Роксана Миллер – Проверка на реальность (страница 11)

Это действительно отражение целого места?

Да, Код хранит отпечатки всего, что когда-либо существовало. Материальное и нематериальное здесь уравниваются и сводятся к единому знаменателю – информационному. Но всё же…

Не сейчас. Пора посмотреть на проблему с другой стороны.

Я шла сквозь ряды гудящих машин и заросли оптоволокна, которые снятся самим себе. Вряд ли прогулка как-то поможет, надо бы спуститься на уровень ниже. Я расфокусировала зрение и увидела идеальную пустоту, на горизонте которой бежал бинарный код.

Я слышу белый шум.

Белый шум перекрывает код.

Код рвётся и пляшет от неизвестных помех. Его участки скручиваются и искажаются, а потом темнеют.

Я моргнула, и дыра сразу же затянулась. Свет стал намного ярче, видимость чётче, гудение аппаратуры стихло, а сами серверы оказались покрыты какими-то странными пятнами. Как будто их облили тьмой, по поверхности которой бегут бесконечные помехи. Словно серверы облепили жидкие экраны старых телевизоров.

Я осторожно протянула руку к этой субстанции. И что с этим делать?

Недолго думая, я достала пистолет и выстрелила в ближайшее пятно.

Вспыхнула молния, по руке пробежал разряд, приятно покалывая кожу. Пятно зашипело и покрылось пузырями, будто выстрел его вскипятил. Затаив дыхание, я наблюдала за тем, как пузыри увеличивались и лопались, пока пятно не выкипело полностью.

Как просто.

Чёрт возьми, чересчур просто: когда я повернулась, чтобы осмотреться, все серверы были абсолютно чисты!

Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Что-то тут однозначно не так. Я осторожно двинулась вперёд.

Чем дальше я продвигалась, тем с большим трудом мне давались движения, будто воздух сгущался. Да ещё и начало казаться, что я здесь не одна. Я заново перевела пистолет в активный режим и нетвёрдыми шагами свернула в один из проёмов между серверами.

– Кто здесь?

В ушах зазвенело. Звон нарастал, но ничего плохого не происходило. Сервера не шумели. Звенела тишина.

Оглушительная волна шума длиной в мгновение.

Я резко разворачиваюсь, судорожно сжимая пистолет.

Коридор между серверами заметно расширился и подсветился бледно-зелёным. Этот свет выхватывал тёмную фигуру в длинной одежде в конце коридора.

Матерь божья, это что за…?

Вытянутая рука с пистолетом тряслась, и мне пришлось придерживать её другой, чтобы не выглядеть слишком жалко.

Пространство играет злую шутку. На мгновение мне показалось, что коридор вытянулся, и расстояние между нами растянулось на несколько сотен метров, но вот материя сна сжалась, и я вижу его на расстоянии всего десятка метров. Это мужчина в плаще. Его лица не видно, но шестое чувство подсказывает, что это к лучшему.

– Кто вы? – наконец выдавила я. – Отвечайте! Это вы запустили здесь вирус? – уверенность вернулась, и я смогла сделать шаг вперёд, держа перед собой оружие.

Вместо ответа он тоже сделал резкий шаг вперёд.

Я рефлекторно отшатнулась, а палец сам нажал на спуск. Он покачнулся, отпрянув. Бок, в который попал выстрел, растекся клубами чёрного дыма. Некоторое время я загипнотизированно наблюдала, как завитки переплетаются, словно в воде. Что бы это ни было, оно сильнее. Разобраться с ним сейчас не получится.

И я побежала.

А в спину мне прошелестели отголоски смеха.

Так странно открывать глаза и не помнить, что перед этим ты их всё же закрывал. Взору открылся потолок моей комнаты, и этот факт заставил меня резко подорваться и сесть на собственной неразобранной кровати.

Они меня ещё и домой притащили, что ли?!

Тело словно набили ватой. Такого не бывало даже в самые тяжёлые времена, когда приходилось подчищать довольно крупное безобразие. Неужели выход на отражение реального места настолько энергозатратен?

Я сплю?

Прохладное колёсико компаса легло в руку, и я крутила его несколько минут. Скорость нормальная, как и положено для Мира-0.

Не сплю.

Что же это получается? Последнее, что я помню – как удирала от кого-то в дата-центре… Но абсолютно не помню, чтобы просыпалась.

Они знают моё имя, знают, где я живу. Что ещё они знают?

О-ох, что-то я много думаю, и каждая мысль будто капля бензина в костёр.

Крепкий чай с тремя ложками сахара и лимоном поможет, как и всегда. А вот без завтрака обойдусь. Мутило кошмарно. Случившееся начинало казаться очередным сном из вереницы прочих, не менее абсурдных, но окидывая взглядом комнату, окутанную предрассветными сумерками, я всё яснее понимала, что это был не сон. На комоде в углу белел конверт. Я заглянула внутрь и присвистнула – откупились так откупились – теперь можно хоть целый год смотреть свои сны, а не чужие.

Я вытащила из-под кровати ноутбук. Свет больно резанул по глазам. Машинально проверила сообщения. То самое непрочитанное по-прежнему висело, взятое в кольцо рассылками. Когда я кликнула по нему, сообщение пропало.

Несколько раз промахнувшись мимо ярлыка, я открыла браузер и вбила в поисковик одно слово.

СпецСетьИнвест.

ИНН… КПП… Уставной капитал… Дата внесения в реестр… Цифры, коды, реквизиты и ещё куча всего, что ничего мне не скажет. Можно попробовать поискать на зарубежных ресурсах. Можно запустить Тор и прошерстить даркнет. Можно…

// В Сети о них будет сказано лишь то, что они позволят узнать.

С непонятным смирением я закрыла ноутбук и обхватила колени. В комнате было не по-летнему холодно.

А что насчет того… Существа? Я поёжилась и постаралась отогнать все мысли прочь. Показалось, что если я буду думать о нём, то он придёт прямо сюда, домой. Найдёт где угодно.

Я совершенно точно его знаю. И он знает меня.

<начало трансляции>

Есть мир. Физический материальный мир, который можно увидеть и потрогать. Есть невидимые информационные сети, которые этот мир опутывают. Точки соприкосновения с этой сетью – знаки. Средства выражения Кода в Мире-0.

Подобно тому, как объекты физического мира строятся из мельчайших атомов, мир сетей состоит, условно говоря, из нулей и единиц. Соединяясь в различных комбинациях, они, подобно атомам, формируют нечто новое. Это нечто новое не будет принадлежать физическому миру, пока не найдёт соответствующего выражения.

Мозг – прекрасный генератор таких процессов. Но намного чаще он выступает в качестве благодатной почвы для цифровых семян. Комбинируя воспринятые за единицу времени образы, генерируя атрибуты, на выходе человек получает новые объекты разной степени сложности. Это можно назвать вдохновением.

Полученные объекты, как уже было сказано, разнятся по уровню сложности. Это может быть слово, рисунок, а может быть музыкальная симфония, тревожащая мозг создателя до обретения физического (в данном случае акустического) воплощения.

О физическом воплощении. Тут всё просто: либо мысль будет сказана вслух, либо записана на бумаге. Композиция будет сыграна, книга написана, а визуальные образы зафиксированы на холсте или на плёнке. О дальнейшей судьбе объекта мы говорить не будем – всё зависит от него самого, от того, какое впечатление он произведёт на людей и сколько внимания получит (разумеется, в случае, если им поделятся. Или не поделятся, но это уже другая история).

Логично было бы включить в ряд таких объектов и вымышленного персонажа. Технически он будет личностью, способной мыслить и переживать, но при этом – искусственно созданной.

<конец трансляции>

Level 5

Бывает, сидишь себе спокойно, занимаешься своими делами, и внезапно что-то дёргает встать и пойти невесть куда. Так и я – играла в приставку, но в самый разгар битвы меня будто позвали на кухню. Как выяснилось, не зря, там было на что посмотреть.

Вместо стены с окном было поле, на краю которого виднелся лес. Добротно смоделированные локации – если бы я не знала, что пол кухни, находящейся на седьмом этаже, не может переходить в ковёр из влажной, подёрнутой туманом, травы, а деревья и плита – вещи, несовместимые в принципе, то и не отличила бы от мастерски воплощенной иллюзии. Лес неподвижно застыл, словно сам удивился собственному местонахождению. Бледно-голубые предрассветные сумерки Мира-0 въедались в траву и пронизывали застывшие деревья. Чем пристальнее я вглядывалась, тем явственнее различала крошечные буквы и символы, на которые рассыпались их ветви.

Может статься, что сейчас я шагну с седьмого этажа в ничто. Но почему-то сейчас это тревожит меня в последнюю очередь. Единственное, чего хочется – стать частью этой иллюзии. Разве плохо? Проблема иллюзии лишь в том, что она имеет одну-единственную точку соприкосновения с заданной системой координат – разум смотрящего. Но это не критично, ведь угол зрения всегда можно изменить, а единственную точку развернуть.

Кухни за спиной как не бывало. Домашней растянутой футболки тоже, вместо неё импровизированная униформа – строгий чёрный костюм, в который я автоматически облачаюсь при выходе из Мира-0. Вокруг – поле жухлой травы, туман, небо, сырость да призрак леса прямо по курсу. Никаких звуков не последовало – это место оказалось абсолютно немым, как будто я вошла в фотографию. По мере того, как наступало хмурое утро, голубые оттенки уступали место серым и зелёным. Шаг, ещё и ещё – и вот я неумолимо приближаюсь к чаще, напрочь забыв, что леса не соседствуют с кухнями.

Итак, я заснула. Это настолько очевидно, что можно даже компас не доставать.

Стены из стволов неспешно проплывали мимо, а цветовая гамма становилась всё приглушённее. Время от времени на пути попадались непонятного назначения конструкции, сложенные из камня. Одна из них, на которую я решила присесть, оказалась колодцем. Камень был мокрым, но только на вид. Осязание, слух, обоняние здесь были недоступны, но несмотря на это, атмосфера раннего утра ощущалась великолепно. Понятия не имею, почему раннее утро, переход от темноты ночи к свету дня, вселяет в меня что-то, крайне похожее на страх. Да что уж там, оно меня просто раздражает своей чуждостью, уходом уютной темноты и холодным светом, птицами, которые устраивают под окном настоящее безумие (и откуда в этих маленьких комках перьев столько сил, чтобы голосить так, что слышно на последних этажах?). А ещё приходит необъяснимая тревога. Я всегда стараюсь уснуть до наступления утренних сумерек, но в силу работы нередко просыпаюсь в это время. И как бы часто ни приходилось становиться свидетелем начала нового светового дня, я всё никак не привыкну к приступам беспричинного страха.