Робин Штенье – Творцы (страница 57)

Дэн пододвинулся ближе и заглянул в разворот.

— Точно оно! — вырвал книгу у нее из рук. — Врата между мирами. Поэтому мы никак не могли найти его. Об этом не так много информации. Да даже тут! Всего ничего.

Теперь Мила заглянула ему через руку и продолжила читать, но уже про себя. Только отрывок последнего предложения, заставивший ее нервно поежиться, произнесла шепотом себе под нос:

—… активация будет стоить жизни закрывшему Врата.

Глава 25. День сурка

Выход из квартиры Лана так и не нашла: плутала по коридору, пытаясь открывать каждую дверь, что не всегда получалось, пока за одной из них не оказалась кухня. Седая мексиканка, разбиравшая пакеты с продуктами, увидев незваную гостью, всплеснула руками и принялась причитать на ломанном английском. Получалось, что Дэн снова не предупредил ее о гостье.

— Вот каждый раз так! Да вы проходите, сеньорита Лана, сейчас вам мате сделаю. Сеньор-то как обычно по делам убежал?

Лана непонимающе захлопала ресницами, совершенно обалдев от происходящего. Старушка не просто ее знала — обращалась так, будто Лана тут частый гость, если вообще не живет здесь. Завидев ее замешательство, старушка расстроенно покачала головой.

— Опять забыли Чолиту, да? Ну ничего, зато Чолита вас помнит. Идемте, сеньорита, идемте. Вон и в животе у вас бурчит. Я вас сейчас покормлю.

Итог был очевиден: Лану усадили за стол, который под причитания «и чего сеньор никогда не предупредит?» тут же накрыли множеством разнообразных блюд. Потом Чолита, возможно не в первый раз, рассказала о том, что Лана регулярно оказывается у Дэна в квартире. Он еще Чолиту не нанял, а Лана уже была. А уж память у сеньориты дырявая, это да. Но добрая Чолита, конечно же, поделилась всем, что знала, а знала она не так уж и мало.

Лана и не представляла, что с воспоминаниями настолько все плохо! Получалось, она забывала все связанное с Дэном, даже если он появлялся совсем ненадолго — большой кусок воспоминаний пропадал. Проведя весь день в квартире, Лана знакомилась с Чолитой, вечером появлялся Дэн, и на утро Лана не помнила вообще ничего.

— Уж скорей бы нашел сеньор избавление от этого колдовства, а то ж и вы, и он намаялись совсем. Смотрю на вас — сердце от боли сжимается. А вы ж еще такая бледненькая да худенькая!

— Нашел, — поспешила успокоить сердобольную старушку Лана.

— Так вы же Чолиту не вспомнили!

— Оно не сразу срабатывает, — девушка махнула рукой. — Тут помню, там не помню… — она с трудом подавила зевок и добавила: — Может, потому, что Дэн не все нитки снял. Я тогда проснулась, и он продолжить не смог. Теперь, говорит, надо подождать. Оно вредно, вроде бы, если сразу.

От Чолиты попытка зевнуть не укрылась, как и постоянные потирания глаз. Она ненавязчиво стала убирать со стола, а когда Лана все-таки зевнула, настойчиво выгнала ее спать. Конечно же, проводила до комнаты, поняв, что без ее помощи девушка просто заблудится. Комната оказалась все та же, что и в тот день, когда Лана очнулась после нападения маньяка. Решив, что это специально отведенные для нее апартаменты, она разделась и нырнула под одеяло. Уснула почти сразу, стоило лишь закрыть глаза.

Дневной сон, особенно прерванный на несколько часов, редко дарил бодрость, сколько бы ни длился. Немного помогал прохладный душ и крепкий кофе, но чтобы принять первый и выпить второй, надо было ещё и заставить себя открыть глаза, чего совершенно не хотелось делать. Лана скинула со спины чужие горячие руки и перевернулась на другой бок. Руки тут же вернулись обратно: одна легла на живот, вторая по-хозяйски схватила ее за грудь. К спине прижалось чье-то голое тело, и Лана почувствовала чужое дыхание на своей шее.

Она резко оттолкнулась и, откатившись на край кровати, села, потянув на себя одеяло, чтобы прикрыться. Разбуженный Дэн недоуменно посмотрел на нее, открыл было рот, но тут же закрыл, так ничего и не спросив.

«Как глупо, — подумала Лана. — И его незаданный вопрос, и мое желание скрыть наготу, как будто только что сама не прижималась к нему».

Все это и впрямь было бессмысленно, и потому она вернулась на свое место и снова легла, использовав плечо Дэна, как подушку. Он обнял ее в ответ и поцеловал в макушку.

«Молчи, — подумала она. — Только молчи. Умоляю!»

И словно наперекор ее мыслям Дэн сказал:

— Прости. Знаю, это не честно — просить у тебя прощения до того, как ты все вспомнишь, но я больше не могу держать дистанцию.

Она умирала. Врачи больше ничего не могли сделать, потому предложили матери единственный для них выход — эвтаназию. Лана хотела, чтобы та согласилась — за восемь месяцев она устала от этой бессмысленной войны за ее жизнь. И потому, когда засыпала в последний раз, надеялась, что уже не проснется.

Мечте не суждено было сбыться. На следующее утро она проснулась в чужой постели, прижимаясь к незнакомому парню. Испуга не было, смущения тоже, только непонятная эйфория и лёгкость с желанием жить. Она протянула руку и погладила парня по щеке, а когда он открыл глаза, улыбнулась и спросила:

— Ты кто?

Парень недоуменно посмотрел на нее и моргнул, словно ожидал, что реальность от этого изменится.

— Ты кто? — повторила вопрос Лана и рассмеялась.

— Похоже, переборщил с огнем… Я — Денис. Ты совсем меня не помнишь?

Она покачала головой и задумалась: это как же надо было напиться, чтобы очутиться в постели парня, чьего имени даже вспомнить не можешь. Нет, ещё хуже — она не помнила, как и когда ее выписали из больницы. Лана посмотрела на свою руку и обнаружила свежий синяк на локтевом сгибе.

— Я — наркоманка?

— Это от капельницы, — Денис успокаивающе погладил ее по спине. — Я ещё не знаю, как убирать синяки, только что и сумел — поделиться своим огнем. Но и тут переборщил, боясь, что ты умрёшь.

— Ладно, — согласилась Лана и сильнее прижалась к нему. — Можно, я буду звать тебя Дэном? — Он кивнул. — Дэн, а ты, всё-таки, кто?

— Сейчас, — он поднялся с кровати и через минуту вернулся с планшетом.

Потом Дэн рассказал, что он ее парень, которого Лана считала погибшим. Что он вернулся и теперь поможет Лане не только все вспомнить, но и вернуть огонь. Он за что-то просил прощения, а она прощала, ведь ничего больше не имело значения — Дэн был жив и был рядом, а на его плече так привычно и приятно засыпать.

Следующее утро началось с вопроса: «Ты кто?» И сколько их ещё таких было, Лана даже сейчас до конца не понимала. Дни слились в бесконечный день сурка, и предательская память обнулялась всякий раз, стоило Лане заснуть. Дэн с каждым днём хмурился все больше, но все ещё терпеливо объяснял, кто он, но однажды и ему надоело.

— Ты кто? — Лана сидела на краю кровати, выставив перед собой подушку, как щит.

— Маньяк, — вздохнув, пробормотал Дэн.

— Сексуальный? — настороженно спросила она — кровать и собственная нагота вызывали определенные ассоциации.

— Боюсь, что после того, как я отдал тебе большую часть своего огня, на сексуального меня ещё долго не хватит. Но опять же только в том случае, если не придется снова делиться своим огнем.

Лана задумалась — из сказанного она поняла лишь то, что насиловать ее никто не собирался. Дэн вообще задумчиво пялился в потолок и время от времени хмурился своим мыслям, как будто ее тут вообще не было.

— Эй, маньяк, — она осторожно тронула его за плечо, — а можно мне в душ? И во что-нибудь переодеться потом не помешало бы.

— Почему нет? Можно ещё и завтраком накормить. Пошли.

Он объяснил ей, где в квартире что находится, выдал одежду, оказавшуюся больше на пару размеров, и сказал, что будет ждать в кабинете. И вот спустя час Лана шла по коридору, собираясь задать «маньяку» целый ворох вопросов, но возле приоткрытой двери в кабинет она замерла, услышав, как двое ругаются.

— Из-за твоей светлой идеи заблокировать ей память я теперь понятия не имею, как вернуть ей огонь! — кричал Дэн.

— Если бы это не сделали, она бы угасла ещё быстрее! — кричал в ответ незнакомый голос.

— Ладно, допустим. Но сейчас-то почему нельзя убрать «Ловца Иллюзий»?!

— Ты слишком много хочешь для человека, из-за которого все это случилось. Я не ударил тебя только потому, что твои спонтанные действия сейчас и впрямь принесли пользу. Не рассчитывай, что в следующий раз не будет иначе.

— Я не отрицаю, что виноват, Макс. Но, если она вспомнит, сможет рассказать, о чем они с Ямой договорились, когда он принял ее огонь под залог. Если потом она меня прогонит, я уйду.

Лане не хотелось, чтобы Дэн уходил, пусть в тот момент она даже имени его не помнила. Она решительно открыла дверь, намереваясь послать Макса далеко и надолго, и, увидев в кабинете ещё и мать, замерла. Мама дернулась было в сторону Ланы, но Макс ее остановил, после чего сурово посмотрел на Дэна.

— Они за тобой, — пояснил Дэн. — Я похитил тебя из больницы, теперь мне придется отвечать за это перед Верховным Творцом и, если он захочет, перед Конклавом Огня тоже. Но я виновен не только в этом — из-за меня ты потеряла свои память и огонь. Я причинил тебе всю ту боль, из-за которой ты чуть не погибла. Наверное, будет лучше, если ты уйдешь с ними.

Он замолчал. Лана, уперев взгляд в пол, осталась неподвижно стоять в дверях. Ей не хотелось видеть, как мама плачет, но и уйти она не могла — не могла снова потерять похитившего ее человека. Не помнила, но твердо знала, что ни в чем его не винит. Да и как можно его винить, если он жив? Она, не совсем понимая, что делает, прошла к нему и, обняв, прижалась к груди, чувствуя, как его руки обнимают ее в ответ.