Ролли Лоусон – С чистого листа главы 1-99 (страница 254)

Я прошёл через патио к пальмовому лесу и ниже, к пляжу. Поглядев на него туда-сюда, я понял, что он достаточно пустой. У меня не было моих очков, но я не видел даже размытого движения. Я задался вопросом, смогу ли я всё ещё сделать ката. Пробравшись через лес, я нашёл плоскую отмель. Мне нужно было кое-что попробовать. Я начал медленно совершать самую простую ката, которую мог представить.

Ката – это комбинация из тренировок и упражнений. Она распространена почти во всех восточных боевых искусствах, хотя часто зависит от их вида. Существуют разные типы, от простых и медленных, почти разминок, до быстрых и яростных боевых манёвров. Совершённая правильно, она похожа на отточенный до мастерства балетный танец. А неправильно… Ну, на судороги больного Паркинсоном.

Мои движения напоминали второе.

Я сосредоточился просто на разминке и повторении старых движений. Я попытался вернуть былую точность, даже за счёт силы. Некоторые позы требовали силы, и я сумел их повторить, хотя, конечно, на меньшее время, чем раньше, когда я занимался. Я снизил скорость и попытался уменьшить нагрузку на колено. Спустя полчаса я почувствовал, как мышцы дрожат от усталости и нервов. Эти девочки-скауты легко надрали бы мне зад!

– КАРЛИНГ! – услышал я крик Мэрилин и медленно повернулся в сторону пляжа, откуда доносился голос.

Кажется, она звала меня с пляжа, и я направился в его северный конец. На ней, похоже, были только халатик и шлёпанцы.

– Здесь! – крикнул я в ответ, продолжая идти к ней.

– Где ты был? – спросила она обеспокоенным голосом.

– Просто гулял там, – я указал за спину.

– Я звала тебя 10 минут! Где ты был? Что ты там делал?

– Мне просто нужно было немного пройтись и прочистить мозги. Я сделал пару упражнений.

– Ох, ладно, – Мэрилин с облегчением улыбнулась. – Я уж думала, ты потерялся или что-то такое.

Я засмеялся на это:

– Мэрилин, остров не так уж велик! Здесь не уйти дальше, чем на милю или две. Всё, что мне нужно сделать – это пойти по солнцу, и через час-другой я выйду куда-нибудь, где мокро и солоно!

– Ты думаешь, ты такой умный, – улыбнулась она мне. – Что, если бы ты пошёл не поперёк острова, а вдоль?

– Тогда, – улыбнулся я в ответ, – если через час я не дойду до воды, я развернусь круто вбок и, спустя недолгое время, найду воду.

– У тебя что, на все вопросы есть ответы?! – запротестовала она.

– И для тебя у меня тоже есть ответ, – ответил я, грубо хватаясь за свою промежность.

Взвизгнув, Мэрилин засмеялась и отошла от меня.

– Это не ответ! Это проблема!

Я шагнул к ней, но она продолжила в танце ускользать от меня. Я был слишком измотан, чтобы поймать её; возможно, у меня бы кончилось дыхание раньше, чем я бы её догнал. Я остановился и встал там, уперев руки в боки и оглядываясь.

– Что не так, Карл? – спросила она.

Я снова поглядел на жену.

– Да, со мной. Я пытался сделать некоторые ката, и это, чёрт возьми, чуть не прикончило меня. Моя чёртова форма так ужасна, что это уже не смешно.

Мэрилин странно глянула на меня.

– Ты в порядке. То, что случилось с твоим коленом – не твоя вина. Да ты уже двигаешься куда лучше, чем предсказывали доктора. Погляди на меня! Ты даже не взял сюда свою трость!

– Трость на песке? – хохотнул я. – Не думаю, – я взял её за руку, и мы пошли обратно по пляжу. – Я уже думал: я ведь не тренировался с прошлого лета, с самой отправки в Гондурас. Мне нужно снова ходить в спортзал и на додзё. Я должен вернуться в форму.

– Ты в отличной форме! – преданно возразила она.

– Ну, я определённо не в хорошей форме, – сказал я ей.

– Почему это так важно для тебя?

Я повёл её к пальмам, нашёл пятно на песке и сел. Мэрилин села сбоку, повернувшись ко мне. Мгновение я глядел на накатывающее море, а затем тоже повернулся к ней.

– Ты никогда не видела меня не в форме, но это не лучшее зрелище. Я уже говорил раньше, но, думаю, ты мне не поверила. Когда я был пацаном, совсем подростком, я был самым маленьким в округе. Низкий, тощий и слабый. Это было жалкое зрелище! Тогда из меня постоянно выколачивали всё дерьмо. Наконец, я просто вскипел и решил, что с меня хватит. Ты слышала эту историю. Когда мне стукнуло 13, я просто сказал, что «хватит» – это «хватит», и они могут меня убить, но я не буду терпеть дальше. Та драка в школьном автобусе – я тогда, кажется, почти не контролировал ситуацию.

– Даже представить не могу тебя таким. Обычно ты всё так сильно контролируешь! – заметила она.

– Думаю, именно из-за этого. С тех пор весь мой успех, о котором ты сейчас думаешь – всё из-за контроля и дисциплины. Физически это были тренировки, бег, айкидо. Психически – подготовка и домашняя работа. Я не мог контролировать мир вокруг меня, но я мог контролировать себя. Вокруг нас и так хватает случайностей. Я не могу контролировать свою семью – Бог свидетель, я бы хотел! – и я даже не могу контролировать тебя и Чарли, но я могу контролировать себя.

– Иногда твоё желание взять всё под контроль меня беспокоит. Некоторые вещи ты не можешь контролировать.

– Я знаю это, – просто кивнул я. – Как я и сказал, однако, контроль и дисциплина – это обо мне, не о чём-то ещё. Я не могу повлиять на то, как будет вести себя мир или что случится с нами. Я могу изменить только то, что контролирую. Я могу контролировать себя, мои мысли, действия, поведение. Всякий раз, когда ты видишь худшую мою сторону – это я потерял контроль. Мне приходится постоянно с этим бороться. Поддаться и потерять контроль так легко!

– Я никогда не видела тебя таким! – запротестовала Мэрилин.

– О, ещё как видела, будь уверена! Ты не помнишь те выходные, когда я поссорился с Марком и твоими родителями? Тогда я потерял контроль! Я потерял контроль и, чёрт, чуть не потерял тебя! Ты была единственной, кто помог мне восстановить этот контроль. Это ты спасла меня в те выходные.

Мэрилин испуганно глянула, вспомнив тот День Благодарения годы назад.

– Один раз!

– Один раз – это очень много. Были и другие случаи. Я хочу сказать, что лучше функционирую, когда не теряю контроль.

– Это всё из-за Армии? Поэтому ты больше не можешь там быть?

Я улыбнулся, но это также заставило меня задуматься.

– Нет, но это связано. Думаю, одна из причин, почему мне было так комфортно в Армии – это то, что там всё держится на контроле; контроле, дисциплине и цели. Там легко контролировать себя, а контроль над собой позволил мне контролировать моих людей и бойцов.

– И теперь ты больше не можешь там быть, – это был не вопрос, а утверждение, и я лишь кивнул.

– И я больше не знаю, что я делаю. Полагаю, я всегда знал, что придёт день, когда я больше не смогу этим заниматься. В смысле, я всегда знал, что рано или поздно Армия выставит меня за дверь, но пока это с тобой не случится, ты просто не думаешь, что это может случиться с тобой.

Мэрилин сжала мою руку.

– Ну, на этой неделе ты в отпуске! О будущем станем беспокоиться тогда, когда вернёмся домой. Может, нам просто нужно всё-таки найти тебе работу!

– Не дай Боже! – засмеялся я. – Мне достаточно того, что я вынужден мириться со своими тараканами в голове. Я ни за что не соглашусь мириться с чьими-либо ещё тараканами!

– Значит, упражнения? Ты не похож на толстяка! Боже Мой, Карл, ты в потрясающей форме! Хотела бы я быть в такой же форме, что и ты!

Я усмехнулся на это. Мэрилин сидела там, на песке, и её халат достаточно откинулся, чтобы понять, что под ним ничего нет. Мне нравилась её форма так же, как ей моя! Я покачал головой, по крайней мере, на секунду.

– Это начинается медленно. Ты расслабляешься, замедляешься. Может, пропускаешь день в неделю. Затем ты пропускаешь два дня, потом три. Наконец, ты замечаешь, что бездельничаешь больше, чем тренируешься, а штаны тебе уже немножечно тесны. Ты набрал пять фунтов, тебе нужен следующий размер. Ты решаешь сбросить вес, и в итоге убиваешься вусмерть в попытках сделать это; это никогда не работает, и ты набираешь ещё пять фунтов. И спустя какое-то время – ты жирдяй!

Именно это произошло со мной в первый раз, хотя тогда я никогда не тренировался. Мои природные подтянутость и жилистость держали мой вес в норме до 30-ти, но затем пошло по фунту-два в год, и это не было хорошо. Одно дело при росте 5,11 весить 185, и совсем другое – 245.

– Это относится и к другим вещам. Знаешь, какой самый быстрый способ сделать маленькое состояние на Уолл-Стрит? – спросила я.

– Какой?

– Начать с большого состояния! – Мэрилин застонала на это, и я сказал, – Поэтому я учусь. Дома я каждый день читаю газеты, Wall Street Journal и журналы. Это дисциплина, и, когда есть такая возможность, я всегда реагирую как можно раньше.

Мэрилин кивнула, не вполне понимая, но соглашаясь.

– Я волнуюсь за тебя. Никто не может контролировать что-либо постоянно.

Я потянулся и взял её за руку.

– Это твоя работа. Ты держишь меня в здравом уме. Я контролирую всё вокруг, а ты контролируешь меня. Слушай, не волнуйся обо мне. Я в порядке. Когда вернёмся, я пойду в спортзал и на додзё. Может, я смогу прийти в порядок и научиться двигаться как раньше.

Мэрилин наклонилась и обняла меня, и когда она сделала это, её халат упал и открыл весь фасад, высвобождая сиськи. ЧПОК! Карл Младший моментально вскочил! Я потянулся к ней и откинулся, увлекая её за мной на песок. Сунув руку внутрь её халата, я начал гладить её груди.