Родион Вишняков – Огонь памяти (страница 17)
– Да ерунду ты рассказываешь, Мундил. Детские сказки, – махнул рукой третий гном. – Кто-то придумал историю про морских людей, а все теперь повторяют. Причем одно и то же. Хоть бы другое что-то придумали.
– Да почему сказки-то? – всплеснул руками Мундил. – В драконов тоже никто не верил, кроме Балеота. А вон оно как вышло. Есть, и летают.
Рядом мелькнуло движение, раздался стук. Руд оторвался от гномов и оторопел: возле него хозяйничала высокая, ладная девчонка, расставляя на столе перед ним тарелки с едой и кружку воды.
– Благодарю, – Руд посмотрел в глаза разносчице и чуть улыбнулся, чтобы не испугать ее. Та в ответ молча кивнула.
– Эрмитта!
Девушка обернулась на крик и направилась к соседнему столику.
Вот это да! Даран сказал, что его накормит Эрмитта, и он представлял себе еще одну гномиху, а тут, оказывается, у хозяина Хальрана на службе самый настоящий человек. Да еще и симпатичная. А ведь он должен был догадаться с самого начала, как только услышал ее имя.
Руд поймал себя на том, что смотрит на неожиданно появившуюся девчонку, не отрывая глаз. Как же он рад увидеть кого-то из сородичей! А то за последнее время лишь малорослики да гномы… Когда он в последний раз видел живого человека?
Живого…
Рука коснулась висящего на шнурке кольца.
Да и ладно. Скоро этих людей вокруг него будет – каждый первый. Только вот как скоро? Вопрос пока остается открытым. Стоит дождаться Дарана и послушать, что он скажет. А пока надо поесть.
Когда тарелка опустела, Руд смог подтвердить, что еда в здешнем месте была точно такая же, как и в портовой таверне. И это заключение шло не в обиду данному заведению, а в знак уважения первому месту. Если вообще не всему народу гномов. В любом месте и для любого стараются, как для себя. Весьма интересное открытие. В людских штатах Руд не бывал ни в одной из таверн, и сейчас его начал занимать вопрос: а как обстоят дела с подобным у него на родине? Надо будет выяснить. Хотя, с другой стороны, какое он имеет право судить обо всех заведениях в царстве гномов? Он и был-то всего в нескольких местах.
– Так что ерунда все это, – сидящая рядом троица продолжала обсуждать рассказ. – А вот я тебе другое расскажу, что я слышал тут на днях. Говорят, маги Калантора придумали специальный раствор для статуй.
– И на кой статуям их магический раствор? – усмехнулся Стадон.
– Дай досказать! Ежели сим раствором камень облить, напитать, стало быть, то он прочнее становится, а значит любая статуя может простоять много дольше. И есть новости, что наш король заинтересовался изобретением магов и хочет отправить в Свободные земли посольство, дабы заключить договор и обмазать той жижей статуи королей древности у Великих Врат Запада.
– Вот бы узнать, когда посольство наше отправится в Калантор, – третий гном задумчиво почесал живорожденные кольца брони на шее. – Мне бы тоже сходить туда.
– А тебе-то зачем?
– Позвать сюда наших, а то засиделись там, в Свободных землях.
– Ты про кого, Громдонал?
– Рогвалды. Вернее, те, про кого я узнал. Сидят в этом Каланторе, поскольку обещали беречь какую-то магичку. Историю эту я плохо ведаю. Придут, сами и расскажут. Знаю только, что родичи наши пережили нашествие ратусов, и писали сюда письмо с одним из наймитов Калантора о возможности приехать. Они еще не верили, что Дварголин теперь свободен от неменов. Вот и думается мне, а не пора ли узнать, что за клятва такая спутала им ноги и не вышло ли время ей.
– Гном, – Руд услышал свой голос раньше, чем осознал, что вклинился в чужой разговор. – Я иду в Калантор. Хочешь, пиши письмо, я передам его Рогвалдам.
Все трое молча уставились на человека.
– Неожиданное предложение, – Громдонал постучал пальцами по крышке стола. – А как тебя звать-то, парень?
– Зови меня Рудом.
– А ты точно в Калантор идешь? В смысле, – поправил себя коротышка, – тебе-то зачем туда?
– Иду навестить одного человека. Вернее, мага. Так что письмо твое донесу, не сомневайся.
– А что взамен попросишь?
– Да что мне просить? Карман письмо не оторвет. Зачем же что-то взамен с тебя требовать, сын Марина?
– Благодарствую, человек, – Громдонал нашел взглядом разносчицу и махнул ей рукой: – Эрмитта, неси ткань и нитки! Да садись рядом, буду просить тебя письмо вышить. Мой знакомый едет в Калантор. Соблаговолил доставить послание родичам.
Руд повернулся в сторону подошедшей девушки как раз в тот момент, когда выражение на ее лице сменилось с делового, на озадаченное. Красивые брови, делающие светлые глаза более яркими, сошлись над переносицей. Лоб прорезали две вертикальные складки. Эрмитта бросила растерянный взгляд на гнома, затем на Руда и, молча кивнув, ушла в подсобку. Оттуда через несколько мгновений вышел молодой гном и подсел к Руду, положив на стол кусок ткани, иголку и катушку с ниткой.
– Эрмитта сказала, что сейчас занята, и просила вышить письмо за нее.
– Да мне, в общем-то, все равно. Шей, раз умеешь.
– А что вышивать-то?
– Руд.
Человек обернулся. Возле него стоял Даран, и выражение его лица говорило…
– Лошади не будет?
– Да, парень, – гном виновато развел руками. – Я уже и так, и этак. Мол, хорошему человеку подсобить требуется. А Хальран ни в какую. Нет, и все тут. Самим мало. Строительство идет, ждем прибытия короля. Слышал же, наверное?
– Слышал, – Руд кивнул. – Интересно… Правда, что лошади все при деле, или он просто не хочет помогать чужому человеку?
– Да кто ж его знает! – гном понизил голос. – Поди разбери. Сказал, а там уж как сам веришь.
– Значит, пойду пешком. Другого выхода нет. Благодарю тебя, достопочтенный Даран, за обед и помощь.
– Ты это… – гном положил ладонь ему на плечо. – Погоди уходить. Я хоть тебе пожрать с собой соберу в дорогу. Ну не могу я тебя с пустыми руками отпустить. Когда ты еще к своим людям выйдешь? Впереди сгоревшие штаты. И взамен ничего не возьму! – он выставил руки перед собой. – Даже слушать ничего не буду. Нет, я сказал! Отстань! Сядь и жди!
Делать было нечего. Чтобы не обидеть гнома, Руд принялся послушно ждать. Взгляд упал на уже появившийся на ткани ряд символов. Внимательно изучив их, человек посмотрел в сторону вывески, нет ли там похожих картинок.
Вроде бы… Нет, у этого символа квадрат делится на ровные четыре части, а в письме левая сторона меньше. Конечно, если молодой гном все делает верно.
Краем глаза Руд заметил возле входа Эрмитту: девчонка наклонилась к толстому гному и что-то говорила ему на ухо. Почувствовав на себе взгляд человека, панцирный коротышка поднял глаза и, не переставая слушать разносчицу, какое-то время рассматривал Руда.
А вот, видимо, и сам хозяин Хальран пожаловал. Решил свои дела и вернулся в таверну. Суров и властен. Видно, что забот полный ум. Ничего не скажешь, не зря Даран бегал к нему. Знал, что хозяин может тут сегодня и вовсе не появиться.
Тот наконец мотнул головой. Эрмитта нахмурилась и вновь наклонилась к гному. Руд больше не стал подсматривать за ними. Повернулся к только что закончившему вышивать письмо коротышке.
– Вот. Держи, – свернутая ткань письма перекочевала в подставленную руку человека.
Рядом возник Даран, плюхнул на столешницу мешок.
– Забирай, парень. По тебе не скажешь, что ты много ешь. Думаю, дотянешь до своих Свободных земель.
– Благодарю тебя, мастер Даран.
– Не стоит. Кто знает, что ждет впереди. Может, еще раз встретимся, когда уже мне понадобится твоя помощь.
– Договорились, – Руд улыбнулся и почувствовал, как кто-то сзади осторожно тянет его за рукав. Повернулся – и встретился глазами с Эрмиттой. Губы девушки зашевелились, и острый слух человека уловил среди общего шума сиплый шепот:
– Я иду с тобой в Калантор.
А у девчонки, оказывается, проблемы с голосом. Не лишись он глаза, так и не понял бы, что она пытается сказать. Вот почему ей пришлось наклоняться к хозяину.
– Идем, раз нужно, – Руд только пожал плечами.
– Правильно, парень, – рассмеялся Мундил. – Баба в походе – вещь завсегда нужная.
Что ответила ему Эрмитта, даже Руд не расслышал. Но хохот поднялся дружный.
Он надел лямки мешка и, взяв в руки копье, кивнул неожиданной попутчице:
– Идем.
Смех, пересуды и шутки еще какое-то время висели в воздухе, кочуя от стола к столу, после того как дверь за двумя людьми закрылась. Наконец это приключение надоело всем.
Давно отсмеявшийся Стадон повернулся к залу, ища глазами разносчицу.
– Божья борода, я за месяц так привык к Эрмитте, что не сразу сообразил, что ее теперь тут нет. А кто нам пиво принесет?.. Громдонал, ты о чем так сильно задумался? О девке, что ли, людской?
– Нет, – гном хмуро посмотрел на собеседника. – Я думаю об этом Руде.
– А чего о нем думать?
– Не понимаешь?