики, которая носит название Млечный Путь. Что-то выбраковывалось по качественным признакам, а что-то просто по расстоянию. Диаметр нашей, спиралевидной, галактики составляет около ста тысяч световых лет или один квинтильон километров. Можете представить? Я не очень. Солнечная система находится ближе к краю галактики, на расстоянии от центра в две трети радиуса. При этом, ближайшая звезда к Солнцу находится на расстоянии четырех световых лет, а самые дальние системы – около восьмидесяти или девяноста тысяч световых лет.

Конечно, концентрация звезд, а, значит, и планет выше в центре галактики, которым является, например, созвездие Стрельца. Если бы у нас была возможность исследовать планету за планетой, как это описывается в фантастических романах, лететь надо было бы туда. Но в реальности мы могли лететь только по маршруту от одной точки к другой точке. Причем, во время полёта люди находились в анабиозе, а всё должна была делать автоматика корабля. Мы должны были стартовать с Земли, используя ракету носитель. На орбите запускался уже двигатель Пульмана-Андерсона, и корабль устремлялся к звездам. Затем он выходил на орбиту планеты оранжевого карлика и отстреливал жилой и исследовательский модули. Эти модули спускались на поверхность вместе с астронавтами на борту. Через месяц или раньше, по нашему сигналу, «Надежда» должна была взять курс назад и привезти на Землю данные исследований и данные, переданные нами с поверхности. Но мы, экипаж «Надежды», второй корабль не дождались бы в любом случае, умерли бы от старости. Кроме того, шанс, что корабль благополучно долетит до планеты и вернется назад был существенно ниже шанса, что планета похожа на Землю.

Воспоминания и мысли метались у меня в голове, затем превратились в обрывочные цветные пятна, и я, незаметно для себя, уснул.

Разбудил меня шум открывающейся двери. Я протер глаза. На пороге стояла Шейла, которая не позаботилась постучать.

– Пора, – сказала она и пошла дальше.

Я натянул ботинки, умылся холодной водой и вышел в коридор. Все уже были там. На их лицах, помимо усталости, читалось недовольство. Так с нами, с астронавтами, никогда не обращались. Я метнул взгляд на Вернера. Казалось, он за это время не только не сместился, но и не поменял позы.

– За мной, – скорее скомандовала, чем попросила Шейла Хилл.

Мы гуськом потащились за ней. Я оглянулся и увидел нашу тень, Вернера, он тоже пошел с нами. На этот раз мы дошли до двери большого грузового лифта. В лифте было двадцать кнопок, и кнопка первого этажа была наверху. Значит, мы под землей, сделал я вывод. Может быть, военная база? Но зачем нас сюда притащили? Я не обратил внимания, какую из кнопок нажала доктор Хилл. Внимание было приковано к своему лицу в зеркале лифта: такое же мрачное, как и у остальных, с синяками под глазами. В зеркале я перехватил взгляд Вернера.

– Что – нравлюсь? – решил я пошутить. Извини, крошка, но я не из этих.

Моя шутка не имела успеха, а Вернер даже бровью не повел. Только Шейла посмотрела на меня неодобрительно. Я пожал плечами. Лифт приехал, и двери открылись.

Коридор этажа был ярко освещен. Стены и потолок покрыты декоративными панелями, скорее всего, из пенопластика. Мы пошли налево, в сторону стеклянных дверей. Дойдя до дверей, Шейла пропустила нас вперед, а затем зашла сама. Вернер остался снаружи. Это был конференц-зал, чем-то похожий на небольшую лекционную аудиторию в университете. Очевидно, он занимал два этажа подземелья в высоту.

В зале рядами стояли столы с металлическим каркасом.

– Прошу вас, садитесь, – произнес человек за столом лектора.

Их сидело там двое. Он и еще лысеющий мужчина лет сорока пяти, показавшийся мне знакомым.

Я сел на второй ряд. Рядом со мной опустился Борис.

– Я думаю, террористы взорвали корабль, а нас поместили в тюрьму. Ищут сообщников среди команды, – доверительным тоном прошептал он мне на ухо.

Это, конечно, полный бред, но Вернер с пистолетом мне не нравился. Зачем он здесь? Хотя, что гадать, послушаем.

Первый мужчина лет пятидесяти с седой шевелюрой и такими же седыми короткими усами над верхней губой поднялся и начал говорить.

– Я хочу вам объяснить, что с вами произошло, но это будет проще сделать, если вы не будете меня перебивать, – вместо приветствия начал мужчина. Тогда я смогу всё рассказать, не путаясь в преждевременных вопросах. Хорошо?

Мы все с интересом кивнули. Пока никто нас не собирался пытать, подумал я и посмотрел на Бориса. Его, судя по всему, такое мирное начало ни в чем не убедило.

– Сначала хочу представиться, – продолжил усатый мужчина. Меня зовут Эдвард Тревор, я комендант этой базы. Это мой заместитель Алекс Буш, – указал он на соседа. – С доктором Хилл вы уже знакомы, как и с доктором Штейн. А это наша служба безопасности – Винсент Тани, – представил он входящего мужчину.

– Извините, что опоздал, был занят, – сказал Тани, садясь. – Продолжай, Эд.

Вошедший мне не понравился – еще один тип в камуфляже. Тонкая кость. Лет тридцати. Темные волосы прилизаны назад.

– Теперь, после всех представлений, главное. Хочу всех вас поздравить и приветствовать на планете «Новая Земля» от всех колонистов, живущих на этой базе.

Если охарактеризовать моё состояние после этих слов, то сказать, что у меня отвалилась челюсть от удивления, это не сказать ничего. Я посмотрел по сторонам и увидел, что мои коллеги астронавты точно также сидят и соревнуются, кто сильнее открыл рот от удивления. Первым, как и положено командиру, пришел в себя Финн.

– Этого не может быть! Что за шутки? Полёт отменили?

Мы дружно загалдели в поддержку командира, одновременно задавая те же вопросы. Но Тревор поднял руку, призывая к тишине.

– Да, вы не ослышались. В это трудно поверить. Но это так.

– Как так? – переспросил Финн.

– Вы летели очень долго. Почти двести лет. За это время произошло много событий. Главное из них произошло на Земле через десять лет после вашего отлета. Изобрели возможность перемещения через пространство Дрёшера-Хайма, то есть, возможность перемещаться быстрее скорости света через прокол в пространстве.

Мы затихли.

– У вас был субсветовой двигатель Пульмана-Андерсона, на основе эффекта Пульмана. А прокол пространства происходит мгновенно, нужно только очень много энергии, – он откашлялся.