Ролли Лоусон – С чистого листа главы 1-99 (страница 175)
– Да, сэр. Спасибо, сэр.
Он улыбнулся и кивнул:
– Ты можешь ограничить использование слова «сэр» до одного раза в час. Моё имя Джек. Добро пожаловать в Распределительную Компанию. Ты пробудешь здесь пару дней, пока они внесут тебя в систему, – он вручил мне пилотку со значком ВВС и лейтенантскими нашивками, – Выкинь эту кепку водителя автобуса. Мы здесь в ВВС носим на голове вот такую пиздошапку, – пилотка, она же лётная шапка, всегда и всеми называлась пиздошапкой, в основном потому, что она так и выглядела с определённого ракурса. Я водрузил её на голову, и он улыбнулся:
– ВВС!
– До самого конца! – закончил я фразу и засмеялся.
Затем он отвёл меня в штабному работнику вместе с о-очень подробным регистрационным списком. Я правда оказался в рабстве у них на всю ближайшую неделю! Предстояло много бумажной работы: мне нужно было получить назначение в общежитие, медицинскую проверку (здоров), проверку состояния зубов (одно дупло) и юридическую проверку (официально свободен). Также я посетил офис MP, получил там лекцию-напутствие вместе с несколькими другими лейтенантами и выучил много нового о Файеттвилле, истории района и ВВС. Удивительно, но я ни разу не увидел Клэренса Бодекера; либо он был в другой Распределительной Компании, либо лечил очередное похмелье.
Думаю, худшим были прививки. 88-я была готова к мгновенной высадке в любой точке мира. По этой причине они прививали вас от всех болезней, известных человечеству! Это включала в себя холеру, брюшной тиф, жёлтую лихорадку, лихорадку денге, бубонную чуму – и не только! Говоря откровенно, я думаю, что идея тут в том, что, если это не заставит вас заболеть, то вы можете стать парашютистом. На следующий день я был больным, как собака, но всё равно вынужден был идти на свою напутственную процедуру. А для полного веселья мне сообщили, что это требуется повторять раз в квартал. Я был совершенно уверен, что Харлан в своём Форт-Худ занимается вещами получше! Ну а мне придётся повторять это.
Через неделю, когда я закончил дела с Распределительной Кампанией и пришло время присоединиться в 319-й, меня поймал Стинсон. Сначала мы отправились доложиться в Дивизионную Артиллерию, и там всё обработали, затем оттуда мы пошли в 319-ю, и там процесс повторился. Затем мы нашли капитана, и тот, оглядев нас, повернулся ко мне.
– Доложились, лейтенант? – доброжелательно спросил он.
– Да, сэр.
– Что ж, следуйте за мной. Вам надлежит почтить своим визитом полковника, – он вышел из-за стойки и мы последовали за ним вниз по коридору к закрытой двери. Он постучал, и когда оттуда донеслось приглушённые «Войдите», повернул ручку.
– Вы вперёд, – сказал он мне с улыбкой.
Мы промаршировали внутрь, и я увидел лейтенант-полковника, сидящего за столом. Маленькая табличка на столе гласила: «Лейтенант-полковник Маршлайт». Мы со Стинсоном встали перед ним и отдали честь, после чего я сказал:
– ЛЕЙТЕНАНТ ВТОРОГО РАНГА БАКМЭН, КАРЛИНГ П., ГОТОВ К СЛУЖБЕ, СЭР!
Полковник на какую-то секунду улыбнулся капитану, а затем поглядел на меня. Он картинно смахнул пот со лба и сказал:
– Как и вы, лейтенант.
Затем он указал на несколько стульев и сказал:
– Присаживайтесь, джентльмены.
– Я, капитан и Стинсон взяли каждый по стулу и поднесли их к столу, а затем сели. Первым заговорил капитан:
– Лейтенант Бакмэн прошёл регистрацию, сэр.
Полковник Маршлайт хмыкнул и сказал:
– Добро пожаловать в 1-ю из 319-й. Только окончили Силл, лейтенант?
– Да, сэр, две недели назад, сэр.
– Вы его спонсор, Стинсон?
– Да, сэр, – ответил тот. Это был единственный раз, когда его о чём-то спросили на этом собрании.
Маршлайт снова кивнул. Он поглядел на капитана, которого, судя по нашивке на форме, звали Хадсон.
– Каковы планы на лейтенанта Бакмэна?
– Батарея Браво, сэр, – ответил Хадсон.
Маршлайт хмыкнул и прищурился.
– Ну, там нужны такие парни, я уверен. Батарея Б – вотчина капитана Харриса. Каков был ваш ранг в Силле?
– Первый в своём классе, сэр.
Полковник поглядел на Хадсона, который зашуршал какими-то бумагами и кивнул.
– Что ж, тогда тебя ждёт успех. Капитан Хадсон устроит тебя и проведёт на место. Просто усвой свои обязанности и выполняй их хорошо, и у нас никогда не будет проблем.
– Да, сэр.
– Очень хорошо. Теперь, я знаю, они скажут тебе, что после регистрации ты должен в какой-то момент зайти ко мне в гости и вообще быть более социальным. Считай, это сделано.
– Да, сэр. За ВВС!
Он снова кивнул Хадсону, который встал и жестом указал мне сделать то же самое. Стинсон тоже вскочил. Мы поставили свои стулья на прежние места, и, прежде, чем отпустить меня, полковник пожал мне руку.
Когда мы вышли в коридор, капитан Хадсон сказал:
– Ладно, с этим покончено. Я S-1, кстати. Дальше я собираюсь познакомить вас с вашим новым боссом.
– Да, сэр.
– Пошли.
Мы покинули здание и прошли к другому – за два здания от первого. Я последовал за Хадсоном внутрь и в офис. Он сразу же сказал:
– Кто последний?
И никто не встал.
– Капитан Харрис свободен? – спросил он, не обращаясь ни к кому конкретному.
– Дайте проверить, сэр… – сказал один из штабных. Подойдя к двери, он постучал, а затем, не дожидаясь ответа, открыл её. Что-то спросив, он отступил:
– Заходите, капитан.
– Благодарю, – он указал мне следовать за ним, и я повторил приветствие и отдачу чести уже перед капитаном Харрисом. Тот точно так же поприветствовал меня в батарее. После прошлой недели я с нетерпением ждал, когда же наконец окажусь в своей батарее. До сих пор я просто шелестел бумажками.
Но если я думал, что немедленно приступлю к службе в Батарее Б, то был жестоко разочарован. Они вернули меня в школу! Мне нужно было немедленно пройти обучение в Школе Прыжкового Мастерства, о которой я раньше даже не слышал. Эта школа должна была научить меня всему, что должен знать эксперт по прыжкам с самолёта. Я думал, что обычная прыжковая школа уже сделала это, но что я мог знать; я был обычным тупицей-новобранцем. Похоже, все офицеры и унтеры (по крайней мере, лейтенанты точно) должны были получить звание мастера по прыжкам, чтобы квалифицироваться. Капитан Харрис отправил меня к лейтенанту Бримли, который, в свою очередь, отослал меня к штабному офицеру батальона. К концу недели я сделал пять прыжков, и это было достаточной квалификацией для двух недель Школы Прыжкового Мастерства.
Чтобы быть действующим парашютистом, вам нужно совершать по меньшей мере по прыжку в месяц. Но что меня чертовски удивило, так что это то, как они это делали – с вертолёта! В первый раз, когда это случилось, меня доставили в зону высадки, вручили парашют и загрузили в Chinook. CH-47 – это тяжёлый подъёмный вертолёт, достаточно мощный, чтобы нести на троссах гаубицу, и достаточно большой, чтобы вместить несколько десятков полностью вооружённых десантников. Это был мой первый прыжок с вертолёта, и я спросил, почему так. Мне сказали, что так бывает довольно часто. Во-первых, когда Воздушный Флот сбрасывает парашютистов Армии, Армия должна платить Флоту за эту привилегию, а счета – это кошмар. Если Армия сама сбрасывает парней, всё намного проще. Кроме того, вертолёт движется куда медленнее и может выбирать хорошие зоны, над которыми зависает, и это куда безопаснее для десантников. С технический точки зрения это похоже на прыжок с Herky-Bird – они открывают задний люк, и вы совершаете небольшую прогулку, последний шаг которой ну очень велик.
Школа Прыжкового Мастерства также учит, как отправлять в полёт других людей. Вы учитесь отдавать прыжковые команды и совершать быстрый прыжок. Главное – визуально осмотреть парашюты за минуту и убедиться, что они могут безопасно прыгать, не поубивая себя и других в процессе. Большинство этих дисциплин я прошёл по меньшей мере не с первого раза, и был отправлен обратно в батарею на третью неделю января.
В следующий понедельник утром я вернулся в батарею Б. Тот же самый штабной, что проводил нас с Хадсоном в кабинет капитана Харриса, поприветствовал меня и сказал сесть. Капитан Харрис был на совещании и обещал освободиться с минуты на минуты. Он указал на стойку с кофе-машиной и спросил:
– Кофе, сэр?
Проклятием современных военных был кофе. Армия работала на нём больше, чем на топливе! Если мы когда-нибудь решим вторгнуться в Колумбию, то не из-за наркотиков, а потому, что Хуан Вальдес решит наебать нас с кофе! К сожалению, я терпеть его не мог! Чай хорош, но на военной базе он редкость. Повсюду лишь кофе!
– Нет, сэр, спасибо. (не Специалистом же его называть. Какое обращение к штабным?)
Я уселся на пустой пластиковый стул, взял старый номер Параплана – местного новостного листка – и принялся читать.
Примерно 40 минут спустя дверь кабинета открылась, и вышли первый лейтенант, второй лейтенант и пара сержантов. Никто из них не выглядел радостным. Излишне говорить, что я тут же вскочил на ноги. Капитан Харрис выглянул из кабинета и увидел меня, а затем глянул на клерка, специалиста по фамилии Джонс, если верить буквам на нашивке.
– Лейтенант вернулся к нам, сэр, – сказал тот.
– Да? Что ж, как раз вовремя. Заходите.
Он завопил:
– Лейтенант Бримли, вернитесь сюда!
Первый лейтенант, которого я видел выходящим от капитана, вышел из своего кабинета и последовал за мной в кабинет командира батареи.