Ролли Лоусон – С чистого листа главы 1-99 (страница 185)

– Тогда почему вы здесь в униформе?

– Сэр, вы здесь в парадном костюме. Я военный. Это – мой парадный костюм.

– И что же вы делаете в Армии? Разрабатываете компьютеры, чтобы убивать людей? – по залу пронеслась череда изумлённых вздохов.

Я был слишком разозлён, чтобы думать ясно.

– Нет, сэр, моя задача – умереть самому. Я работаю для того, чтобы ваши дети и внуки не выросли, уча русский!

– ДОСТАТОЧНО, ЛЕЙТЕНАНТ! – рявкнул капитан Саммерс с заднего ряда.

Дальше я действовал автоматически. Я отдал честь и ответил:

– ДА, СЭР! ПОНЯЛ, СЭР! ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ, СЭР!

– ВОЛЬНО, ЛЕЙТЕНАНТ!

Дерьмо! Я схватил свои вещи и пошёл вниз по проходу, мимо Мэрилин и профессора Райнбурга, следуя в дверь за капитаном. Вокруг нас было очень шумно, и, когда я вышел, по аудитории прошёл шёпоток. Капитан завёл меня за угол и начал чехвостить. Ладно, мне следовало просто заткнуться. Я знал это. Тем не менее, этот мудак (кем бы он ни был) меня вывел из себя. Я молча стоял по стойке «смирно», пока капитан Саммерс меня обрабатывал. Думаю, если бы это решал он, то в ближайшем столетии я бы не получил старшего лейтенант.

Я всё ещё стоял по стойке смирно, глядя прямо ему в глаза, но есть трюк с использованием периферийного зрения, и мои глаза расширились, когда я увидел, что случилось дальше. За правым плечом капитана я увидел профессора Райнбурга и Мэрилин, идущих с маленькой женщиной в белой форме ВМФ. Как только я увидел орлов на её плечах, то тут же прервал капитана громким (таким громким, как только мог) рявканьем:

– СМИРР-НА!

Капитан, такой же изумлённый, как и я, замер на полуслове и, повернувшись, чтобы посмотреть, что там, отдал честь и вытянулся. Капитан ВМФ – а это серьёзно выше капитана Армии – мягко сказала:

– Оставьте.

Мы оба с капитаном Саммерсом уронили руки.

– Вы дали там очень интересный ответ, лейтенант, – заметила она.

– Мои извинения, мэм. Я не должен был.

– Ох, не волнуйтесь об этом. Вольно – вы оба.

Как только я принял свободную позу, у меня снова появился шанс поближе рассмотреть капитана, и мои глаза снова распахнулись. Капитаном флота оказалась Грейс Хоппер, «Удивительная Грейс», одна из основательниц информатики и программирования, и, чёрт возьми, единственная женщина, в честь которой назвали корабль! Эсминец класса Arleigh Burke был назвать уже после её смерти. А прямо сейчас она была всего лишь капитаном; в 80-х её должны были повысить до контр-адмирала и стала самым долгослужащим офицером флота в истории.

Я уставился на неё, открыв рот. Она заметила это и сказала:

– О чём задумался, сынок?

– Вы – Грейс Хоппер!

– Капитан Грейс Хоппер, если вы не против, – сухо ответила она, поглядывая на профессора, который хмыкнул.

– Да, мэм, прошу прощения, мэм.

– Как я уже говорила, вы сделали весьма милую презентацию. Не волнуйтесь насчёт того дуралея, Карнсворда. Он до сих пор думает, что Джо Сталина всерьёз неправильно поняли, и что коммунизм – это волна будущего.

– Боже мой! – пробормотал я, глянув на своего капитана.

Она пожала мне руку и сказала:

– Я лишь хочу сказать, что это была отличная работа, особенно в конце. Мне понравилось!

Она повернулась к профессору Райнбургу и сказала:

– Джон, была рада снова тебя увидеть. Ты отлично его выучил!

И она развернулась, чтобы уйти.

Я должен был сделать это.

– Простите, мэм, могу я попросить вас об одолжении?

– Эээ, что?

– Могу я сфотографироваться с вами? Пожалуйста! – Господи, фото с Грейс Хоппер! Я был готов умолять на коленях! – Капитан? Вы можете снять нас? Я заплачу за плёнку!

Я возвышался над женщиной, которой, должно быть, было уже под 70, но она улыбнулась и встала рядом со мной, и капитан сделал два фото, одно с нами двумя и ещё одно, где с нами был профессор Райнбург. Мэрилин решила не лезть в кадр.

После этого, забыв свой гнев, капитан Саммерс спросил:

– Кто была этот капитан? Она же старше Бога, Христа ради!

Я попытался объяснить, но в итоге ответил так:

– Капитан, она одна из тех, кто изобрёл компьютеры. Представьте, если бы мы жили сто лет назад, и вам выпал бы шанс сфотографироваться с Томасом Эдисоном. Разве вы бы этого не сделали?

– Она? Вы меня разыгрываете!

– Капитан, однажды в честь неё назовут корабль. Не сочтите неуважением, но врядли в честь вас или меня когда-нибудь назовут полки.

– Корабль в честь женщины? – засмеялся он. – Серьёзно!

– Почему нет? Они же переименовали подлодку Полярис в честь Эдисона, а он даже не служил ни на флоте, ни в армии!

Капитан Саммерс только посмеялся и отказался от приглашения на обед (что меня вполне устраивало). Я достаточно хорошо знал Мэрилин, чтобы понять – она не захочет есть с ним после того, как он ругал меня. Остальные – Мэрилин, профессор Райнбург и я – направились в ресторан на обед. В какой-то момент Мэрилин, ещё кипящая, спросила:

– Кто был этот… этот… этот козёл?

Я улыбнулся про себя: если бы не профессор, она бы сказала «мудак».

– Арнольд Карнсворд, – с улыбкой сказал он. – Преподаёт прикладную математику в Гарварде или Йеле – короче, в одном из Плющей. Пару лет назад получил медаль Филдса.

Мэрилин выглядела озадаченной, так что я пояснил:

– Это как Нобелевская премия для математиков, только её дают раз в 4 года.

Профессор Райнбург кивнул в знак согласия.

– Он не так уж плох. Подозреваю, что если бы ты не носил форму, он бы поздравил тебя с успешной презентацией. Но, уверен, Американское Математическое Общество ещё получит хулиганское письмо о вторжении Армии в девственный храм Науки. Забудь о нём, он «левый» псих.

Это лишь немного смягчило Мэрилин, но поговорка «не пинать дохлого коня» не была ей знакомка.

– И всё равно он козёл! И как вышло, что капитан тебя отчитывал? Ты был прав!

Я улыбнулся.

– Неважно, насколько я был прав. Я совершил ошибку, и капитан знал это. Проклятье, я тоже это знал.

– Что ты имеешь в виду под ошибкой?

– Когда я ношу эту форму, то представляю Армию а 82-ю Воздушно-Десантную Дивизию. Мы отвечаем перед гражданскими, даже перед гражданскими козлами. Я вышел из себя.

– Вовсе нет! – сказала она, защищая меня.

Я пожал плечами. Не думаю, что мы когда-нибудь придём к согласию в некоторых вопросах.

– Если мы один из моих парней ввязался в разборку с гражданским, я бы отругал его, а стандарты для офицеров ещё выше. Я облажался. Полагаю, когда я уйду из Армии, ты будешь женой самого старого в мире лейтенанта второго ранга.

– Не думаю, что всё так серьёзно, – заметил профессор. – Всё образуется.

– Нет, если капитан Саммерс напишет рапорт о неподчинении, что вполне возможно. И ещё он может просто сообщить моему капитану, что паршиво скажется на моём ОЭО, – она озадаченно глянула, и я объяснил:

– Отчёт об эффективности офицера, что-то вроде моего ежегодного рейтинга, так сказать.

– Ну, он всё ещё козёл.