Роман Артемьев – Дети Темнолесья (страница 8)

Арконис создал в составе корпуса новый полк, костяком которого послужила его собственная гвардия. Увеличив набор в Академии, он планировал лет через десять восстановить и расширить прежнюю структуру корпуса, вывести гвардейцев обратно в самостоятельное подразделение и получить в результате прекрасно подготовленный для действий против светлых полк. Заодно он рассчитывал подобрать кадры для своей изрядно потрепанной гвардии. Пока что два старых полка медленно восстанавливали численность, принимали в свои ряды выпускников Академии, делали выводы из преподанных войной уроков. По приказу Аркониса всем теням надлежало пройти своеобразные курсы переподготовки: беловолосых учили сражаться с магами. Однако по-настоящему серьезно принц принялся обучать базировавшийся на юге сводный отряд. Именно ему надлежало нести на своих плечах тяжесть необъявленной войны со светлыми, давая возможность остальному корпусу восстановиться. Гвардейцы большей частью занимали командные должности, хотя часть их боевых звезд служила ударным ядром отдельных рук теней.

Торат командовал двадцатью пятью бойцами, причем одна звезда была целиком гвардейской. Из остальных воинов треть недавно окончила Академию — за них-то и беспокоился Фенраианн.

— Я ничего не хочу сказать плохого о пополнении. — Фенраианн оглянулся: не слышат ли его подчиненные. — Они — опытные и умелые воины. Но до наших стандартов они не дотягивают, и ты это знаешь.

— Научим. Любой команде требуется время, чтобы превратится в единый организм. Пройдет немного времени — и новички не станут отличаться от нас с тобой. — Фенраианн фыркнул. — Хорошо, не от нас, а от остальных старых теней. Конечно, ближайшие лет двадцать придется туговато, зато какие прекрасные перспективы!

— Какие перспективы? Чего в них прекрасного?

— Смотри сам. Гвардия принцу нужна — значит, рано или поздно он выведет гвардейцев из командной структуры корпуса. Полагаю, на освободившиеся места начнут продвигать наиболее отличившихся из старого командного состава. Лично я всерьез рассчитываю на повышение.

«Посланником Высших меня вряд ли назначат, — подумал Торат, — а вот носителем знака — вполне. Аластесс многому меня научила, так что третий уровень я получу легко. Интриги в ставке не страшны: принц не любит, когда влияют на его решения, — так что главное — самому ошибок не наделать».

Внезапно он понял, что Фенраианн довольно давно идет рядом, молчит и рассматривает командира каким-то новым взглядом.

— Раньше тебя мало волновала карьера.

— Так было до женитьбы, — вздохнул Торат. — Мы ведь провели ночь в храме Матери, за это глава клана лишил Аластесс содержания. Моя жена привыкла к совершенно другому уровню комфорта, который я сейчас не в силах обеспечить. Ей нравится посещать приемы, каждый раз в новом платье, покупать драгоценности, для шаманских практик ей требуются лучшие ингредиенты. Я полагал, что стану тратить втрое больше денег, оказалось — вдесятеро. Она никак не комментирует ухудшение своего положения, — Торат тщательно подбирал слова, — и ни разу не высказала недовольства по поводу моих небольших доходов. По сравнению с доходами ее семьи, конечно. Однако лично меня сложившаяся ситуация раздражает. Аластесс и так многим пожертвовала, поссорилась с родом, шаманы недовольны, что она прекратила обучение. Она ведь отказалась вернуться на Пик, занимается самостоятельно. Я хочу хотя бы сохранить привычный ей уровень комфорта. Самый простой и доступный способ обеспечить семью — подняться по служебной лестнице. Поэтому повышение мне необходимо.

— Ты боишься ее потерять. — Похоже, это открытие стало настоящей неожиданностью для Фенраианна.

— Сам удивляюсь.

— Отряд маленький — сто воинов. — Караэль командовал подчиненными Торату гвардейцами.

Численность воинской элиты дроу и в лучшие времена не превышала одной сотни воинов. Сейчас же, спустя каких-то сорок лет после войны со светлыми, в гвардии осталось меньше половины бойцов, и кое-кто поговаривал, что она утратила свое значение универсального отряда быстрого реагирования. Торат так не считал. Если учесть, что в гвардию никогда не брали боевых магов ниже пятого уровня, а младшие лидеры владели четвертым, даже одна звезда могла изменить ход небольшого сражения. Или не допустить его, как, например, когда пятеро гвардейцев две недели противостояли пяти сотням орков клана Красного Орла.

— Скорее всего, намереваются совершить набег на южные посты.

— Да, лорд. Они постоянно осматривают местность с помощью не знакомых нам заклинаний, никто из моей звезды прежде не встречался с подобными плетениями. Я не решился приблизиться: нас могли заметить.

— Все настолько плохо?

— Слишком плотная сеть. Мы записали отличительные особенности заклинания — возможно, удастся найти способ его обмануть.

Дроу бились над незнакомым плетением несколько часов и пришли к неутешительному выводу. Маг, сотворивший заклятие, был слишком опытен и силен, он перекрыл все возможные пути воздействия на свое творение. Беловолосым не хватало мастерства. Единственный путь, который в принципе мог позволить проникнуть в охраняемый периметр, требовал много сил и потенциально являлся опасным. Слияние с лесом — старый трюк, использовавшийся еще в древности для восстановления сил. Энергетика эльфа сливалась с энергетикой крупного дерева, живое разумное существо практически становилось частью лесного великана. Дикие звери не обращали на него внимания, поисковые заклятия воспринимали только «растительную часть». К сожалению, далеко не всем удавалось выйти из добровольного транса. Так и стояли, иногда веками, со счастливой улыбкой на лице обхватив руками дерево, пока какой-нибудь прохожий не разрывал связь. Светлые для этого использовали одно простенькое заклинание, дроу — оплеуху.

Оставался вопрос — как остаться незамеченным внутри защитного периметра.

— Светлые встанут лагерем возле этой скалы, — показывал на чертеже Торат. — Они всегда встают здесь и не изменят привычке. Родник рядом, место удобное, зачем что-то менять? Мы засядем в маленькой роще, установим вокруг лежки тонкие веревки. Если появятся следопыты, во что я не верю, кто-нибудь выйдет из медитации и разбудит остальных. Тогда придется убегать.

— Когда отряд очнется, нас в любом случае заметят. — Караэль задумчиво рассматривал карту.

Он все еще пытался разобраться с досадным заклинанием: его гордость была уязвлена. До сей поры он полагал свое мастерство в части проникновения непревзойденным — и вдруг такой удар по самолюбию.

— Какой-то запас времени будет. Следить, насколько я понимаю, в первую очередь станут за границей периметра: там плетение намного плотнее. К тому же сразу после выхода из транса аура похожа на древесную — нас не сразу обнаружат. Конечно, какое-то время уйдет на то, чтобы прийти в себя, но все равно добежать до лагеря мы успеем. Полная рука теней против сотни воинов старшего рода… Справимся.

— Что известно насчет магов? — Фенраианн очень не любил неожиданностей и старался заранее обезопаситься. — Один — не ниже второго уровня, создатель сети. Еще заметили кого-нибудь?

Караэль отрицательно повел рукой:

— Увы. С высокого дерева, на которое мы забрались, видно не так уж много. Слишком большое расстояние. Однако, судя по цветам знамени, мы имеем дело с каким-то старшим родом.

Общим цветом для эльфийских знамен являлся зеленый. Как правило, на зеленом поле вышивались руны, на него же накладывались изображения. Существовала строгая иерархия составления символов родов. Высокий род имел право использовать в своих эмблемах четыре цвета: зеленый, коричневый, белый, синий. Чаще всего знамя высокого рода представляло собой вышитую цветом руну на каком-либо фоне. Впрочем, на малых знаменах допускались изображения животных.

Старшие роды должны были использовать другие цвета — красный, золотой, голубой, фиолетовый. Они имели право помещать на знамена изображения животных, растений, скал, чьи названия фигурировали в названии рода.

Хуже всего приходилось младшим родам. Помимо зелени, они использовали еще три цвета — черный, серебряный и серый. Черный цвет, однако, считался несчастливым, им окантовывали символы угасших родов, поэтому при составлении гербов его старались не применять. Оставались серебряный и серый. Мастерам-хранителям памяти приходилось изворачиваться, помещая в гербы изображения различных предметов, именами которых назывался род. Такие символы считались оберегами, суеверные родители дарили их детям. У Тората, например, в детстве вся одежда была вышита маленькими чашами.

— Если старший род — значит, отряд ведет аристократ-предводитель, владеющий магией, его сопровождает оруженосец из числа младших родственников, есть придворный маг. У мага может быть ученик, кроме того, в свите наверняка состоят еще маги. Иными словами, пять-шесть магов, из них половина — не ниже третьего уровня.

— Полагаю наши шансы довольно высокими, — сделал вывод Торат после короткого размышления. — Времени на подготовку светлым мы не дадим, а сильные заклинания короткими не бывают. Мастер Караэль, ваша звезда займется предводителем: постарайтесь взять его в плен. Фенраианн, на тебе все младшие маги. Я займусь вторым магом, остальные звезды стараются уничтожить как можно больше простых воинов. Вы помните установку, данную нам принцем: отряды, пришедшие в Темный Лес, не должны возвращаться домой.