Ролли Лоусон – С чистого листа главы 1-99 (страница 293)

Мы въехали в новый дом через неделю после эпизода с Чиппендейлом, и Мэрилин всё ещё штормило, что было исключительно её виной. Удивительно, но она этого не понимала, когда я ей об этом сообщал! Фактически, каждый раз, когда я смеялся над ней, она выставляла средний палец и говорила слова, какие впечатлительным юношам никогда не услышать от своих матерей!

Вечером после нашего переезда вырубился свет. Авария затронула всю округу. На следующий же день я заказал нам запасной генератор. Лишние хлопоты!

Я ненавижу переезды! Это был второй раз за год, и мы с Мэрилин поклялись, что в следующий раз переедем лишь тогда, когда нас положат в сосновые ящики. Но, пусть даже весь процесс был отстоем, местная транспортная компания помогла нам с ним справиться.

Когда мы закончили, в доме было грязно. Что я уяснил за долгие годы – так это то, что все эти прекрасные конструкции на фотографиях значительно подправлены. Настоящая стройка – это апофеоз грязи! Мы посадили газон, а кое-где забросали всё сухой травой, но должна была пройти ещё пара месяцев прежде, чем место будет выглядеть иначе, как сырая стройплощадка.

К апрелю языковые навыки Чарли развились до такой степени, что он уже мог говорить целые предложения. В смысле, «Пышка какает» – это же предложение, так?

В апреле я взял отпуск на пару недель и договорился с Тейлор о хорошей поездке. Сначала мы поехали в Аттику на семейной машине – а только туда мы смогли влезть втроём плюс Пышка в своей перевозке. Это была долгая поездка; к её концу мы мечтали пересадить Пышку на кресло, а Чарли в клетку! Мы на пару дней остались у Лафлёров – Чарли и Пышка у них дома, а мы с Мэрилин в отеле. Затем мы поехали в Аэропорт Онейды, где, стараниями Тейлор, нас уже ожидал Cessna Citation II.

Наш отпуск проходил на Каймановых островах – я уже бывал там в прошлой жизни. Citation II был не таким большим, как G-II, на котором я летал с Гавайев в Бельвью и обратно. Он был чуть больше прошлогоднего Learhet, и длиннее. Я поддразнил Мэрилин, поздравив с возвращением в Клуб Воздушных Развратников, но она отказалась, указав на открытый проход в кабину. Я засмеялся и сказал ей, что они могут надеть наушники, на что Мэрилин выпучила глаза и таращилась на меня, пока я не сдался и не расхохотался. Это не входило в список моих фетишей.

Тейлор сняла для нас виллу на Большом Каймане, на северной стороне Семимильного Пляжа. Она была не такой большой и обособленной, как поместье на Элеутере, но всё ещё частной. Мэрилин уже успела позаботиться о своём загаре, расположившись у бассейна. Мне нравилось это место, но мне всегда нравились Кайманы. Они включают в себя три острова – Большой Кайман, Малый Кайман и Кайман-Брак, но почти всё население живёт на Большом Каймане (50 тысяч или около). Это чистое, современное и цивилизованное место, очень милое. Здесь множество ресторанов, есть куда пойти и на что посмотреть, и всё такое.

Я заговорил с Мэрилин о том, что она хочет в качестве места для нашего личного отпуска.

– Так ты серьёзно?!

– Конечно, почему нет?

– Я думала, ты шутишь!

– Когда дело доходит до постельных утех, я всегда серьёзен, – сказал я с таким серьёзным лицом, с каким только мог.

– Уж это точно, – фыркнула моя жена. – Так ты серьёзен на этот счёт? Мы можем купить где-нибудь местечко?

– Ага, – кивнул я, – почему нет-то? Я не хочу делать этого, пока не заработаю хотя бы 100 миллионов, но, полагаю, это будет через год, максимум – два. Кроме того, речь идёт только об одном местечке. Я не собираюсь скупать полдюжины разных островов. Итак, что ты хочешь в качестве местечка для отдыха?

– Я понятия не имею! – Мэрилин озадаченно покачала головой.

– Ну, сравни это место с прошлогодним, на Элеутере. Тот остров было поменьше, там было меньше народу, но место, где мы останавливались, было больше и имело куда больший пляж – совершенно уединённый.

– О, – Мэрилин чуть подумала и пожала плечами. – Может, что-то среднее. Ля Валенсия была просто шикарна, и очень приватна, но мне было нечего там делать. Может, что-то такое же, но на острове побольше?

Я кивнул и улыбнулся.

– Ладно, хорошее начало. В следующую поездку давай спросим об этом Тейлор. Я хочу что-то такое, куда мы сможем брать детей на семейные каникулы, но также и куда мы сможем ездить вдвоём во время взрослых отпусков.

– И насколько же взрослыми ты их планируешь?

Я улыбнулся ей. Мы только вернулись с обеда и были оба одеты в футболки и шорты. Ну, я был одет в шорты, а на Мэрилин была джинсовая юбка – и я знал, что под ней ничего нет. Я поманил её пальцем и произнёс:

– Давай поговорим об этом, – и следующие несколько часов у нас ушли на обговаривание деталей того, насколько взрослые мы планируем отпуска.

Что Пышка, что Чарли – оба росли как на дрожжах. Пышка была слегка странного вида собачонкой. Она выглядела примерно как маленький боксёр – по крайней мере, по форме, с кривыми ногами, округлой грудью, к тому же, оба родителя были короткошёрстными, но её голова и морда выглядели, пойдя в мать, как у бигля, хоть и немного морщинистого. Всю весну она прибавляла по фунту в неделю, а затем достигла около 35 фунтов. Чарли не рос так же быстро, но он, казалось, многое взял от семьи своей матери – со светлыми волосами, как у всех его дядюшек, и коренастым сложением. Он точно не выглядел как Бакмэн – по крайней мере, не как один из известных мне!

А в мае случилось то, чего я давно боялся. Сьюзи выпускалась из Дэлаверского Университета, со степенью Бакалавра по сестринскому делу и лицензией медсестры. В прошлой жизни я пропустил этот выпуск, но сейчас я не мог сослаться на то, что слишком занят. Фактически, Сьюзи хотела, чтобы я пришёл, а Мэрилин только подталкивала меня.

В прошлый раз Хэмильтон хмуро маячил там – с его собственной неспособностью закончить колледж. Я чувствовал невероятно давление со стороны родителей при каждом моём успехе – выпускной, свадьба, рождение детей и просто успешная жизнь. Спустя годы я говорил об этом со Сьюзи – и она сказала мне, что чувствовала то же самое. Я помню, как неимоверно рад был, когда она окончила колледж – просто потому, что теперь она могла разделить со мной бремя фамилии.

Теперь же всё было ещё хуже. Мои огромные успехи и независимость довели моего брата до ручки, как и маму, и давление на Сьюзи стало невыносимым. У неё уже была работа, благодаря Джону Хопкинсу, и квартира, и переезжать обратно она не планировала.

В предшествующие недели перед выпускным мы несколько раз спорили.

– Это просто дурацкая идея, милая, – говорил я Мэрилин. – У меня, да и у тебя тоже, если на то пошло, нет никаких причин это делать – и есть множество веских оснований не делать. Сьюзи должна понять. Мы можем пригласить её на ужин или к нам домой.

Мэрилин поглядела на меня так, будто пыталась напугать!

– Твоя сестра очень любит тебя, и специально пригласила, чтобы ты там был. И ты пойдёшь на её выпускной. Если ты умрёшь по пути – я притащу туда твоё тело! Ты должен там быть!

– Если вы со Сьюзи пытаетесь снова свести меня с семьёй – это не сработает. Почему ты не можешь просто принять это?

– Потому что мы любим тебя и знаем, как убивает тебя это отдаление. Твой отец хочет поговорить с тобой, а ты хочешь поговорить с ним – я знаю, что ты этого хочешь! – ответила она с умоляюще-стонущими нотками.

– Это неважно! Ничего из этого неважно! Это не касается меня или моего отца, или даже моей матери! Это касается Хэмильтона, и ни один трогательный довод, который вы заготовили, не изменит того факта, что мой брат – совершенный психопат, по крайней мере, как только я приближаюсь. Это просто не сработает.

Мы поспорили ещё немного, и она упёрлась на своём. В последующие дни у нас было ещё несколько таких споров – и я не выиграл ни одного. И вот настал день выпуска. На рассвете мы завели машину, и Чарли был усажен на его место, на заднем сидении. Пышка была заперта в ванной, снабжённая водой и собачьим кормом. Чтобы добраться от нашего дома до Ньюарка, требовалось полтора часа – неважно, едешь ты по кольцевой вокруг города, переходя на I-95, или же срезаешь через север Балтимора, выходя на 95-ю сразу. В пути и Чарли, и Мэрилин спали. Я просто молился о серьёзной аварии на дороге, что задержала бы нас на 8–9 часов.

Выпускной должен был проходить на стадионе, принадлежащем колледжу; он, безусловно, был для этого достаточно велик, но я всё гадал, что они будут делать в случае дождя. Дэлавер был государственным колледжем хорошего размера, куда больше РПИ, и, должно быть, выпускаться будут разом 4000 студентов. Если каждый приведёт по 4 гостя – а я знал, что это ещё мало – то там будет толпа в 16 тысяч минимум. Весело!

И я оказался прав. Место напоминало зверинец. На стадионе собралось около 20 тысяч человек, и он был полон. К счастью, погода стояла отличная. Я был одет в лёгкий костюм, Мэрилин – в очень милое платье, и даже на Чарли был новый наряд. Мы высидели церемонию, нигде не видя Сьюзи, не слыша её имени и только ожидая возможности сбежать. Впрочем, Мэрилин была куда лучшего мнения обо всём этом, чем я. Затем мы должны были встретиться со Сьюзи у одного из пронумерованных выходов, и, как только все встали – мы направились туда.