Роман Булгар – Таежное смятение чувств. III. Полет (страница 16)
– Хорошо, Вика, – согласился второй секретарь обкома, – этот вопрос мы уладим. При одном условии…
Сразу насторожившись, Шатова скосила один глаз на своего сановитого собеседника и поинтересовалась:
– При каком условии, Сергей Александрович?
– Если ты, Вика, оставишь сейчас свою спутницу в полное мое распоряжение! – похлопал мужчина рукой по ее ладошке.
– Нет проблем! – выдохнула облегченно Виктория. – Ты можешь забирать ее к себе! Для этого я и взяла ее с собой!
– Что? – посмотрел мужчина пристально на нее. – Ладно, потом мне, девочка, при случае все обстоятельно расскажешь. А пока, раз мы твой вопрос решили, можешь соскочить возле своего завода. Или у тебя есть что-то еще? Говори!
– Нет-нет-нет! – замотала Виктория отрицательно головой. – Спасибо, Сергей Александрович, что уделили мне время!
Выйдя из черной обкомовской «Чайки», Шатова удовлетворенно вздохнула. Было трудновато, но они с честью вышли из нелегкой ситуации, которую сами себе успешно и создали.
Повернувшись всем телом к сжавшейся в уголочке женщине, Волошин дотронулся до ее плеча рукой, негромко проговорил:
– Ну, расскажи-ка мне, Машенька, как сейчас поживают твои рукокрылые подопечные…
– Нормально они сейчас поживают, – пожала Мария неопределенно плечами. – Где же твои длинные кудри, Серж?
– Да, – махнул Волошин беззаботной рукой. – Как вернулся я из отпуска, состриг. Меня переводили на партийную работу, пришлось соответствовать духу времени. А как ты…
Вглядевшись в его ставшее почти неузнаваемым лицо, Мария с грустью в голосе поведала о том, что уже несколько месяцев сидит без работы, была вынуждена устроиться в дом к первому секретарю Ленинского райкома партии в смутной надежде на то, что сможет через Наумова вернуться в свой родной институт. Ей обещали, но не особо твердо, что когда-нибудь, может быть…
– Сегодня же возьми расчет. Забери все свои вещи и перебирайся ко мне. Работу тебе мы найдем! – заявил Волошин со всей твердостью в хорошо поставленном руководящем голосе.
– Серж, ты меня не так понял! – покачала головой Мария. – Мне необходима моя настоящая работа, а не временное убежище! И у меня есть дочь-подросток! Сразу предупрежу тебя, что ребенок весьма проблемный! Давно стоит мое чадо на учете в детской комнате милиции. Пока я занималась своими рукокрылыми, дочь я свою полностью упустила!
– Сколько ей лет? – поинтересовался Волошин.
В душе он желал услышать от Маши совсем другое, но услышал то, что ему не особо хотелось услышать.
– Четырнадцать! – выдохнула Мария.
– Хочешь сказать, Маша, что это мой ребенок? – прищурился Волошин, испытывая ее, хотя он прекрасно знал, что девочка Марии ни в коем случае быть его дочерью не могла.
Он слишком хорошо помнил перипетии той самой ночи, когда подрядился быть проводником у одной молодой особы. Отцом ее ребенка мог стать один из братьев его жены Марьям.
– Да я полгода до тебя, Серж, ни с кем не спала! – вскинулся обиженный женский подбородок. – И потом я до себя больше никого не допускала! Я уверена на все сто!
– Я верю тебе, Машенька! – произнес Волошин с особой теплотой в голосе. – Мне хочется посмотреть на мою дочь!
На женское лицо легла тень мучительного сомнения. Не знала Маша Смирнова, обрадует ли Сержа то, что он увидит. Она и сама временами не могла понять, на кого именно была похожа ее Иринка. Иногда ей казалось, что ее девочка почему-то сильно напоминает ей жену проводника Марьям, и именно это самое обстоятельство никак не поддавалось разумному объяснению…
Девочка проснулась, посмотрела на настенные часики с кукушкой. Пошел десятый час, значит, бабка уже уперлась на рынок торговать всякой никому не нужной дребеденью.
– Достала уже ваша нищета! – глянула девчонка с ненавистью на окружающую ее убогую обстановку. – Папаша, сволочь такая, заделал ребенка моей мамке и трусливо сбежал!
Вздохнув и соскочив с кровати, ребенок на ходу напялил на себя старенькую футболку и коротковатые для его роста штанишки. Совершенный девчонкой поход-набег в доисторический холодильник положительных эмоций ей не доставил, так как обозрение пустых полок холодильной камеры и толстенного слоя льда в морозильном отделении наличие съестных припасов не обнаружило, кроме заплесневелого кусочка плавленого сыра «Дружба» и остатков прокисшего молока в литровой бутылке.
– Приплыли! – толкнула девчонка с силой дверцу вперед. – Даже пожрать ничего мне бабка не оставила! Грымза ворчливая! Сука старая! Только о себе и думает! Мать вкалывает, а эта баба-яга все на свою выпивку тратит. Совсем выжила из ума! Скоро все уже из дома вынесет и за жалкие гроши продаст!
Выскользнув из убогой квартиры, подросток спустился во двор и, оглянувшись, быстренько обогнул пятиэтажку из красного кирпича и подошел к ржавой и давно не крашенной пожарной лестнице. С тыльной стороны дома, очень плотно примыкавшего к соседней пятиэтажке, обычно в это время никого не было.
Да и что, собственно, было делать там нормальным людям, если в узеньком проеме между двумя кирпичными стенами постоянно страшно дуло, сквозило, как в аэродинамической трубе.
– Ого! – поежилась девочка. – Ураган в пять баллов! Эй, там, на мачте! Смотреть в оба и не зевать!
Надвинув на глаза кепку, накинув на плечики старенький, весь в потертостях серовато-бурый плащ, девчонка встала на специально выложенные в этом месте кирпичики, подпрыгнула и уцепилась за самую нижнюю перекладину. Легко и ловко подтянувшись, гибкая и верткая бестия дотянулась до второй перемычки, качнувшись, зацепилась ногами за первую перекладину, в одно мгновение ока, быстро перебирая руками, оказалась на уровне третьего этажа. Снова тщательно оглядев всю прилегающую и просматривающуюся с ее высоты местность, проказница потянулась влево, уцепилась рукой за перила, быстрой тенью перепрыгнула на близко примыкающий к пожарной лестнице небольшой балкон. Дверь в комнату, как и всегда, оказалась не запертой. Хозяева хаты даже не подозревали о том, что на их балкон можно довольно легко проникнуть, пребывали в полной беспечности, чем и воспользовалась девчонка.
– Ну, и здравствуй, дом, богатый и гостеприимный! – поклонилась она церемонно. – Соскучился, поди, по мне? – высветилась на ее личике довольная и торжествующая улыбка.
Столь нетривиальным образом одна маленькая бестия залезала на чужой балкон и посещала соседскую квартиру далеко не в первый раз. С хозяевами шикарно обставленной квартирки они давно были соседями по одной лестничной площадке, а потому девчонка все знала про обитателей сказочных хором.
– Вот я и пришла, пока твои на отработке…
Нелюдимый дядя Сева работал дежурным начальником смены в большущем гастрономе, а более общительная с людьми тетенька Полина устроилась там же, сидела на кассе.
Жившие в относительном достатке соседи двенадцать дней с открытия гастронома и до его закрытия проводили в магазине, потом они двенадцать суток отдыхали, торчали целыми днями дома, и тогда у бедного ребенка наступали постные дни.
– И что нам птица счастья послала сегодня? – подошла девчонка и открыла дверцу новенького холодильника «ЗИЛ».
От увиденного на буквально ломившихся полках съедобного изобилия у ребенка даже захватило дух. Должно быть, накануне торгаши вынесли из своего чудо-магазина половину имеющихся в закромах продуктов, запаслись впрок.
– В нашем деле тут, – отрезала аккуратно маленькая проказница две сочные сардельки, – главное, чтобы не попутали!
А чтобы не повязали, не следовало оставлять за собой следы пребывания в соседской квартире, иначе эти места обетованные можно было быстро поменять и на места не столь отдаленные, как у них в народе многозначительно и с усмешкой говорят.
Утолив первый голод, тщательно удалив со стола все крошки и старательно протерев все поверхности влажной тряпочкой, девчонка со стороны глянула на плоды своего усердного труда, осталась весьма довольна. На кухне все блистало и сверкало. А то, что в холодильнике и в хлебнице немного убыло, хозяева придут вечерком под хорошим хмельком и не заметят.
– Времени у нас навалом и еще одна кучка! – кинула девчонка мимолетный взгляд на стоявшие на комоде часы. – А не принять ли нам сейчас горячую ванну?
Скинув с себя всю свою нехитрую одежонку, подросток залез в огромную ванную и с головой ушел под воду. Такого наслаждения в собственной ванной комнате девчонка никогда не могла бы испытать по той самой простой причине, что их давно проржавевшая ванна представляла собой убогое зрелище.
Капнув из лежавшего на стеклянной полке под зеркалом тюбика со средством для принятия ванн, девчонка рукой взболтала воду, и перед нею выросли горы из радужной пены.
– Как в сказке! – выдохнуло счастливо бедное дитя, что мало хорошего видело в собственной жизни.
С полчаса понежившись, девочка принялась намыливать себя душистым и приятно пахнущим мылом. Пышной мочалкой бестия предусмотрительно пользоваться не стала, потому что та до прихода местных торгашей могла элементарно и не высохнуть.
Хорошенько просушив длинные волосы хозяйским импортным феном, девчонка тщательно протерла полы, обследовала взглядом все закоулки и только тогда прикрыла за собой дверь.
– Отдохнули душой, – хмыкнула бестия, – пора и честь знать! Хорошего помаленьку…