Роман Азаренков – Похититель перемещений. Часть 3 (страница 9)

Со всех сторон послышалось одобрительное хихиканье.

– А мы уже хотели съесть вас, – повернул он к путникам свою мерзкую крысиную морду. – Но не переживайте: может ещё и съедим. Это уж как хозяин решит.

Он принялся вышвыривать припасы из рюкзаков, а остальные шушарики ловили их и вонзали в них свои острые кривые зубы.

Юля всё ждала, что будет, когда очередь дойдёт до таинственных конфет, которые Грибная Фея строго-настрого запретила ей есть. Но тут она заметила, как командир, достав мешочек с красной ленточкой, спрятал его себе за пазуху, видимо решив съесть их один.

Потом очередь дошла до других вещей, но они не вызвали у слуг Архистага особого интереса.

– Тьфу, книга какая-то, – поморщился шушарик, достав дневник, а потом небрежно сунул обратно.

Если бы он только знал, что эта вещь когда-то принадлежала его хозяину, то обращался бы с ней более бережно. Потом он пролистал сначала один альбом для рисования, потом другой и, и снова поморщившись, сказал: «Фу, какое убожество. Зачем марать бумагу, если не умеешь?»

Юле стало обидно, но тут её взгляд скользнул по Часовски, и тот, заметив это покачал головой из стороны в сторону, как бы говоря, что не нужно обращать внимания.

После этого предводитель шушариков порылся ещё, но бутылочка, которую дала ей Ариетта мало заинтересовала его, и он сунул её обратно. Затем он перешёл к следующему рюкзаку, который принадлежал Ване. Там была питательная смесь в бутылке и зонт.

Шушарик откупорил бутылку и тут же закрыл – ему не понравился запах содержимого.

– Это что, магическое зелье какое-то? – спросил он, но вспомнил, что пленникам одели кляпы и снова мерзко захихикал: – А, ну да…

С зонтом он совсем не разобрался, и, помахав им из стороны в сторону, словно надеясь что из него пойдут искры или что-то вроде этого, сунул обратно.

Рюкзак Джимми тоже был опустошён, – только стакан там и остался – кататься из стороны в сторону.

– Я разочарован, – обнажив свои выпирающие зубы уныло произнёс шушарик. – Какую-то ерунду нам принесли, а еды совсем мало.

– Давайте съедим их прямо сейчас, – крикнул кто-то из толпы.

– Пусть на них взглянет хозяин, может быть они ему сгодятся для чего-нибудь, – ответил их предводитель, потом окинул Юлю и остальных презрительно-насмешливым взглядом: – Хотя, я думаю, вряд ли.

Вдруг он посмотрел на девочку, и его маленькие чёрный глазки сузились:

– А это что у тебя там в кармане?

Шушарик подошёл к ней и, несмотря на её сопротивление, достал у неё из кармана кубик Рубика.

Он недоумённо уставился на незнакомую вещь, так что его крысиная мордочка приобрела тупое выражение, потом протянул к ней свои когтистые пальцы и начал вращать.

– Хм, интересно, – пробормотал шушарик. – Ну хоть что-то. Ладно пора вести их в замок, обряд скоро начнётся. Хозяин разорвёт нас на куски, если не придём вовремя.

Кажется сама эта мысль пугала его до смерти. Как и остальных шушариков: они тут же засуетились и, подталкивая путников, двинулись куда-то меж холмов.

«Что ещё за обряд?» – с тревогой подумала девочка. – «Может это как-то связано с домовыми?»

Но спросить она не могла, да и если бы даже у неё во рту не было этой грязной тряпки всё равно не стала бы. Ей было противно даже смотреть на этих мерзких существ, не то что разговаривать с ними. Шушарики показались ей намного хуже мухоморов. Те были злы только на других грибов, «съедобышей», как они их называли, а к остальным, по большому счёту, равнодушны. А вот эти крысёныши, похоже, были злы абсолютно на всех. Им доставляло истинное удовольствие, когда кому-то было больно и плохо.

Но что больше всего было ей противно – предательство Каркарры. Она только никак не могла понять, как так вышло, что ворона оказалась одной из тех птиц, слуг Архистага, что похищают домовых.

Юля не сразу это сообразила. Сперва она была просто шокирована происходящим и с ужасом наблюдала за её превращением. Но потом девочка вспомнила, как их описывал дедушка Анука.

Она взглянула на бывшую ворону, и у неё защемило сердце. В этой суровой страшной птице не было даже намёка на их провожатую. Эх, а она только начала думать, что у них с ней всё наладилось…

Но всё же Юля не могла понять, как такое вообще могло произойти. Ведь Каркарру вместе с ними отправила сама Грибная Фея. И вдруг её осенило. Она вспомнила, как та говорила, что они поймали одну из птиц, похищавших домовых и от неё узнали о планах Архистага. Получается, Каркарра и есть та птица? Ариетта заколдовала её, превратив в ворону, стёрла память и убедила (наверняка так же с помощью заклинания), чтобы она проводила их до замка тёмного колдуна.

Но зачем она это сделала? Потому что эта птица знала дорогу? А может её просто было не жалко?

Чем бы не руководствовалась Грибная Фея, когда это сделала, она ошиблась. Каркарра приняла свой изначальный облик. План провалился. И уже неважно было, почему так произошло. Возможно, чары, наложенные Ариеттой изначально были непрочными, а может быть, они выветрились, пока они шли, или ещё что-то. Всё это не имело значения. Они проиграли и сейчас их ведут к самому Архистагу, который не будет с ними церемониться. Юля только надеялась, что ей хотя бы удастся увидеть Айду и его братьев. Хотя бы ненадолго. Она просто хотела убедиться, что те ещё живы, что весь этот путь, который они проделали, был не зря…

Холмы вскоре расступились, перед ними появилось глубокое ущелье. На другой стороне мрачно возвышался огромный чёрный замок.

За толпой шушариков Юля даже не заметила верёвочный мост, перекинутый через пропасть. Дул сильный ветер, и от его порывов мост скрипел и раскачивался из стороны в сторону. Выглядел он крайне ненадёжно.

Птица-чудовище не стала даже ступать на него. Расправив крылья, она взмыла в темнеющее небо и направилась к замку.

Подходя к мосту, девочка вдруг заметила невдалеке от него небольшое семейство грибов. Она удивлённо уставилась на них – это были первые грибы, которые она увидела на острове. Юля тут же вспомнила слова Ариетты, что с помощью грибов она будет наблюдать за ними и пришлёт помощь, если они будут в опасности. Она хотела крикнуть им: «Помогите!», но рот её был крепко завязан, и получилось только мычание.

– Эй, а ну замолчи! – резко прикрикнул командир крысёнышей, который шёл рядом с ними и ухмылялся. – Мычать будешь, когда разрешат, поняла?

Шушарики быстро засеменили по мосту, грубо подталкивая Юлю и её друзей. Как и всю дорогу, они гадко хихикали, глядя на их испуганные лица. В какой-то момент они, хитро переглянувшись между собой, стали раскачивать и без того ходивший ходуном мост.

У путников были связаны руки, так что они не могли ни за что ухватиться и чуть было не свалились в чёрную бездну. Ваня, который вдобавок и не видел ничего из-за надетого на голову мешка, очень испугался и закричал, чем вызвал новый взрыв мерзкого смеха у шушариков.

Всё же они пока не хотели избавляться от пленников, поэтому прекратили их пугать и без потерь переправили на другую сторону.

С каждым шагом замок всё больше вырастал над ними. Из-за наступившей темноты его сложно было рассмотреть, и тем зловещее выглядел его силуэт.

Юле показалось, что тяжёлые железные ворота открылись сами собой, но, зайдя внутрь, она поняла что это не так. Справа и слева в тени башен стояли двухметровые циклопы и крутили барабан, наматывая цепь, которая и открывала ворота.

От вида этих существ у девочки волосы встали дыбом: огромные, все в шерсти, клыкастые и с большим глазом посередине, который вращался во все стороны.

Но циклопам было не до пленников. Когда все прошли, они опустили ворота и вернулись обратно в свои башни.

Каменный двор замка был наполнен зловещими статуями горгулий, оборотней и других монстров.

Перед широкой лестницей ведущей в замок был огромный фонтан, в центре которого на камне сидел дракон, только вместо огня у него из пасти била струя воды, а сам вход охраняли два огромных грифона, сделанных из какого-то чёрного камня.

Даже несмотря на то, что они были не настоящие, все эти фигуры всё равно нагоняли страха.

– Ну давайте, живее! – подгоняя путников, ехидно оскалился командир шушариков. – Скоро вы познакомитесь с хозяином, вы ведь к нему шли?

Он снова противно захихикал, и остальные подхватили его смех.

Толпа шушариков ввалилась в замок, увлекая Юлю и её друзей за собой.

Внутри всё выглядело ещё более зловеще, чем снаружи. Тусклый свет исходивший от ламп на стенах, и люстры под потолком, освещал довольно пугающую картину. Они оказались в большом просторном зале, где тоже было много разных статуй, но не монстров, а скелетов. Да и сами держатели для ламп были выполнены в виде костлявых рук с длинными когтями, а люстра, походившая на осьминога, вместо щупальцев которой были изогнутые позвоночники, которые заканчивались черепами, в которые были вдеты свечи. А ещё здесь было много чучел животных. Девочка вздрогнула, когда заметила в углу двуглавого волка, вроде тех, которые они видели вчера. Он был как живой, и в глазах его играли огоньки света.

Буквально всё вокруг было чёрного или тёмных оттенков, начиная от самой двери и заканчивая мебелью. Даже картины, висевшие на стенах были чёрно-белыми и изображали в основном жуткие пытки или казни. От одного взгляда на них у Юли пробежал по спине холодок.