Ролли Лоусон – С чистого листа главы 100-165 (страница 177)

Я покачал головой:

– Я не собираюсь вторгаться в окруженную сушей страну. Мы просто убьем их армию и уедем домой. Местные потом могут делать с территорией, что им угодно. Их местность нам не нужна.

– Мы все еще разрабатываем некоторые детали. Рассматриваются два варианта. Во-первых, мы можем вывести их через Узбекистан по северной границе. Вторым вариантом было бы просто подобрать их на С-130 с разбитых взлетных полос и дорог.

– У вас есть время до восьмого октября, чтобы решить, генерал.

– Есть, сэр! ЭЭЭХ-МА!

Я мог только рассмеяться на это. Но через стол на меня смотрели с серьезным видом. Колин Пауэлл сказал:

– Вы не собираетесь вторгаться?

– Однозначно нет. Давайте я вам это сразу поясню. Я в курсе того, что были планы на вторжение в Ирак и другие арабские страны. И я уже могу сделать пару предположений, которые для нас станут опаснее. Это люди, которые нас не любят. Мы можем убить их и уничтожить их армии, но если мы будем вторгаться – то мы не будем ничем большим, чем просто современными крестоносцами и колонизаторами. Мы не относимся к их религии или культуре, и не важно, как бы мы ни старались, они никогда нас не полюбят и не захотят нас там видеть. Нам нужно ворваться, сделать свое дело и исчезнуть.

Затем я снова осмотрел всех.

– Итак, уже неплохо. Мы можем уничтожить подготовительные лагеря и развалить Афганистан. А что насчет Аль-Каиды? В смысле, больших шишек, а не рекрутов. Они есть в списке целей? – несколько человек повернули головы в сторону другого края стола, где сидели двое мужчин в штатском.

Уверен, что нас представили друг другу, но их имена вылетели у меня из головы. Я смог только вспомнить, что они были своего рода посредниками ЦРУ. Я посмотрел на них и спросил:

– Господа, где же тот самый бен Ладен? Какая-нибудь из отметок является его домом?

Они переглянулись, и затем один из них заговорил:

– Сэр, подтверждать разведданные по Афганистану, конечно же, довольно сложно. У нас есть несколько больше, чем просто сигнал и электронные показания, которые указывают на возможные местоположения старших по рангу членов групп, связанных с террористами… – и он продолжал в таком духе еще около минуты или двух.

Я поднял ладонь и прервал его. – Давайте попробуем по-другому. Да или нет – вы знаете, где Усама бен Ладен? – и он снова начал болтать, не сказав ничего по существу. Я прочистил горло. – Последний шанс. Да или нет? Если мне придется спрашивать в третий раз – я спрошу уже у вашего партнера, потому что вы будете сняты с должности.

Он выпучил на меня глаза, и, запинаясь, выдал:

– Нет.

– Благодарю. Разве это не было просто? А теперь – у вас есть местоположения точек, где он может прятаться, либо сам, либо кто-нибудь еще? Убежища или что-нибудь такое? У них есть какой-нибудь офис? Может, в центральном бизнес-округе Кабула? Там, главный штаб корпорации Аль-Каида? Куда им приходит их почти и счета за телефон, например? – спросил я, источая сарказм.

Они снова переглянулись, и второй мужчина ответил:

– У нас есть некоторая информация о возможном местоположении, но ничего не было полностью подтверждено.

– Эта информация была предоставлена присутствующим здесь генералам и адмиралам для включения в список целей для атаки?

– Мы ожидали подтверждения наших вариантов.

Я откинулся назад и медленно досчитал до десяти.

– Позвольте выразиться предельно ясно. Эти места отправляются в список целей прямо сейчас, не важно, насколько они расплывчаты. Мне плевать, даже если это где-то под афганской версий монумента Вашингтону. Мы собираемся сбросить на него очень, очень большую бомбу. Это понятно или нет?

Послышался хор из «Есть, сэр!» со всех сторон стола.

– Благодарю вас, – и я оглядел всех. – Позвольте мне быть предельно честным. Не важно, насколько я иногда могу быть раздражительным, это, возможно, самое важное, что я вообще сделаю. Через несколько дней я отправлю наших мужчин и женщин в бой. У меня есть сын и племянник, которые служат, и я знаю, что у кого-то из вас тоже есть дети на службе. Нам нужно сделать все правильно. Что мне нужно сделать, чтобы все было правильно? Если вам нужно, чтобы я что-то сделал – вам нужно об этом попросить. Я не собираюсь звонить матерям, чтобы сказать им, что их ребенок не вернется домой, потому что мы, сидящие за этим столом, не приложили всех усилий, чтобы сделать все правильно! – и я снова взглянул на людей из ЦРУ. – Изрильтяне могут знать, где находятся эти мудаки?

Они опять переглянулись.

– Я не знаю, сэр. Может быть. Никто не попадает в эти группы. Нужно практически родиться в них. С другой стороны, может быть, и знают.

Я взглянул на стену, где висели часы с различными часовыми поясами и их временем. В Израиле было на семь часов больше, так что там уже наступала полночь.

– Если я позвоню Шарону завтра утром, я попрошу помочь. Может, вы зайдете немного вперед и дадите ему знать, что я буду звонить?

– Конечно, сэр. Когда вы хотите позвонить?

– Он будет в офисе в восемь по местному времени? – спросил я.

Они вытаращились на это. Это означало, что мне нужно было звонить ему в час ночи по Вашингтонскому времени, после полуночи!

– Да, сэр. Должен быть.

– Передайте ему сообщение. А теперь, если мы закончили, мне нужно возвращаться в Белый Дом. Приезжают Мэрилин и девочки. Это будет первый раз, как они окажутся в Белом Доме. Благодарю всех вас. Уверен, что мы еще поговорим, – и я поднялся, и мы с Джошем вышли.

– Знаете, а сейчас не так уж и поздно. Шарон наверняка еще не спит, – сказал Джош.

Я взглянул на свои часы. Было немногим позже трех часов дня, так что в Тель-Авиве было только начало одиннадцатого часа. Я пожал плечами:

– Может, и так, но если и звонить кому-либо с просьбой, стоит делать это по его графику, а не по своему. А может, ты и прав. Передай ему вместе с теми двоими из ЦРУ. Если он все еще не спит и хочет перезвонить – я приму звонок. Иначе же я задержусь допоздна.

Он спросил:

– О чем же вы хотите попросить Шарона?

– Не знаю, пока. Тебе не нужно тоже там быть, Джош. Тебе нужно поспать. Увидимся утром. Сегодня пятница, так что объявляю короткий день.

Мы доехали обратно до Белого Дома (Да что уж доехали! Это целый караван из охранных фургонов, бронированный лимузин, замаскированная скорая с врачом и медсестрой, мотоциклы, мигалки – буквально вооруженный и забронированный зоопарк на колесах!). Мы прибыли как раз в то же время, как к южной лужайке подлетал для приземления Маrinе Оnе. Я отпустил Джоша восвояси и подождал, когда моя семья выйдет. После того, как вертолет заглушили, я начал идти по лужайке навстречу им. Первой вышла Мэрилин, за ней проследовали девочки. Последним из вертолета вышел агент Секретной Службы, с трудом удерживая гигантского шерстяного монстра, иначе известного как Первый Щенок. Шторми была счастлива выбраться из своей походной клетки и хотела спрыгнуть и немного побегать, и казалось, что она с легкостью может утащить с собой и здоровенного агента.

Я подошел немного ближе, и она вырвалась, сбежала по ступенькам вниз и подбежала достаточно близко ко мне, чтобы успеть схватить ее за поводок. Из вертолета вынесли багаж и сразу же унесли. Было так здорово снова увидеть всех их. Я всю неделю проторчал в Белом Доме, что отличалось от ежевечерних поездок домой, которые у меня были во время пребывания на посту конгрессмена или вице-президента. Я скучал по своей семье. Я даже скучал по своей собаке, которая бешено носилась вокруг еще несколько минут, прежде чем сесть и вывалить на лужайку кучку президентских собачьих какашек. После этого она подняла глаза на меня, а я сказал:

– Шторми, ты не совсем то, что я бы назвал президентским калибром! Ты так едва-едва проходишь в Конгресс!

В ответ я услышал громкое «Гав!», и затем она потянула меня за собой. Я дернул ее к себе и направился в сторону Мэрилин и девочек. Близняшки казалось, не особенно были в восторге меня видеть, а на лице у Мэрилин была неуверенная улыбка.

Я посмотрел на них и затем сел на лавку.

– Ладно, что я сейчас сделал?

Моя жена взглянула на меня и переспросила:

– О чем ты говоришь?

– Что с вами обеими? – спросил я у Холли и Молли. – Папа тут я, так что это наверняка моя вина.

Они обе грустно на меня посмотрели и ничего не ответили. Мэрилин, вздохнув, сказала:

– Ты вмешался в их светский график. Их позвали на вечеринку сегодня вечером, а мне пришлось им сказать, что они едут сюда.

Никто из девочек не спорил. Я же только взглянул на них и сказал:

– Ладно, ваша правда. Простите, что влез в ваш забитый график, но мне нужно управлять страной именно отсюда. Давайте договоримся. Через каждые выходные вы приезжаете сюда. Это всего лишь до конца учебного года.

– А что, когда ты будешь уезжать? Что нам тогда делать? – пожаловалась Молли.

– О чем вы говорите?

– Мы видели в новостях, что ты собираешься за границу, – добавила Холли.

– А-а, не волнуйтесь об этом, – по новостям показывали репортажи, что меня пригласили в несколько стран. – Ничего еще пока не решено, но вы двое уже достаточно взрослые, чтобы оставаться одни, да и Секретная Служба будет с вами, если нам с вашей матерью нужно будет уехать. И опять же, летом вы, может, захотите поехать с нами. Может быть, мы окажемся в парочке довольно милых мест.