Роман Булгар – Таежное смятение чувств. II. Возвращение (страница 8)
Через пару месяцев Михайло Тимофеевич Козак поехал в город и за бочонок красной икры оформил документ о том, что Дашка прошла обучение на курсах и успешно сдала все положенные экзамены. Пришлось Дашке за это исправно прыгать в постельку председателя поссовета, но оно стоило того…
– Я рад за тебя, сестричка! – улыбнулся Зимин.
Ему нравилась новая Дашка. В ее взгляде появились и сила, и спокойная уверенность в себе, пропали покорность и бессловесное подчинение своей несчастливой судьбе.
Шатова посмотрела на часы и заявила:
– Не будем терять времени! Все идем в баню!
– Виктория Игоревна! – моргнула Пелагея озадаченно. – Один мужик и три бабы – это явный диссонанс! Ко всему прочему, у меня нет с собой купальника! Не буду же я рядом с Борькой голышом щеголять! Володька мой увидит, прибьет меня!
Но Шатова уже приняла решение и, скорее всего, давно все обдумала и подготовилась. Усмехнувшись, она повела девушек в одну из комнат, показала и популярно пояснила:
– Для вас я купила пять купальников. Выбирайте…
Изначально Вика предполагала, что с ними в компании будет ее подшефная Галочка, но за отсутствием Юдиной ее место может занять неожиданно объявившаяся родственница Зимина.
– С вашими размерами, надеюсь, я почти угадала, а цвет и фасон вы подбирайте сами! – добавила Шатова, глядя на то, как Пелагея и Дашка рассматривают разложенные на кровати комплекты из кусков цветастой материи и шнурков-завязочек.
По ее мнению, к хорошенькой женской фигуре подойдет любой купальник и из любого материала. А завязочки могли запросто завуалировать небольшие проблемы с неправильно подобранным размером. Тесемочки делали все эти комплекты практически безразмерными. Борису предложили на выбор из разложенных в другой комнате мужских плавок…
До баньки Дашка и Борис добрались первыми. Неспешно разделись они, чтобы не смущать Шатову и Краснову, зашли в помывочную комнату, уселись на деревянную лавку.
– Думаю, братец, ты не станешь отрицать факт, что переспал с обеими бабенками, – глянула Дашка на парня всё понимающими глазами. – Я заметила, как они украдкой на тебя смотрят!
– Я старался, сестренка… – отшутился Борис.
– А ты не боишься, что они сейчас дружно накинутся на тебя и возьмут тебя силой? – сузила сестричка глазки и усмехнулась.
– Думаю, твое присутствие им помешает! – скалил зубы развеселившийся братец. – А было бы неплохо организовать тут свальную банную вечеринку…
Дашке показалось, что у нее появился отличный шанс с ходу вписаться в новое окружение Бориса. По идее, она была из Зиминых и тоже где-то приходилась родней директору завода.
– А что они за люди, скажи! – попросила она.
С лица Бориса соскользнула веселящаяся улыбка, оно стало серьезным. Братец негромко произнес:
– Это очень хорошие люди, Даша! Не стоит тебе портить отношения с ними глупыми и безрассудными выходками.
– Да я и не собиралась, Борис! – моргнула девушка, отгоняя от себя шальные мысли. – Я просто хотела поближе их узнать.
– Узнаешь! – усмехнулся Зимин. – Ты сама поменьше болтай, а больше их слушай. Они сами о себе подробно расскажут…
Хлопнула входная дверь, в предбаннике послышались веселые женские голоса. Виктория и Пелагея скидывали с себя все лишнее, непринужденно балагурили и озорно веселились.
– Зимины! – выкрикнула громко Шатова. – Мы разделись и готовы! Но для начала мы выпьем по рюмочке горячего чая!
Молодые люди понимающе переглянулись, рассмеялись. Вечер отдыха начинался по хорошо обкатанной программе.
В предбаннике имелся добротный деревянный стол. На нем важно стоял пузатый самовар. Возле него выстроились в ряд стаканы в серебряных подстаканниках. Чуть поодаль от них скромненько сгрудились хрустальные рюмочки, рядком теснились подле бутылки с коньяком. Тут же приземлилась тарелочка с нарезанными дольками лимона. И уже на самом краю стола устроилась большая коробка с дорогими шоколадными конфетами.
– По маленькой! – провозгласила Шатова. – Сегодня у нас все пьют! Повод у нас есть самый обалденный! Наш Павел Андреевич повелел мне строго первый тост поднять за его племяша и за его племянницу! За вновь приобретенных членов семьи!
Должно быть, Виктория Игоревна не без на то оснований тоже причисляла себя к семье директора завода, и Краснова глянула на Вику испытывающим взглядом, но промолчала, так как была совершенно не в курсе некоторых последних событий.
Но торопить события Пелагея не собиралась, решила набраться терпения и подождать до официального объявления. Она все еще чуточку стеснялась того, что оказалась у всех на виду в ее откровенно облегающем гениталии купальнике, который, скорее всего, лишь все приоткрывал, чем скрывал от любопытных взглядов.
За первой рюмкой последовала вторая. Выпили за здоровье пока все еще отсутствующего хозяина.
– Все! Баста! – поднялась Виктория из-за стола. – А то мы так сегодня до парилки и не дойдем! Меня, чур, парят первой!
Глядя на изящные фигурки полуобнаженных красавиц, Борис думал о том, что самое красивое тело досталось именно Вике. Несмотря на свой возраст, Шатова выглядела лучше и Пелагеи, и Дашки. Но его сестричка была намного младше и Виктории, и Пелагеи, и ее юная кожа давала фору любой ее сопернице…
Когда Зимин зашел в парилку, Шатова тихо лежала на скамье, надежно спрятала от него свои ждущие глаза. Ее купальник по частям валялся на другой лавочке. Борис достал заранее запаренный веничек из тазика с настоем из засушенной еще летом крапивы и легонько потряс им над женским телом.
– Подожди! – перевернулась Вика на спину, а затем и вовсе встала со скамьи. – У нас с тобой слишком мало времени! Ложись спиной на лавку! И понеслась коза по кочкам…
За неплотно прикрытой дверью хорошо слышались томные охи и ахи Пелагеи, которая позволила испытать на себе все мастерство молодой массажистки. Поначалу дело не шло. Краснова была вся напряжена, и мышцы ее стали твердыми, как камень.
– Расслабься! – произнесла Дашка негромко. – Не думай ты ни о чем! Забудь про все! Оставь все свои проблемы снаружи!
– Тебе бы мои проблемы! – выдохнула Поля бездумно.
– У меня, черт, и своих проблем выше крыши! – хмыкнула Даша. – На что мне твои проблемы? А вот мой братец говорил мне, что собирается с утречка съездить по твоим делам. Так что, забудь на время обо всем, лежи и наслаждайся! – повелела она, и Краснова мгновенно повернула к ней голову.
– Он не знает, – прошептала Пелагея, – что за леском, всего-то в пяти минутах ходьбы, останавливается та самая электричка…
Стараясь особо сильно не шуметь, Вика надвинулась на тело улегшегося на спину Бориса, ловко оседлала его.
– Что-то твердость твоя растворилась в коньяке! – ерничала Шатова, укоряя парня. – Или ты, негодник, успел пошалить с вновь приобретенной сестрицей? – состроила женщина грозное личико. – Узнаю, прибью! – коснулась Виктория его груди кончиками молочных желез, они твердыми наконечниками царапали кожу и усиливали нарастающее возбуждение. – Другое же дело! – выдохнула Шатова. – Узнаю привычного Зимина. Дотронься до моей груди! Ох! – вырвался восторженный крик из ее нутра. – Мне так хорошо! Ты сводишь меня с ума! Негодник…
Если совершенно расслабленная Пелагея ничего вокруг себя не слышала и не видела, то Дашка явственно все ощущала и поняла, что за дверкой в парилке кто-то и не парится, а занимается совершенно иным. По ее приоткрытым губкам быстро пробежалась ироничная улыбочка. Она так и знала, что ее братец в большом городе времени зря не терял и пробивал себе дорогу в люди…
Едва женщина соскользнула с него, Борис мгновенно тут же соскочил с широкой скамьи, натянул на себя плавки, взялся обеими руками за два веничка, показал глазами Вике на лавку, и та послушно раскинулась на деревянном ложе.
– Теперь, Зимин, можешь запарить меня до смерти, – прикрыла женщина удовлетворенные глаза. – Ты обещал мне, что покажешь, как парятся люди в дремучей тайге…
Усмехнувшись, парень ловко заработал веничками, то и дело менял силу, темп и направление ударов. Постепенно Вика поплыла и полностью расслабилась. Мастер свое дело знал…
С трудом выбравшись из парилки на подгибающихся ногах, Шатова без всяких сил опустилась на стульчик и, не раздумывая ни о чем, потянулась рукой к бутылке, плеснула себе в посудину.
– Ну ты и уделал меня! – выпила рюмку, закусила шоколадом и протянула она. – Пелагея, твоя очередь! Рекомендую! Я себя чувствую так, словно бы заново на свет родилась!
Но Краснова от греха подальше наотрез отказалась от услуг смотревшего на нее с загадочной улыбочкой банщика.
– Я лучше Володьку подожду! – ответила она, так и не подняв смущенной головы. – Я только ему доверяю!
– Пойдем, Пелагея! – потянула Краснову за собой Дашка. – Вместе попаримся! Я по тебе не хуже Борьки пройдусь…
Зимин подсел ближе к столу, налил в стакан из самовара крутого кипятка, добавил заварки, насыпал сахарку, кинул две лимонные дольки, ложечкой помешал. Виктория последовала его примеру и, отдуваясь, с наслаждением попивала крепкий чаек.
– Вот где они все пируют! – раскрылась дверь в предбанник, запустила внутрь Савельева и молодого Шатова. – Пока мы с тобой пахали, они веселились от души! – отказался от чая Павел Андреевич и наполнил рюмку, а Володька, раздевшись, сразу нырнул в парную, выпроводил оттуда Дашеньку, которая тут же подсела к самовару. – Пойдем-ка, ополоснемся! – потянул Савельев Вику в помывочную. – Соскучился я по тебе, нету сил!