Роман Артемьев – Черное Кольцо (страница 15)

На мастерство Анна пока что не замахивалась, она вообще о сдаче экзаменов не помышляла. Действовала из сугубо прагматичных, можно сказать, сиюминутных намерений. Она прекрасно помнила о духе, охраняющем ближайшие к Воробьиному Лугу врата, и понимала, что рано или поздно с ним придётся что-то делать. Дух стоял на полпути к дальним краям леса, где произрастали самые ценные растения, обитали любимые алхимиками животные, и в целом Царство прорывалось в реальность, изменяя мир. Готовый рискнуть сборщик мог там озолотиться. Страж ворот мешал туда пройти, следовательно, его придётся развоплотить, либо найти способ с ним договориться. Интуиция подсказывала, что договориться вряд ли удастся. Он же не зверушка лесная, его едой подкупить не получится. Значит, надо драться. Вот Анна и раздумывала над снаряжением, советовалась с дядей Джоном, прикидывала, какие варианты в предстоящей схватке покажут себя лучше.

Разработка шла медленно. Хотелось создать комплект, элементы которого не просто не мешали бы друг другу, а взаимодополняли. Задача неожиданно оказалась сложной, магичка увлеклась, и вышла из дому поздним вечером. Закатное солнышко освещало последними лучами близкую к завершению стройку, врытый в землю грубый стол под навесом, и двух мужчин, сидевших на лавках. Одного из них Анна видела впервые.

— Я уж думала к вам бежать, миледи, — сообщила возникшая сбоку Мэри. — Герхард Ниц приехал, чуть ли не с обеда ждёт.

Завидев направлявшуюся к ним хозяйку усадьбы, мужчины встали. Стоило ей приблизиться, как неизвестный, выйдя из-за стола, склонился в поклоне, а сэр Джон сообщил:

— Позвольте представить вам Герхарда Ница, главу семьи Ниц, миледи. Он приехал, чтобы обсудить возможность найма.

— Добро пожаловать, господин Ниц, — кивнула леди. — Присаживайтесь. В дом не приглашаю, у меня там творческий беспорядок. Мы, как вы видите, еще не успели устроиться на новом месте.

— Ничего страшного, домина, — хрипловато сказал сивобородый охотник. — Поверьте, многие в Кольце живут куда хуже и встречают гостей менее щедро.

На столе стояли кружки с пивом, миски с простой едой. Анна кинула на дядю Джона благодарный взгляд, получив в ответ уверенный кивок. Предварительные переговоры прошли успешно, Ницы признаны людьми приличными, старший вассал считает, с ними можно работать.

Усевшись за стол, Анна приказала принести ей кофе. Алкоголя в пиве чуть-чуть, оно слабенькое, но ей сейчас много не надо, а голова нужна ясная.

— Разумеется, я слышала о вашей ситуации, господин Ниц. Её уже с месяц активно обсуждают все, кому не лень. Но я уверена, что пока слухи дошли до меня, их несколько раз переврали, поэтому хотела бы узнать о происшедшем из первых уст. Не поделитесь своей версией?

Ниц вздохнул, поправил пальцем усы. Чувствовалось, что пересказывать неприятную ему историю не особо хочется, но понимает, что разговора не избежать. И лгать нельзя — Анна, как и любой маг, владела методами определения лжи. Способы обмануть её существовали, только откуда простому одаренному во втором-третьем поколении их знать?

— Ежели с самого начала начинать, домина, то получится, что со смерти старого хозяина Зибенбаха, господина Бруно Зибенбаха. Это отец нынешнего, Пауля. Он два года назад преставился, прими его Спаситель. Вот с тех пор и пошло как-то всё наперекосяк. Сначала Вилберт, это второй сын герра Бруно, свою долю забрал и с домочадцами отъехал на восток, он сейчас возле Конфленца осел. Потом господин Пауль захотел договор пересмотреть, разовый сбор за право ходить в лес повысить. Ненамного, но он хотел травами брать, а их же по-разному оценить можно. Ещё случай был, мой старший Детлеф куницу в ловушке оставил, её Луц, это ближник хозяина, себе забрал, сказал, что сам убил. Матиаса собирались князю на службу отправить вне очереди, мы отбились. В лес ходить чаще велели, да не в ближний, а на дальние рубежи, только без оплаты… Да много чего было! То, что Рихард Зибенбах к матиасовой Ханне приставал — это последняя капля. Вы, домина, не верьте, если услышите, что Ханна Рихарду глазки строила, не было такого. А вот он на неё давно поглядывал, ещё при герре Бруно намеки делал. Но тогда с ним старый хозяин поговорил. Ирма ведь не просто так взбесилась, она мужа знает, и кто ему нравится, видела.

Короче говоря, дитё Ирма скинула, Ханну прокляла. Из Танненхофа дознаватели приехали, на Зибенбахов штраф с епитимьей наложили, и велели проклятье снять. Только как снять, ни Ирма, ни кто другой из Зибенбахов не знают. Поэтому господин Пауль предложил мне в замену разорвать договор досрочно без штрафа, а ещё денег дать на экзорциста. Или на малефика, ежели потребуется.

— Вряд ли понадобится, — заметила Анна. — Малефики только со сложными случаями работают. Ваша Ирма — она кто? Из какого рода, где училась, по какой зиме?

— Из Астенов она, соседи наши дальние. Лет ей двадцать пять, а училась… Как все. У мамок, бабок.

Имя рода ничего Анне не говорило, следовательно, к старым или получившим дары от духов Астены не относились. Она изучала обстановку, в том числе с помощью Вандербергов, о наиболее влиятельных силах Черного Кольца хотя бы читала. Вряд ли Ирма сильна как колдунья, она нигде не училась, то есть образования нет. Конечно, иногда встречаются самородки, способные так приложить, что и магистр не снимет, особенно если учитель из древнего рода. Но здесь, похоже, не тот случай.

— Позвольте, я подытожу, господин Ниц. Зибельбахи начали давить на вашу семью, выставили неприемлемые условия, и в конечном итоге вы, семья Ниц, решили от них уйти. Возникает вопрос — почему ко мне? Года не прошло, как я получила Воробьиный Луг. Человек новый, никому не известный. Вы же местные, кто чего стоит в Кольце знаете, наверняка можете выбрать достойного господина.

— Служить Стормсонгам — честь, про ваш род даже у нас слышали. И про вас слава хорошая идёт, домина, — пожал плечами Ниц. — Говорят, магичка сильная и хозяйка добрая. Нам к соседям идти смысла нет, потому что одни с Зибенбахами ссориться не захотят, с другими мы сами в прошлом цапались. То есть вы не подумайте, кровников у нас нет! Никто за нами не придёт и с нас не спросит. В общем, я так подумал: людей у домины мало, а за границей смотреть надо, егеря нужны. Заключу договор до дня Всех Святых, а там посмотрим. Многого не попрошу. Только с Ханны проклятье снимите, а уж мы отработаем!

Логика понятная, Анна сама руководствовалась схожей. Нанять на короткий срок местного, разбирающегося в эндемиках и понимающего скрытые течения в обществе, присмотреться к нему. Если человек нормальный, то заключить долгосрочный договор, на год или дольше. Поэтому леди, ещё раз взглянув на Хингема, и уловив согласно опущенные веки, ответила:

— В целом, предложение мне нравится, но хотелось бы точно понимать, на что вы рассчитываете и что предлагаете…

Условия они обсуждали до глубокой темноты. Ниц, будучи обычным человеком, хотел всего, побольше и даром; Анна его мечты обламывала. Она нуждалась в работниках, очень нуждалась, но не собиралась позволять сесть себе на шею. В конечном итоге, договорились они на стандартных условиях найма ближнего пограничья с дополнением — леди снимает проклятье с Ханны, мужчины Ницей помогут разобраться со стражем ближайшего прохода в Царство за половинную долю. Если вдруг Анна не справится с проклятьем, то доля станет целой. Стандартные условия в данном случае означали, что егеря не обязаны отходить далее, чем на половину дня пути от усадьбы, и отдают владелице земли десятую часть добытого. Если желают идти в лес глубже, то на свой страх и риск, спасать их леди не обязана. А вот в пределах оговоренной территории она людей прикрывает, в частности, спешит на помощь, обнаружив сильного чудинца или духа.

— По своей инициативе, вглубь они не пойдут. Среди Ницей нет никого на рыцарской ступени.

Поговорить без свидетеля леди и её старшему вассалу удалось только ночью, отправив гостя спать. Под ночевку Герхарду Ницу выделили целый дом, даже матрас с одеялом и подушкой нашли — пусть оценит, где ему и его семье предстоит жить. В одном доме все Ницы не поместятся, поэтому Анна предоставила им три. Чрезвычайно щедро с её стороны, обычно дома переселенцы строили за свой счет.

— Не пойдут, так не пойдут, — отмахнулась девушка. — Нам же проще. Лучше скажи — ты выяснил, почему они на самом деле от Зибенбахов уходят?

— Разругались, бывает. Герхард не солгал, он недоговорил. Пауль Зибенбах всем своим егерям ренту повысил, те в ответ часть находок стали утаивать. Ницей за этим поймали, наложили штраф. Паулем недовольны, потому что он к охотникам относится, как к крестьянам каким-то: отработки самовольно назначает, в город по делам не отпускает. Детишки его тоже жару поддают. С тех пор, как Бруно умер, обиды копятся, и основная вина на новом хозяине. Во всяком случае, мне так кажется. Хотя учти — Ницы тоже не овечки невинные, за ними тоже грешков хватает. Может, потому Зибенбах их и отпустил, что придавить не смог.

— Я и не рассчитывала на святых, — дернула плечиком Анна. — Егеря же. Мне сейчас подойдут любые охотники с более-менее добрым именем. Ницей молва не слишком охаивает, значит, надо брать. Глядя на них, потянутся другие. Ха! Если повезет, я от предложений отбиваться стану! Та троица не передумала?