Ролли Лоусон – С чистого листа главы 100-165 (страница 153)

– Господа, я очень разочарован в вас обоих, – начал я.

Луи Фри сказал:

– Мистер вице-президент, если вы…

Я второй раз дунул в свисток.

– Мистер Фри, мистер Стаффорд, если сейчас кто-либо из вас скажет еще хотя бы слово – я уволю вас прямо на месте. А теперь замолчите и дайте мне сказать! – они переглянулись, но затем кивнули.

– Это самое отвратительное, что я видел с тех пор, как впервые попал в Вашингтон. Погибли тысячи ваших сограждан, а вы двое меряетесь властью на их трупах! А теперь, раз уж вы решили прийти с этим ко мне, то изображать Соломона буду я, – и я повернулся к Стаффорду и сказал: – Есть только два варианта, как такое могло случиться. Первый – это был теракт, а президенту просто не посчастливилось оказаться не в том месте и не в то время. И это не имело к нему никакого отношения. Такими делами занимается ФБР. Второй вариант – что это продуманный план, чтобы убить президента. В таком же случае ФБР в десять раз больше Секретной Службы! И никоим образом не хватит у вас людей или ресурсов, чтобы это решить! И вам придется идти к ФБР, чтобы все разобрать. Мы согласны? Отлично! Благодарю вас!

Стаффорд выглядел раздраженным и начал что-то отвечать. Я же просто поднял свой свисток и начал подносить его ко рту. Он заткнулся.

– Я сделаю все намного проще, – и я указал на Фри и сказал: – Ведущим агентством будет ФБР, – затем я указал на Стаффорда. – А вы называете любых из его заместителей, которых хотите, чтобы они вели расследование, и каких угодно из своих заместителей, чтобы в этом помогать. Я сегодня вечером объявлю об этом по национальному телевидению. Если кому-нибудь из вас это не нравится – можете освободить свой рабочий стол и потом утром рассказать об этом Wаshingtоn Роst. У меня нет времени на все это, и у страны тоже. Понятно?

Стаффорд выглядел так, будто он хотел еще поспорить, так что я приложил свисток к губам и указал обоим на дверь.

Долбоебы!

Пол Вулфовиц из Центрального Разведывательного Управления пришел сразу же после того, как Мэтт и Майк прошлись по первому варианту речи. Я быстро зачитал им ее вслух, предложил правки и затем отправил их восвояси, добавив еще просьбу, чтобы кто-нибудь принес мне сэндвич. Обед я тогда пропустил. Вулфовиц пришел к выводу, что атаку на нас совершила Аль-Каида, о чем мы с Ричардом Кларком твердили все лето. Ему также эта ситуация показалась отличной возможностью связать терроризм с Саддамом Хуссейном. Я сказал ему молчать и никому ничего не говорить до завтра, и чтобы никаких утечек, ничего.

Я сидел за своим столом и ел свой поздний обед, пока съемочная группа пыталась подготовить мой кабинет к съемке. Он был слишком маленьким. Наконец я нехотя согласился дать речь из Овального Кабинета. Затем я вызвал свою секретаршу. Она появилась и я сказал ей:

– Миссис Ловенштайн, нужно, чтобы вы сообщили следующим людям, чтобы они были здесь завтра на собрании. Мы можем воспользоваться либо залом Кабинета, либо комнатой Рузвельта, где будет лучше. Я хочу начать его в девять утра и неизвестно, когда мы закончим. Это стоит расценивать как собрание Совета по национальной безопасности.

– Да, сэр, – ответила она. – Кто будет участвовать?

Я посмотрел на свои заметки.

– Я хочу, чтобы здесь был кто-то главный, либо сами главы, либо их секретари, по следующим министерствам: Госдеп, Оборона, Юстиция, Казначейство, ФБР, ЦРУ, Советник по национальной безопасности и управление гражданской авиации. Также нужен и заместитель, не важно, кто он, а если его нет в городе, то кто-нибудь еще. А, и еще не помешает привести и Секретную Службу тоже. И агентство по чрезвычайным ситуациям, они нам тоже будут нужны.

Она записывала быстрее, чем я, даже не глядя. Когда я закончил перечислять, она спросила:

– Сэр, те самолеты, как же так можно… как же кто-то мог так поступить?!

Я только покачал головой.

– Я не знаю, миссис Ловенштейн. Некоторые вещи я просто не понимаю. Объясните мне как-нибудь про Освенцим. И это будет ваш ответ.

Она кивнула и ушла.

В семь часов вечера я рассматривал последнюю редакцию своей речи, когда мне поступил звонок, который я был обязан принять. Это был звонок от Джорджа Буша-старшего, сорок первого президента, отца Джорджа.

– Добрый вечер, мистер президент, – сказал я, когда нас соединили.

– Добрый вечер, мистер президент, – ответил он, хотя прозвучало это так, будто у него срывался голос.

– Я всего лишь действующий президент, сэр. Пока мы говорим – все еще ведутся поисковые и спасательные операции. Мы все надеемся и молимся, чтобы Джордж вернулся к нам невредимым.

– Это очень любезно с вашей стороны, Карл. Могу я называть вас Карл? – спросил он.

– Конечно, мистер президент.

Он продолжил:

– Я хотел поблагодарить вас за то, что отправили самолет. Учитывая то, как все перекрыто, я не знал, как мы с Барбарой смогли бы добраться к Лауре и девочкам.

– Отдаю его под ваши требования, пока все не решится, сэр. Могу я попросить вас об услуге, сэр?

– Чем я могу помочь, Карл?

– Сэр, не могли бы вы прибыть сюда завтра, если будет возможность? Мне нужно обсудить с вами пару вопросов. Я понимаю, что это может помешать вашим семейным обязательствам, но это очень здорово бы мне помогло, – попросил я.

– Конечно, мистер президент. Я сделаю все, что смогу, – и он замолк на секунду, а затем спросил душераздирающим тоном. – Есть надежда? Вы что-нибудь уже слышали?

Что я еще должен был ему сказать?

– Сэр, всегда есть надежда.

Уверен, что он услышал ту самую паузу в моем ответе. Он вздохнул, поблагодарил меня и повесил трубку.

Я тоже повесил трубку. Что я мог ему сказать? Что я был причиной его смерти, потому что его сын собирался обернуться катастрофой?

Меня схватил Ари и потащил в небольшую комнатку рядом с Овальным Кабинетом, и на меня наложили небольшой грим. Пока его накладывали, краем глаза я заметил Джоша Болтена.

– Джош, сегодня после выступления мне нужно будет увидеться с главами Палаты и Сената. Мы можем увидеться с ними здесь или в Капитолии, как им удобнее, но я не хочу, чтобы они подумали, что я ими пренебрегаю. Можешь это оформить?

– Да, сэр!

– Молодец! Я знаю, это тяжело, но потихоньку движемся. Передай это им. Я верю в вас, парни. Мы прорвемся через все это, и месть будет очень холодной!

– Да, сэр! – с чувством воскликнул он.

Затем Ари постучал пальцем по своим часам и сказал:

– Пора.

Я проследовал за ним в Овальный Кабинет, обошел камеру и софиты и сел за стол президента. У меня не было времени размышлять о масштабности своих действий. Мне нужно было выпрямиться, найти телесуфлера, вставить пару предложений в свою речь и смотреть в камеру. Я не мог запинаться, когда все бы началось. Оператор дал всем предупреждение о двух минутах до эфира, затем об одной, и потом еще одно предупреждение о тридцати секундах до эфира. Я посмотрел в камеру, откуда бы пошел свет, когда мы начнем трансляцию. На десяти секундах он начал отсчет.

– … три… два… один! – и он молча указал на меня.

Добрый вечер. Я – действующий президент Карл Бакмэн.

Некоторое время назад на наших граждан, на наши свободы, на нашу нацию, и на наш образ жизни было совершено нападение террористами в серии смертельно опасных атак. Это была попытка ввергнуть нашу страну в хаос с помощью массовых убийств. Эта попытка провалилась. Наша страна остается сильной.

Сейчас уже каждый в Америке, и наверняка даже во всем мире знает, что произошло. Этим утром два самолета врезались в Международный торговый центр и уничтожили Башни-Близнецы. Немного спустя третий авиалайнер врезался в Пентагон, который, хоть и понес какой-то ущерб, но все же не был уничтожен. И наконец, четвертый самолет упал в сельской местности в Пенсильвании, вероятно, когда кто-то из героев-пассажиров попытался вернуть назад контроль от террористов, которые захватили его.

Сразу же после начала этих атак, министр транспорта Минета отдал приказ всем самолетам в стране приземлиться, чего никогда до этого не случалось. Он заслуживает признательности за свое быстрое мышление и действия. Точно так же министр обороны Пауэлл и генеральный секретарь Чейни сразу же поняли, что тогда происходило, и подняли уровень готовности в стране, чтобы справиться с любыми возможными поворотами. Благодаря их быстрой реакции, второй подобной атаки не произойдет, и их тоже стоит за это поблагодарить.

Степень всех разрушений еще до конца не ясна, но точно понятно, что статистика по смертям будет огромной, намного больше, чем кто-либо из нас может вообще представить. Эпицентром разрушения стал один из наших крупнейших городов, Нью-Йорк. Я уже поговорил с мэром Джулиани и заверил его, что ему будет доступно все необходимое для поисковых и спасательных операций. Я также поговорил с министром обороны Пауэллом и сказал то же самое о крушении в Пентагоне. Надеемся, что в обоих местах будут найдены выжившие. К сожалению, в крушении в Пенсильвании выживших нет.

К этому времени вы все уже слышали о том, что президент Буш приезжал в Нью-Йорк, и был в Северной Башне, когда в нее врезался первый самолет. Он оказался в ловушке со множеством людей, и мы потеряли связь с ним, когда здание обрушилось. Но все же есть надежда, что он и остальные пережили эту атаку и будут спасены. Я также поговорил с его семьей и с бывшим президентом Бушем, и заверил и их, что мы воспользуемся всеми доступными ресурсами для поиска и спасения.