Роман Афанасьев – Падение Прайма. Голоса мертвых (страница 8)

— Сделаю, — серьезно отозвался Киддер. — А как вообще, срастется?

— Приткну их где-то в центре, — отозвался Флин. — И займусь нашими делами. Не очкуй, все будет как обычно. Эти лохи над душой висеть не будут, видишь же, не мытари это, так, сброд левый.

— Тогда пошел разбирать, — вздохнул Киддер. — Там все так запрятано, работы непочатый край…

— Шагай шагай, — одобрил Корсо, поднимаясь на ноги. — Куй бабло.

Не обращая внимания на скалящегося Киддера, он двинул к себе в каюту. Ему надо было привести себя в порядок. И пара синих таблеточек ему в этом поможет. И куда, черт возьми запропастился этот хмырь?

— Инс! — взревел Корсо, направляясь к каюте. — Что там с рикшей?

Глава 5

Система Кесмер.

Пограничная зона 2.

Контрабандист не обманул. Как только Клякса опустилась на пол огромного посадочного ангара и над ней сомкнулись раздвижные плиты шлюза, стало ясно, что станция едва дышит.

Роуз, включивший внешние камеры и настороженно скользивший взглядом по разным экранам, лишь поджал губы. Ангар был большим. И почти пустым. Почти — потому что по углам огромного зала валялось самое разнообразное барахло. Наполовину распотрошенный одноместный челнок, остатки спускаемых модулей и что-то разобранное на мелкие части. В дальнем углу, похоже, что-то сгорело, угол был черным и оплавленным. Пол усыпан мелкими обломками и странными конструкциями из железных листов — как будто местные обитатели пытались собрать из мусора хоть какой-то летательный аппарат. Освещение работало плохо, световые ленты светили в треть мощности, возможно, им не хватало питания. Везде грязь, разруха, от ангара веет унынием и обреченностью. Местные действительно сдались и готовились умирать.

Команду собрали быстро. Как обычно, на задание отправлялись Роуз и Кадж. По протоколу капитану следовало бы остаться на корабле, но Алекс не хотел рисковать. Акка ему нужна на борту, подключенная к сетям станции, сидящая в центре огромной электронной паутины и ловящая малейшие ее колебания. В случае неприятностей она быстрее всех возьмет под контроль все системы станции. А Роуза, как и раньше, прикроет Кадж. Навид следит за эфиром, Могул держит движки горячими — все при деле.

На этот раз капитан и оружейник облачились в тяжелую броню. Конечно, это невежливо и довольно неудобно, но Роуз настоял на этом. После посещения предыдущей пиратской станции, у него остались весьма смешанные чувства. Когда тебе в лицо тычут тяжелым излучателем, это немного корректирует твои понятия о вежливости, а так же об удобстве рабочей одежды.

Выход прошел быстро — капитан и Кадж спустились по широкому пандусу, выдвинутому из брюха КЛК, и настороженно озираясь по сторонам, двинулись в путь по темному ангару. Воздух в нем был, но весьма низкого качества. Кислорода минимум, зато полно вредных примесей и рабочих газов. Видимо, его уже не один десяток раз закачивали в ангар и откачивали обратно в цистерны, когда требовалось открыть выход в космос.

Не открывая шлемов, разведчики быстро пересекли огромный зал, и подошли к раздвижным дверям. Те приветливо распахнулись, приглашая гостей в новый шлюз, уже не такой большой.

Роуз внимательно посматривал по сторонам, изучая обстановку. Техника была старой, изношенной. Уплотнители шлюза фонили, моторы работали с громким звуком, полозья дверей скрежетали. Вся станция гремела и звенела, как ведро с болтами. Тут впору было опасаться не внезапного нападения, а разрушения самой станции, держащейся, видимо, на честном слове и клейкой ленте.

За дверями пассажирского шлюза их ждала теплая встреча — прямо посреди огромного стального коридора стояла платформа на резиновых колесах с электромотором. Рядом высился начальник станции, назвавшийся Кханом. Большой, объемный, он напоминал толстяка, упакованного в бочонок от силайского пива. Жесткий скафандр, бывший раньше синим, а теперь затертый так, что цвет можно было разобрать только с большим трудом, походил на скорлупу ореха. Внутри нее болтался хозяин. Шлема нет, голова торчит из выреза скафандра как странный распухший цветок.

Кхан был мрачен. Его широкое лицо с толстыми губами и прищуренными глазками, осунулось, под глазами виднелись синяки. Кожа на щеках пожелтела, а второй подбородок, внезапно исхудавший, свисал большой складкой. Редкие черные волосенки на макушке, сбритые под корень, пытались отрасти, но это им плохо удавалось. В целом вид космического жулика вызывал скорее жалость, чем страх.

— Союз, — прогудел Кхан, завидев гостей.

Он шагнул им навстречу, протянул руку в перчатке скафандра. Роуз руки не принял. Но открыл забрало скафандра, демонстрируя свое лицо. И тут же пожалел об этом, когда вдохнул внутреннюю атмосферу станции. Спертый воздух, насыщенный сотней ужасных запахов, среди которых преобладала вонь человеческих тел, заставил Роуза скривиться.

— Ну да, — ухмыльнулся толстяк. — Все заканчивается. Все.

Алекс не ответил — перевел взгляд на второго встречающего, сидевшего на краю электроплатформы, как на табуретке. Это было худой как спичка старик, облаченный в серый комбез для станций. Старого образца, с внешней защитой корпуса, напоминавшей бронежилет пехоты. Из ворота торчала голова на тощей шее. Лицо, покрытое морщинами, прикрывала волна седых и грязных волос, а из-под нее сверкали неожиданно живые глаза.

— Ну, добро пожаловать, Союз, — протянул Кхан, разводя руками. — Тут у нас не шибко уютно, но мы привыкли. Настали последние дни.

Кадж, стоявший неподвижно, как статуя, не ответил. Роуз перевел спокойный взгляд на контрабандиста, чуть повел плечами.

— Вы хотели нам что-то сообщить? — деловито спросил он.

— Хотел, — Кхан вздохнул. — И я, и вот — Мун. Да, кстати, это Мун. Вот его вам точно надо послушать.

— Слушаю, — спокойно произнес Алекс.

— Не здесь, — отрезал Кхан. — Залезайте на телегу. Прокатимся до моей берлоги. Там у меня все материалы, значит, да и шастать рядом никто не будет.

Заметив скептический взгляд капитана, Кхан криво ухмыльнулся.

— Да ладно, братиш, — сказал он. — Я вижу, в чем вы пришли. Твой молчаливый друг в полной боевой броне, он может всех тут положить, даже с места не сходя. Не говоря уже о боевом корабле в грузовом ангаре.

— У нас был негативный опыт посещения подобных станций, — сухо отозвался Роуз.

— Понимаю, — Кхан кивнул, — заглядывали, видать, на какую-то из наших точек. Ну что сказать, бывают и отмороженные ребята. Но тут вам бояться нечего. У меня тут не малина, а скорее, дом престарелых. Беженцы, эмигранты, случайные спасшиеся — и все на последнем издыхании.

Роуз двинул глазами и скафандр, уловив команду, открыл канал с кораблем. Никаких помех, никаких глушилок, все чисто. Акка, следившая за разговором, прекрасно поняла, что от нее требовалось, и быстро отстучала пару строчек текста. Сеть она уже вскрыла. Судя по данным из внутренних баз, опасностей для Кляксы не наблюдалось. Датчики не засекли ни излучения, характерного для зарядов тяжелого оружия, ни следов взрывчатки, ни скопления людей, походивших на засаду. Ничего такого, с чем бы не смог справиться Кадж — так гласила последняя строчка.

Роуз медленно кивнул, встал на платформу и она чуть просела. Рядом встал оружейник и телега заскрипела.

Кхан озабоченно засопел и тихонько присел на краешек. Тронул запястье скафандра, телега тронулась с места. Сначала с трудом, но потом дернулась и поехала быстрее. Выносливая, зараза. Ну, хоть не пешком.

По дороге Роуз посматривал по сторонам, активировав лишь самые простые датчики по сбору информации. Температура, давление, влажность, состав атмосферы. Ничего такого, что могло бы встревожить местные системы безопасности. Если, конечно, они тут есть. Полученных данных хватило, чтобы составить примитивную трехмерную карту станции с расположением живых организмов. Вблизи от самого Роуза карта была точна, чуть дальше — это уже только прогноз. Но никаких особых сюрпризов тут не наблюдалось. Действительно, это же не военная станция. Так, огромный космический сарай. Похоже бывший когда-то огромной баржой сферической формы, фрагментом грузового каравана переселенцев.

Длинный и широкий коридор, шедший по периметру базы, привел их в соседний отсек. Тут было довольно людно — по краям шныряли подозрительные личности в мятых и старых комбезах, некоторые обитатели станции стояли кучками, тихо переговаривались. У стен виднелись столики с разнообразным барахлом. Проемы в стенах уходили куда-то вглубь станции, похоже, к жилым помещениям. Это место неожиданно напомнило Роузу деревенский базар, куда его водил дед. Воздух тут оказался чище и свежее, чем в предыдущем отсеке, и Алекс сообразил, что здесь, в жилых зонах, сосредоточены последние работающие регенераторы атмосферы.

Следуя по центральному коридору, платформа миновала открытую зону и сквозь раздвижные герметичные двери въехала в соседний сегмент. Броневая аварийная дверь закрылась за ними, отсекая гостей от жилого сектора. Коридор уходил дальше, но Кхан остановил свое транспортное средство и снова коснулся запястья. Часть пола поползла вверх, поднимая телегу к потолку. Тот раздвинул лепестки люка и пропустил платформу на следующий этаж.

Здесь было пусто и световые ленты на стенах большого коридора едва тлели. Роуз, почувствовав холодное дуновение, понял, что это технические помещения, и на их отопление не тратят энергию. Он подумал, не закрыть ли шлем. Но Кхан и дед, поименованный Муном, особого беспокойства не проявляли. Контрабандист развернул телегу, и она остановилась у широкой двери, напоминавшей вход на склад. Створка уползла вверх, и платформа плавно скользнула внутрь большого помещения.