Родионова Маргарита – Мы все из одной сети. (страница 8)

– Ну папа, – протянула Соня.

А у Егора вдруг сжалось сердце, замерло и снова застучало, только чуть чаще. Девушка-весна, лёгкая, воздушная совсем не походила на нескладного подростка, дочь Вадима. Соня ещё раз посмотрела на Егора, и он засмущался, как прыщавый студент, на которого впервые обратила внимание девушка. В её глазах солнечными зайчиками вспыхивали крапинки.

– Ты… вы стали такой красивой, – пробормотал он банальный комплимент.

Нет, это был не комплимент, это были выскочившие мысли, не поддавшиеся контролю. Вадим довольно засмеялся.

– Да, красавица у нас дочь! Скоро будет у меня работать. В рекламе.

– А приезжайте ко мне. Я вам Москву покажу, – неожиданно для себя предложил Егор.

– Папочка, поедем? – спросила Соня. – И Лизу возьмём.

«И весь табор», – недовольно подумал Егор и разозлился на себя.

Он хотел одной Соне показать Москву. Его Москву. Старые дворы, набережные, парк, ночные улицы, посидеть в его любимом кафе и выпить кофе. Там готовят такие вкусные пирожные. Девушки же любят сладкое. Он хотел видеть в её глазах восторг, отблески фонарей и… Столяров нервно схватил пачку с сигаретами. Что это было? О чём это он?

– Можно? – спросил он Вадима.

Вадим прищурился, посмотрел на жену, хмыкнул. Егор сидел с независимым лицом и мял пачку, но Вадим видел, что он нервничает. Соня продолжала таскать со стола овощи. Отец и Егор рассматривали её. Анна смотрела на мужа и на Егора. Вадим подмигнул жене и поднял брови. Анна кивнула. Они понимали друг друга без слов.

– Сонюшка, отведи Егора в сад. Пусть там покурит, заодно и сад посмотрит, – сказал Вадим.

– Папа, ты же сам куришь тут, – удивилась Соня.

– Покажи сад Егору, – мягко сказала мама. – Нам с папой посекретничать надо.

– Так бы и сказали, – Соня оторвалась от стола, вытерла руки. – Пошли.

Соня сбежала со ступенек. Егор встал на ватных ногах и поплёлся за Соней. Девушка словно летела по дорожке, едва касаясь земли. Короткая широкая юбка разлеталась возле стройных ножек. Волосы ерошил лёгкий ветерок. Егор тяжело шагал за нею тяжело. Словно к каждой ноге привязали по гире. Он мял в руках сигарету. Соня рассказывала про сад, показывала деревья, размахивала руками и заставляла Егора смотреть то на одно дерево, то на другое. Егор не слышал ни слова. Он слушал голос Сони, смотрел на её губы, заглядывал в бездонные глаза, чувствовал запах её нежных цветочных духов. Девушка щебетала, а в сердце Егора разливалась такая нежность, что хотелось плакать. Плакать! Ему! Мужчине! Мужчины не плачут. Егор опять разозлился. Соня казалась Егору лёгкой, яркой бабочкой, случайно залетевшей в его скучную серую, пыльную жизнь. На обратном пути они уселись на качели и болтали обо всём. Столяров наконец-то расслабился и окунулся в беззаботный Сонин мир. Он расспрашивал Соню об учёбе, планах, мечтах. Рассказывал о своей студенческой жизни. Дальше у него не было жизни, была работа. Интересная, трудная работа. Соня щебетала, смеялась, раскачивала качели, и Столярову хотелось остаться тут навсегда. Соня в прекрасном настроении пропела:

– Прощай экзамены, курсовые, зачёты. Впереди взрослая жизнь.

Егор позавидовал девушке. Он помнил своё состояние после окончания института. Он так же чувствовал прилив сил от предстоящей новой жизни. Прикурить он так и забыл, держа в руках сигарету и зажигалку. И вдруг Столяров понял, что он хочет эту девушку для себя, для жизни. Желание было таким острым, что заломило зубы.

«Бежать! Немедленно бежать, пока я не сорвался. Четырнадцать лет разницы – это целая жизнь. Вот, чёрт, а я женат», – подумал Егор, внезапно вспомнив о своём положении.

Егор погрустнел, настроение испортилось. Соня заметила это и решила, что она надоела ему со своими рассказами. Она соскочила с качели.

– Идёмте.

Они вернулись на веранду. Соня упорхнула в дом. Егор отвечал невпопад, крутил в руках браслет с часами. Агеев смотрел на него и ухмылялся.

– Ты вечером куда-то собирался? – невзначай спросил он.

– Да. С друзьями встреча.

Егор облегчённо вздохнул, что нашлась причина покинуть этот дом и не встретиться с Соней. Столяров разозлился на себя. Он не мог понять, почему настроение упало, закатилось под плинтус и ничто уже не радует. Только злит. Откуда злость, её причины Егор не видел. Он поспешно распрощался. Последний раз он был в своём городе и виделся с друзьями одиннадцать лет назад.

Глава 4. Встреча через одиннадцать лет. Город

N

.

Последний раз он был в своём городе и виделся с друзьями одиннадцать лет назад. Сейчас Егор Столяров приехал на помощь Агееву, решить проблемы с «Пилотом», уберечь компанию от поглощения «Авангардом». Из дома Вадима Егор сбежал. Сонины ямочки на щеках, глаза, голос застряли в голове грустной болью. Бросало в жар и немного тряслись руки, сердце учащённо билось. Егор сначала даже не понял с чего и на что у него такая реакция. Затем до него дошло, и он испугался. Сильно испугался. И что с этим делать он пока не знал.

«Эта девочка не для меня!» – решил или убеждал себя Егор всю дорогу до кафе.

На вечер Алиса заказала столик в том кафе, где они с друзьями проводили вечера, приезжая на каникулы. Столяров подъехал к дому Алисиной матери и позвонил.

– Выходи.

Алиса села в машину и посмотрела на него такими же, как у Сони, глазами. Егор помрачнел. Видел он совсем другие глаза. Столяров и Скворцова подъехали к старому кафе, на этом настояла Алиса, которая приехала вместе с мужем в родной город. Илья и Виктор уже сидели за столиком.

– Хочешь подвести компанию под банкротство, Столяр? – спросил Илья, когда Столяров и Алиса присоединились к ним.

– Есть такое. Пока просто проверка. Ты подготовь документы, чтобы не так, как сегодня – всё не понятно и половины нет. Бардак у тебя в компании.

– Зато у тебя всё в ажуре, – скривился Журавлёв. – Одиннадцать лет пропадал и прилетел с проверками. Высоко летаешь?

– Высоко, – просто ответил Егор, настроения не было. – Даю тебе времени до конца месяца, чтобы привести в порядок документы. Если бы не я, загремел бы в кутузку. Незаконные транзакции, куда уходят деньги. Откуда приток? Птица, как разгребёшь, звони. Хорошо, что я приехал, а не кто-то другой. В следующем году приеду на юбилей «Пилота» тогда и посмотрим, что у тебя твориться. Подготовь всё к этому времени.

– Премного благодарен, – шутливо поклонился Илья.

– Не паясничай, – вставила Алиса.

В начале встречи все чувствовали неловкость и отчуждение. Столяров не стал оправдываться, он заказал коньяк, молча выпили. Вспоминать никто ничего не хотел. Дружба раскололась и рассыпалась на мелкие осколки. Илья считал Егора предателем из-за Алисы. Он не винил Алису, он обвинял Столярова. Обида осталась. Старая. Закоренелая. И ничего Илья с ней сделать не мог. Обида жила у него внутри, свернувшись ядовитой змеёй.

Малахов тоже считал женитьбу Егора предательством. Все знают, что Илья любит Алису и тут такой поворот. Столяров женился на ней! Виктору было всё равно, но Илья рядом, в одном городе, они часто встречаются, а Егор в своей столичной жизни отошёл, забылся. Общее недоумение от замужества Алисы объединяло Виктора и Илью. И вроде бы все уже знали о фиктивном браке, но осадок остался. Илья злился и то снимал, то надевал очки. Егор испытывал чувство вины и перебирал браслет часов. А у Малахова была своя маленькая тайна, о которой не знал никто. Виктор перебегал глазами с одного друга на другого и надеялся, что никто так и не узнает. Потому что его поступок тоже не укладывался в рамки дружбы ни с тем, ни с другим. Но отказать себе в этом он не мог. Это как глоток воздуха в запылённом, регламентированном плане его жизни. Но Виктору душевные терзания не были присущи. Он просто получал то, что хотел. Это были внеплановые отступления от его программы жизни. Здесь, сегодня, сейчас. Без долгосрочных перспектив.

«А кто безгрешен? – думал Виктор. – У каждого за пазухой либо камень, либо скелет прошлого. Если ничего не рассказывать, то никто ничего и не узнает. Это не отступление от плана, это передышка, пикник на обочине».

Столяров мучился угрызениями совести, что не сказал Илье сразу всю правду. Смалодушничал. Он хотел делами загладить свою вину, и дал Илье возможность навести порядок в компании. Он придумает отсрочку банкротства «Нового интернета». Сегодня, при встрече у Агеева, Егор порекомендовал Малахова в «Пилот», и Вадим Борисович обещал созвониться с Виктором.

– В прошлый раз я всё тебя ждал, – пояснил Агеев. – А теперь возьму. Я навёл справки. Хороший специалист.

Друзья пили молча, разглядывая друг друга. В голове вертелось невысказанное, недосказанное. У каждого своё. Егор нарушил молчание:

– Молох, у тебя в банке как дела? Нравится?

Виктор пожал плечами:

– Без перспектив.

– Я Агееву порекомендовал тебя на должность директора. Он обещал позвонить. Как тебе такая перспектива?

– Спасибо, – удивился Виктор. – С чего вдруг такая щедрость?

– А почему бы и не да?

Опять замолчали. Илья пожирал глазами Алису. Виктор обдумывал предложение, теребя серёжку. В голове сразу складывалась картинка перспектив и роста. Егор крутил бокал с коньяком и хмурился. Он отгонял улыбку и ямочки Сони, которые навязчиво вились перед глазами.

Наконец молчаливое принятие горячительных напитков надоело Алисе, и она сказала: